Принцесса с планеты Сприс (СИ)

Дверь в каюту капитана открылась с тихим шорохом. Быстров увидел на пороге Ариетту и секундой позже понял, что перед ним не производная ментальной интерференции. Совершенно настоящая дочь Фаолоры в изорванном платье держала в руке настоящий парализатор.
— Я расстреляла вашу блондинку, — сказала она. — Убивать не хотела.
  
9
 
— Пожалуйста, сядьте! — Ариетта направила оружие на Быстрова.
В ее зеленовато-серых глазах выделялись зрачки словно черные острия обсидиана (наконечники священных копий из него Глеб видел в одном из залов имперского дворца). Красивое и строгое лицо принцессы едва выдавало волнение, слабый румянец разлился по ее щекам.
Глеб хотел оттолкнуть пристианку с прохода и бежать в медицинский модуль, но его остановило не оружие, направленное в грудь, а пронзительный взгляд Ариетты.
— Сядьте! — повторила дочь Фаолоры.
И он послушно опустился на диван. Только спросил:
— Вы галиянку убили?
— Я же сказала: нет. Мне пришлось выстрелить в нее дважды, медавтомат снимет шок через несколько часов. Как я понимаю, вы здесь главный? — Ариетта сделала несколько шагов и остановилась в центре трехмерного орнамента ковра.
— Я — владелец этого корабля и капитан по совместительству. Добро пожаловать на дальний разведчик «Тезей», Ваше Высочество, — в последних словах Глеба слышалась немалая доля насмешки.
— Ваше имя?
— Глеб. Быстров. Я был знаком с императрицей — вашей матерью, госпожа Ариетта.
— Вы галиянец? — ствол парализатора в руке наследницы дернулся в сторону Быстрова.
— Землянин. С планеты, которую пристианцы иногда называете Исифиода, — Глеб ожидал, что это известие удивит принцессу, но на ее гладком лице не дрогнула ни одна мышца.
И он подумал, объяснения с наследницей могут оказаться проще, чем представлялось ранее: она не ударилась в истерику, а вела себя удивительно стойко и расчетливо. По мнению Быстрова это было хорошим знаком.
— Кто еще на корабле, кроме вас и галиянки? — она тряхнула головой в сторону медмодуля.
— Безногий андроид и два человека: господин Орэлин — бывший слуга графини Олибрии и мой товарищ — Агафон Аркадьевич Арканов. Можно просто: «А-А».
— Вы говорите о тех двоих, что в ангаре возились с какой-то техникой? — на полных губах Ариетты отразилась слабая улыбка. — Я заперла их и начала замедленную откачку воздуха. Теперь их жизнь зависит от вас, господин Быс-тров, — она произнесла его фамилию по слогам, будто прислушиваясь, как звучит незнакомое слово. — Все зависит от того, насколько вы будете честны и благоразумны.
— Сколько у них времени? Вы включали таймер? — теперь Быстров действительно занервничал.
Если бы бокал с остатками сока был из стекла, он бы лопнул в сдавивших его пальцах землянина.
— Я не скажу вам, сколько у них времени. Вы будете отвечать быстро и ни в коем случае не пытаться врать, — пристианка откинула со лба темно-каштановую прядь волос. — Вы сотрудничаете с кохху?
— Нет.
— Говорите правду! Перед вашим появлением на нас напали солдаты кохху: я слышала сообщение начальника охраны. Потом видела жутких насекомых своими глазами! Атака кохху была отвлекающим маневром, чтобы вы пробрались в здание и захватили меня?
— Ваше Высочество, я скажу абсолютную истину, странную на первый взгляд, но прошу дослушать до конца. На самом деле кохху не было, — вкрадчиво произнес Глеб.
Ариетта тревожно повела стволом парализатора.
— Атака отряда кохху, — продолжил Быстров, — и их робота была лишь иллюзией и на самом деле отвлекающим маневром, чтобы я и Ивала Ваала — та галиянка, которая сейчас лежит в медмодуле, — могли проникнуть в дом и захватить вас, не вступая в бой с основными силами подразделения охраны. Я ясно объясняю?
— Пока не очень убедительно. Каким образом может быть сделана такая иллюзия?
— Посредством демонстратора — устройства для показа «живых» голограмм и основанных на них фильмов. Только демонстратора усовершенствованного: значительно увеличено масштабирование, голографическим изображениям добавлено свойство интерактивности. Поэтому солдаты кохху не только вели себя как живые существа, но и вполне адекватно реагировали на выстрелы охранников. При этом, заметьте, никто из ваших бойцов не пострадал.
 
— Допустим, это так, — Ариетта вспомнила, о странных рапортах бойцов охраны с самого начала боя и том, что Сейонс сообщил: «оружие кохху не наносит вреда ни нам, ни флерам, которые давно должны быть разбиты! Вокруг горит земля, но пламя не оставляет следов на траве! Здесь что-то не так! Вижу группу у западной окраины поляны!».
— Хотя я не понимаю, как можно так переделать демонстратор, но допустим, вы говорите правду, — продолжила дочь Фаолоры. — Остается вопрос, кто послал вас, чтобы так нагло захватить меня и увезти со Сприса?
— Графиня Олибрия, — Глеб бросил взгляд на часы, как будто они могли сообщить ему время, оставшееся до момента, когда из ангара выйдет последний глоток воздуха. — Хочу заметить, Ваше Высочество, кроме того, что атака кохху была фальшивой и не нанесла никакого урона пристианцам, мы так же использовали против ваших людей только парализаторы, чтобы свести возможный урон к минимуму. Вам это о чем-нибудь говорит? Разве так поступают вероломные захватчики?
— Кроме парализаторов, вы были вооружены масс-импульсными винтовками. За стенами моего дома кто-то вел огонь из тяжелого оружия. И если вас послала Олибрия… — наследница, отступив на шаг, на мгновенье задумалась. — Почему она сама не связалась со мной по туннельной связи, не выслала мгновенное сообщение?
— Потому, что она мертва, — Глеб опустил голову и посмотрел на дно бокала, где плавали кусочки фруктов. — Увы, графиня не успела ничего рассказать мне о способах связи с вами. Искать мирные подступы к вашей резиденции, у нас не было времени.
— Графиня Олибрия мертва⁈ — голос пристианки дрогнул.
Быстров посмотрел на нее и чуть заметно кивнул.
— Вы мне лжете! — Ариетта скруглила рот, глаза ее стали влажными и забегали по сторонам, словно ища опровержения в какой-нибудь незаметной детали каюты.
— За той дверкой, — Глеб указал на шкафчик-башенку из ценной дерлианской древесины, — стоит шкатулка Фаолоры — она мне досталась от Олибрии. Там ваши документы, подтверждающие рождение, снимки, имперские грамоты и разные документы. Все это как минимум стоит великого трона Присты. Пожалуйста, возьмите — они принадлежат только вам.
— Вы лжете! — Ариетта топнула ногой, раскрасневшись и глядя на Быстрова, словно на жуткую статуэтку Эми — младшего бога, приходящего за душой.
— Олибрию убили в собственном замке, меньше чем через час, после того, как она поведала мне вашу историю. Я сожалею… Мне она была очень дорогим человеком. Может быть самым дорогим во всей вселенной, — Глеб со стуком поставил бокал на выдвижной столик и настоял: — Возьмите шкатулку.
Ариетта нерешительно шагнула к шкафу и, резко повернувшись на полпути, произнесла:
— Кто ее убил? Вы должны это знать!
— Я только догадываюсь. Верных доказательств нет.
— Ну говорите же!
— Те же люди, которые охотятся за вами — люди герцога Флаосара. Вы знаете, что он целит на пристианский трон? — Глеб медленно встал, ожидая, что дочь Фаолоры снова направит на него парализатор, но оружие так и осталось опущенным в безвольной руке.
— До меня доходили кое-какие слухи, — Ариетта, осторожно, будто ожидая подвоха, открыла резную дверку.
— Ваше Высочество, позвольте мне остановить откачку воздуха, — попросил землянин. — Люди, запертые в ангаре, ни в чем не виноваты.
— Стойте, не двигайтесь! Я осмотрю шкатулку, и вместе пойдем к ангару, — взяв шкатулку, наследница направилась к столу.
Сейчас Быстров вполне мог разоружить ее одним заученным движением, но не стал этого делать, опасаясь разорвать тоненькие паутинки доверия, протянувшиеся между ними.
Поставив ящичек с изящными рельефами на стол, пристианка разглядывала и ощупывала его, в поисках замка, потом спросила: