Развод. Сын моего мужа (СИ)

– Да-да, минутку!
Я опускаю ладони под поток холодной воды, растираю шею. Кожа покрывается мурашками, я ёжусь.
В который раз умываюсь, избавляясь от остатков слёз. Да, я расплакалась при Вите. А потом в машине.
И ещё раз, в уборной своей кондитерской.
Эмоций так много, что мне просто выворачивает. Разрывает в моменте бомбой чувств.
Я выговорилась, мне должно было стать легче. В каком-то смысле, мне и стало. Просто душу не распахнула, а разорвала, чтобы показать всё.
  
Я так устала от всего этого. Действительно устала.
Должна .
Быть умнее, прощать, думать обо всём сразу. Должна найти в себе силы простить мужа, закрыть глаза, должна…
Что там ещё?
Принять, что всё было давно. Можно и простить. Ну а обрушил на мою голову Витя бомбу в виде сына… Так это мелочи. Сын же давно появился.
Я встряхиваю головой, подвожу глаза к потолку. Медленно выдыхаю, стараясь проглотить всё недовольство.
Легче ли мне из-за того, что мужу было страшно всё это время? Нет. Мне никогда не было хорошо потому, что кому-то плохо.
Но страдал, значит, понимал свою вину. Знал, насколько неправильно поступил.
И я ведь сказала правду. Дело не только в измене. Вначале разве что, но на самом деле…
Я сказала мужу правду. Убивает не то, что он переспал с Марго. А все его поступки дальше.
Трусость, подлость, вечный обман.
Уверена, если бы изменщицей была я, Витя бы никогда меня не простил. Потому что для этого нужно слишком много сил, которых у мужчин никогда нет.
Вот и я без сил. Слабая.
Потому что рядом будет Назар всегда. Как ежесекундное напоминание того, через что я прошла.
А я не хочу этого.
Действительно не хочу.
Я была верной Вите. С момента, как мы познакомились, для меня существовал только он.
Шесть с половиной лет я старалась быть идеальной женой. Понимающей, поддерживающей во всём.
И не страшно, что на нашу годовщину нужно уехать по работе. И вот Рождество в другом месте. Всё-всё понимала и принимала, потому что любила.
Видимо, на прощение у меня любви недостаточно.
Собрав себя по кусочкам, я выхожу в зал. Занимаюсь работой, стараясь не думать ни о чём больше.
Вечером и утром девочки.
День – работа.
Так день за днём, как цикленная. Мой график забивается до неприличия. Буквально опоздание на пять минут рушит весь план.
Но я не торможу. Больше, больше. Нужно так много задач, чтобы ни одна лишняя мысль не просочилась.
И становится немного легче. Всего на капельку. Когда нет времени с подругой поболтать, то на боль тоже времени немного.
Тем более что муж делает мне самый значимый подарок. Он услышал меня, не трогает лишний раз. Даёт зализать душевные раны.
Мы видимся с ним всего раз в неделю, и то если повезёт. Когда муж проводит час или два с детьми. И мне так хочется кричать от этого. Так несправедливо.
Какого черта, Вить?!
Развод со мной не делает тебя воскресным отцом. Ты же сам рассказывал, как не хочешь девочкам вредить.
Я не против, пожалуйста. Забирай на выходные, вечерами с ними встречайся. Я готова подвезти куда нужно.
Но Вите сложно, конечно же. У него работа, встречи. Он привык, что можно по вечерам немного провести время с девочками, а дальше отдыхать. Или на выходных поиграть, а после отвлечься.
Витя хороший отец, да.
Но очевидно хорошим быть проще, когда тебе не нужно лишний раз напрягаться.
– Мамуль, – зовёт меня Соня с заднего сидения. – А папа сегодня будет?
– Папа, – я глушу все протесты, мило улыбаюсь. – А сейчас давайте позвоним и узнаем.
– Да!
Девочки в два раза счастливее становятся, когда говорят с отцом по телефону.
– Ты можешь отвезти их к моим родителям? – просит Витя. – У меня сейчас встреча с юристом… Но я через часа два подъеду.
– Я хоть на луну их отвезу, Вить. Ты просто проводи с ними время.
Укол остаётся без ответа. Оглядываюсь на малышек, но они тоже не замечают.
– И баба с дедой? Класс!
Хорошо быть ребёнком. Так мало проблем, так много поводов для радости.
Я и сама не против. То, что у меня с мужем разногласия, никак не касается его родителей. С ними отношения, даже если не были тёплыми, но и плохого они мне не делали.
Звоню своему репетитору, переношу занятие на следующий день. Не шутила, когда говорила, что у меня много разных занятий.
Реклама в соцсетях, спорт, различные мастер-классы с детьми. Вон, испанский изучаю.
Я всегда хотела побывать в Барселоне, но муж терпеть не может этот город. Не зашла ему атмосфера.
– Здравствуй, Полиночка, – свекровь меня во дворе встречает. – Быстро вы.
– Пробка рассосалась быстрее, чем я думала. Если у вас ещё дела…
– Ну что ты. Для моих внучек у меня всегда время есть, да? Как вы?
– Ба!
Я отстёгиваю малышек, помогаю им спуститься на землю. Они тут же бросаются к бабушке, облепляя её со всех сторон.
Свекровь суетится, но при этом её взгляд постоянно направлен к пешеходной дорожке. Словно она очень ждёт чьего-то прихода.
Или опасается.
– А деда где? – деловито уточняет Соня.
– Придёт скоро. Мы дома его подождём.
– Вы не только за девочками присматриваете, да? – я контролирую голос, чтобы не звучало претензией. Понимаю всё быстро. – Назар здесь? Витя не предупреждал.
– Они все мои внуки и внучки, – свекровь пожимает плечами. – Поэтому… Как мать ты меня должна понять, Полина. Когда у твоих детей появятся свои…
– Мария Владимировна, я же без претензии. Просто мне хотелось бы знать о подобном заранее. Я не… Я стараюсь ограничить общение девочек с Назаром. Они ещё ничего не знают. И мне не до конца нравится поведение Назара…
– Я понимаю, что тебе больно, но сейчас ты наговариваешь зря. Назар отличный мальчик.
Я поджимаю губы, скрывая недоверчивую улыбку. Ничего не говорю, потому что не собираюсь быть «злой бывшей».
Мне нужно думать о том, как сейчас правильнее поступить.
– Ты пойми, Полин, – продолжает свекровь. – Я не одобряю то, как поступил Витя, но…
– Он ваш сын.
– А Назар…
– Внук, да.
Я киваю, понижаю голос так, чтобы девочки не слышали. Но они не обращают внимание, уже пытаются отковырять какую-то палку из земли.
Витя говорил, что его родители не приняли ситуацию, но я знала, что это временно. Родители всегда поддержат своего ребёнка.
Внутри клокочет злость. Будто маленькие бомбочки взрываются. Шрапнелью врезаются во внутренности. Терзают без конца.
Муж знал, насколько мне сложно! В том числе – видится с Назаром. И при этом отправил меня сюда.
Зная всё, он так поступил…
И как мне на это реагировать?
У меня, по факту, есть три выхода. Забрать девочек и уехать. Остаться, погулять с девочками, отдать их только Вите. И просто принять ситуацию и уехать.
Я не смогу ограничивать общение девочек с Назаром всегда. Это факт, придётся принять.
– Они не знают, – произношу я, глядя в глаза свекрови. – Обо всей ситуации. Назар для них просто друг.
– О, – она поджимает губы. – Не думаю, что скрывать от них…
– Вы мать, Мария Владимировна. И я тоже. Позвольте мне самой решать этот момент. Мне и Вите.
Я говорю сухо и жёстко, но не добавляя агрессии в голос. Просто доношу свою мысль.
Свекровь тяжело вздыхает, но по взгляду вижу, что она принимает моё решение. Не станет спорить.
А Назар вроде как показал себя смышлёным. В прошлый раз он выкрутился, не стал раскрывать правду.
Надеюсь, сегодня ему тоже хватит сообразительности помолчать.
– Мартышки, ведите себя хорошо, – присаживаюсь возле них. – Слушайтесь старших, хорошо?
– Ага, – соглашается Алиса.
– Ховосо, мам, – серьёзно кивает Соня.
  
Я целую их в щёчки, поправляю рюкзачки. Отправляю вместе со свекровью, уже придумывая, какими словами обложу Виктора.
Так не делает! Это очень подло. И как-то даже… Отвратительно в желании столкнуть меня с Назаром.