Пепел на губах (СИ)
И тут скелеты снова удивили. Они бросились на защиту павшего товарища. Люди, пытаясь сомкнуть щиты, оттеснить их, но их усилия были тщетны. Мы несли большие потери, наши ряды таяли, как снег под солнцем.
— Клин! — крикнул я. — Все за мной. Я выхватил Ас-Урум, кинулся вперед.
С десяток островных паладинов выстроились пирамидой позади меня. Мы сумели пробить стену гвардейцев, которые они выстроили вокруг павшего товарища. Началась резня. Окруженные со всех сторон, скелеты падали один за другим. Наконец, погиб последний. Я ему отсек голову. Глаза потухли, на поле боя повисла тишина. Может стоило затащить в город баллисты со стен? И расстреливать этих тварей издалека? Все мы крепки задним умом.
— Куда дальше? — поинтересовался я у Меррида, вкладывая Ас-Урум в ножны.
— Вон, видна уже цитадель — махнул он рукой вперед — Оттуда идет подземный ход к вулкану. Аш там. И лучше нам поторопиться — посмотри, что происходит с вулканом.
А с тем и правда, что-то было не так. Субстанция, которую он извергал, хаотично менялась в цвете, распространяя в стороны странные искажения.
— Пришли последние дни — к нам подошел Вергелиус, мрачно уставился в небо — Это Радуга адского демона! О ней сказано в наших священных книгах. Как только она появится — начнется Конец света.
Глава 25
Мы вырвались из западни узких улиц и проулков, вышли на широкую, площадь… с фонтаном. Он был сделан из мертвой головы тролля, из открытого рта которого извергалась какая-то зеленая субстанция. Я сразу запретил подходить близко — похоже это была очередная ловушка. Вот обдаст фонтан нас ядом… Мало не покажется. Отсюда, из самого сердца Некрополиса, открывался вид на Цитадель. Это было не просто здание, а живая, дышащая часть самой горы, естественным образом встроенная в скалы. Ее стены, гладкие и зеркально-черные, поднимались вверх, казалось, до самого свинцового неба, отражая тусклые отблески все более яростного извержения горы. Выскоие, остроконечные башни, напоминающие клыки чудовищного зверя, вонзались в пепельное небо, а между ними, словно мерзкое украшение, вились тонкие струйки сизого пара. На стенах было ни баллист, ни катапульт, лишь зубцы, острые, как бритвы, и выступы, похожие на обсидиановые шипы, готовые разорвать любого, кто посмеет приблизиться. Эта цитадель была воплощением неприступности, казалось, она была создана не для того, чтобы ее штурмовали, а для того, чтобы внушать ужас, ломать волю. Ворота, массивные, черные, с кованными рунами, были чудовищно огромными — еще больше, чем у самого города. Их створки, казалось, были вылиты из застывшей лавы, а на их поверхности извивались чудовищные, искаженные лики, чьи глаза, вырезанные из чего-то красного, горели тусклым, зловещим светом. Похоже, нас ждал еще один тяжелый штурм. И я даже не знал, как подступиться к этой «задачке». Видимо придется затягивать в город со стен баллисты и катапульты. Но как их тащить сюда? Придется сначала зачищать кварталы от нежити. Это займет неделю, а то и больше. Черт, черт…
Воздух на площади был тяжелым, удушающим, пахнущим серой, горелой плотью и чем-то еще, более отвратительным — смрадом чужой, извращенной жизни. Извержение вулкана усиливалось, и каждый новый толчок отдавался в земле, заставляя дрожать не только Цитадель, но и наши ноги. Вдали, над вершиной горы, клубились огромные клубы иссиня-черного дыма, которые уже начали окрашиваться в багровые, оранжевые и даже фиолетовые оттенки — проклятая Радуга Адского Демона, предвестник Конца света, о котором говорил Вергелиус. Меридд, прижавшись к стене, нервно поправлял свои очки, его лицо было землисто-серым, а глаза расширены от ужаса.
— Он пробуждается, князь! — прохрипел алхимик, его голос был едва слышен на фоне грохота. — Владыка Бездны пробуждается! Аш… он почти достиг своей цели!
— Да, что он думает делать с этим Владыкой⁈
— Начнет с того, что скормит ему местных божков, потом отдаст источник. Владыка его выпьет, усилится. Сделает Аша своим слугой.
— Так себе план…
— Тоже так думаю. Но у Аша нет выхода.
Я посмотрел на Цитадель. Надежды пробить ее стены не было. Ни одна из наших бомб с черным прахом не смогла бы нанести ей сколь-либо значительного урона. Штурм обернулся бы бессмысленным самоубийством. Вся наша армия просто погибла бы здесь, у подножия этой черной крепости, так и не добравшись до Аша. И я остро, болезненно осознал, что у меня нет выбора.
Я уже открыл рот, чтобы отдать о поиске обходного пути, о любом другом варианте, который мог бы спасти жизни моих людей, но тут же с глухим, протяжным скрипом, огромные ворота Цитадели, те самые, что казались неприступными, медленно распахнулись. Они открылись наружу, обнажая черную, непроглядную темноту, из которой веяло жаром и смрадом.
Я замер. Не только я. Вся армия внезапно затихла. Тишина на площади стала оглушительной, прерываемой лишь грохотом вулкана и стуком наших сердец. Открытые ворота Цитадели. Это было… невозможно. Ловушка? Или что-то еще?
И тут из этой непроглядной темноты, ковыляя, вышло чудовище. Скрученное, изломанное…. Это был гигантский богомол, его тело, сложенное из черного, блестящего хитина, было размером с лошадь. Шесть тонких, остроконечных лап цеплялись за землю, их кончики были острыми, как лезвия, но одна из передних лап была сломана, неестественно вывернута.
— Валдис! — выдохнул Меррид
— Убить его? — спросил один из эльфов рядом
— Боюсь, стрелы ему не причинят вреда
Голова Валдиса, треугольная, с огромными, фасеточными глазами, переливалась всеми оттенками зеленого, а челюсти, усеянные острыми, как бритва, зубцами, хрипло скрипели. На груди, в центре хитинового панциря, тускло светился какой-то странный рунный узор.
Зачем он открыл ворота? И как?
— Князь! — прошептал Харт, его рука легла на эфес меча. — Это ловушка!
— Похоже на то. Готовимся к бою! Гномов вперед.
Внезапно Валдис с глухим, протяжным скрипом, который, казалось, был выдохом боли, медленно опустился на пять оставшихся лапы склонив свою треугольную голову. Это был жест подчинения. Отвратительный, унизительный, но несомненный.
— Добро пожаловать, князь Йен, — прозвучал металлический голос Валдиса. Он был низким, шипящим, лязгуещим — Я ждал тебя.
Я подошел ближе, увидел внутри ворот несколько мертвых Пепельных Рыцарей, их обугленные доспехи были измяты, а тела неестественно изогнуты. Рядом с ними — груды костей, оставшихся от скелетов, остовы тварей белели на черном камне. Валдис. Это он. Он убил их.
— Зачем ты это сделал? — спросил я. — Зачем открыл ворота?
Огромная голова богомола медленно поднялась, его фасеточные глаза смотрели прямо на меня, и в их глубине, казалось, мелькнула какая-то странная, мучительная боль.
— Аш… мучил меня— прошипел Валдис. — Он заточил меня в темницу, пытал, превратил меня в это… чудовище. Я едва сумел сбежать. Моя душа… она жаждала мести. Я напал на его охрану у ворот и открыл путь. Чтобы ты мог уничтожить демона.
— Говорят, он божок из другого мира
— Это правда. Когда он попал сюда и еще не набрался энергии — он стал демоном. Но теперь, после призыва Владыки Бездны, кто знает, кто знает…
— Чего ты хочешь?
— Вернуть обратно свое тело! У меня есть его магический слепок, но нужна энергия.
— Я подумаю. Ничего не могу обещать. Где Аш? — спросил я, мой взгляд скользнул по открытым воротам, в черную пасть Цитадели. — Он внутри?
Валдис медленно кивнул, его сломанная лапа задрожала.
— Он в самом сердце вулкана, князь. Он пытается завершить ритуал. Туда идет несколько ходов, но они оба засыпаны обвалами несколько дней назад. Аш, должно быть, понял, что его время истекает, и сам вызвал эти обвалы, чтобы никто не смог к нему добраться. Пробиться туда будет невозможно. И через жерла вулкана тоже пройти нельзя, он начал извергаться с новой силой. Магма… она повсюду. Но я… я знаю тайный подземный ход. Тот, о котором Аш не знал. Он ведет прямо в сердце вулкана.