Арднер (СИ)

Было решено пройти пару десятков километров и остановиться на ночлег среди открытого поля. Так, по крайней мере, к нам не подойдут втихаря. Есть риск нашего обнаружения, но лучше так, чем днём ранее. Разожгли костёр. Мия приготовила ужин, так как дело уже шло к вечеру. Мы дружно сели возле костра и начали кушать суп, хлеб и жареное мясо кусками. Не шашлык, но тоже неплохо.
— Арднер, — начал беседу Костнер. — Хотел тебя спросить, да вот дело никак не доходило до вопроса. Ты угрожал Дрейку жидким серебром. Разве такое существует? — беспокойство здоровяка было мне прекрасно понятно. Мало ли, вдруг захочу на нём испробовать чудо-оружие.
— Недавно с гномами выпивали пиво с шашлыками…
— С шашлыками? — переспросила Мия. — Это хлеб такой у гномов?
— Грубо говоря, это маринованное мясо, пожаренное на углях. Очень вкусно, кстати, — подмигнул я ей, но Костнеру это не понравилось.
— Ты готовить умеешь? — удивилась целительница.
— Да, — ответила за меня Талиса. — Причём очень вкусно. Даже королевские повара так не могут.
— Отвлеклись от темы, — продолжил я. — Мы рассуждали об анатомии оборотней и вампиров. У этих двух биологических видов есть один и тот же криптонит — это серебро. Если подумать логически, то серебряная пуля или ядро не наносят им сильного вреда, так как раны на них заживают, как на Росомахе, — хорошо, что к новым словам не придираются. Видимо, ждут концовку. — Кристоф предложил изобрести жидкое серебро. У меня была пара идей, но у гномов не было химической лаборатории. Даже простой нитрат серебра невозможно было создать. Пришлось идти на хитрость. Измельчить серебро в порошок и размешать с водой. Это жидкое серебро добавить в экспансивные пули. Как-то так, — улыбнулся я.
— Экспансивные пули — это то, чем ты стрелял? Они знатно изуродовали высшего вампира, — улыбнулась Талиса.
— Да.
— Как они действуют? — спросила Мия.
— На самом деле там всё просто. На верхушке пули высекаешь крест ножом и экспансивная пуля готова. В чём же её основная задача? Останавливающий эффект с объёмным разрыванием тканей и мышц. Возможно дробление костей, если хватит кинетической энергии. Такую пулю не просто так вытащить. Вот в этом вся и проблема для добычи или жертвы, — я достал болты и начал их разбирать. Также вытащил из сумки порох, нож и деревянный брусок с верёвкой. Начал создавать разрывные болты.
— Болты? — спросил озадаченно Костнер. — Если впихнуть в болт порох, то он взорвётся в самый неподходящий момент.
— Если не соблюдать технику безопасности, то точно взорвётся в самый неподходящий момент, — еле сдерживая смех, ответил я ему. — Порох находится в задней части корпуса болта, а поджигатель на острие. И когда болт попадает в что-то твёрдое, то поджигатель смещается к пороху и тем самым детонирует его. Вижу, у тебя возник вопрос. Отвечу сразу. Чтобы порох не зажёгся произвольно, он специально защищается бумагой. Да и поджигателю нужно больше силы для преодоления преграды в виде бумаги.
— Это будет не экономно — заряжать полный барабан одними разрывными болтами, — подсказала Мия.
— Верное замечание. Лучше зарядить каждый пятый болт. Серия взрывов за короткий промежуток времени может доставить больше хлопот стрелку, нежели противнику, — в моих планах изготовить девять разрывных болтов. Остальные сделать по мере траты предыдущих. Слишком опасно с собой такое возить.
— А если разрывной болт попадёт туда? — Костнер сразу опустил глаза, когда понял, что такой вопрос задавать при дамах непозволительно. И тут же покраснел от стыда.
Была идеальная тишина. Мы сидели возле костра и молчали. Умеет Костнер задать вопрос, от которого все тут же решают поиграть в молчанку. Огонь медленно пожирал каждую веточку и добирался до массивных брёвнышек. Правду говорят, что на огонь можно смотреть вечно. Я не стал нарушать устоявшееся правило и просто наблюдал, как пляшут языки пламени. В костре догорала свежая ветка и наконец-то лопнула от накопившегося кипящего сока внутри ствола. Уголёк полетел на землю. Я проследил за его полётом и заметил порыв ветра в безветренную погоду в сотне метров от нас. Как я увидел ночью что-то? Да всё просто. Звёздное небо и убывающая луна немного освещали землю.
 
— У нас гости, — тихо проговорил я и полез за пистолетом. Винтовка, как и меч вместе с патронами лежали возле Санты.
— Сколько человек? — тихо спросил Костнер.
— Боюсь, что мой ответ тебя немного расстроит, — я заметил, что здоровяк был немного удручён тем, что не смог дать серьёзный отпор высшему вампиру и весь день ходил, как не свой. Даже его привычной улыбки не было. Думаю, что его расстроило не то, что он не смог дать убить высшего вампира, а то, что именно мне практически это удалось сделать.
— Высший вампир? — со страхом спросила Мия.
— Надеюсь, что обычные вампиры, — с опаской ответил я. Пистолет заряжен и готов к бою, вот только я сам не готов к нему.
— Тактика? — спросила Талиса.
— Пока не придумал. Костнер, ты же военный? Какая тактика у нас? — я смотрел вдаль. Три силуэта. И ещё один на расстоянии примерно в две сотни метров. Что-то мелькнуло вдали. Оптика? — Три вампира и один стрелок? Возможно.
— Все держимся возле костра, — скомандовал Костнер. — Если это вампиры или оборотни, то они забоятся близко подходить к костру и…
— И перестреляют нас издалека, как белок, — закончил я. — Талиса, защищай Мию, — тут раздался знакомый характерный выстрел. Ядро попало прямо в костёр, чем разворошило его. Пламя поднялось на три метра в высоту, извергая угли в разные стороны. Второй выстрел в метре от меня. Ещё выстрел. Ядро попало в наш походный котёл и рикошетом отлетело мне в наручи. Хорошо, что я их не снял, так как долго потом надевать.
Из темноты на Мию напал Иван с мечом в руках, но огненный шар сбил его в сторону. Он оскалился, и тут я понял, что охотники на вампиров сами стали вампирами. Иронично. Побежал на помощь, но меня с ног сбил Рикки. Оказавшись сверху на мне, он начал наносить хаотичные удары по всем открытым частям. Броня спасала мои внутренние органы. Я заблокировал очередной удар наручами и активировал скрытый клинок. Точный удар в ребро, и Рикки с истошным криком отпрыгнул от меня. Снова выстрел, но уже прямо возле моих ног.
— Костнер, — крикнул здоровяку, который ввязался в драку с молодым бойцом Крайтом. — Нужно убить стрелка. Живо. Пока он нас всех не перестрелял, как маленьких уточек, — пнул вампира под дых и выстрелил ему в голову. Жаль, что пули были стальными.
— Но… — здоровяк нанёс удар прямо в нос Крайту и ударом ноги отправил его в недолгий полёт. — А если увидят? — он посмотрел на Талису, которая сдерживала Ивана огнём.
— Так ты там превращайся, — дал я дельный совет. — А этого я возьму на себя.
— Хорошо, — согласился Костнер и побежал в сторону стрелка.
Крайт набросился на меня с мечом наперевес, но быть вампиром не означает, что можно стать искусным воином за секунду. Я ушёл от удара меча в развороте на одном колене и скрытым клинком перерезал сухожилия на ноге кровососа. Подобрал камень во время разворота и метнул в Рикки, так как тот уже поднимался на ноги. Камень подбил глаз вампиру, и тот снова рухнул на землю. Вскочив на ноги, нанёс прямой удар ногой в лицо молодому охотнику на вампиров. От такого неожиданного удара он выронил своё оружие, не удержался на ногах и упал на пятую точку. Я схватил его меч и в прыжке вонзил клинок прямо в живот. Получается, что пригвоздил кровососа к земле.
Упырь завизжал от боли. Попытался вытащить своё оружие из живота, но быстрый взмах моего скрытого клинка по пальцам правой руки заставил его передумать. Я дополнительно нанёс удар по рукояти меча, и клинок вошёл ещё на несколько сантиметров в землю. Крайт заверещал от боли, оскалился и начал отползать назад. Лезвие меча прорезало всё на своём пути. Вампир буквально делил себя на части, чтобы спасти свою жизнь. Шлейф чёрной крови устилал траву и камни. Смотреть на это было больно. Особенно тогда, когда его паховая область прошла процедуру деления через лезвие клинка. Меня чуть не стошнило, и заболело в том самом месте.