Развод. Сын моего мужа (СИ)

– А то я не заметил, – огрызается. Проводит ладонью по лицу, словно пытается стереть эмоции. – Прости. Да, я понял. И я не отпущу его с Марго. Но она права – сейчас всё на её стороне.
– Тогда придумай что-то. Договорись. Ты её столько лет знаешь, нет никаких рычагов давления?
– Да я… Да, думаю, есть кое-что. Может сработать.
– Вот и отлично. А я поеду.
Всё это – не моя проблема. Я не должна быть в центре разборок этих лжецов.
  
У меня мои девочки наверху. И их спокойствие меня волнует куда больше. Остальные – сами разберутся.
– А кто квичал? – Алиса прикусывает кончик языка, раскладывая рисунки в детской. – Гвомко.
– Папа? – Соня хмыкает.
– Папа ругался с бывшей знакомой… Она не очень хорошо поступила. И теперь они не могут договориться.
– Мам, а папа тут живёт? Один?
– Нет, он сейчас живёт в другом месте. Так бывает, мартышки, что иногда людям приходится жить отдельно.
– Почему?
– Потому что иногда люди ошибаются. Делают плохо тем, кого любят. И…
– И ваш папа поступил не очень хорошо.
Я резко оборачиваюсь на Витю. Он стоит хмурый и загруженный мыслями. Но тут же натягивает на себя улыбку.
Он подходит ближе, присаживается возле девочек. Мой взгляд игнорирует.
Почему он здесь? Он обязан с Марго разобраться.
Напряжение стягивает кожу. Я внимательно слежу за каждым словом Вити. Что он скажет? Успею ли я вмешаться?
Для некоторых дети – сильнейший способ манипуляции. И я боюсь, что Витя воспользуется им.
– Я обидел вашу маму, – признаёт муж. – Очень сильно.
– А пвости сказать? – Алиса жуёт губу. – Надо сказать.
– Иногда обычного «прости» не хватает, мартышка. Можно обидеть так, что человек никогда не сможет простить.
– Ты все её конфеты съел?
Соня округляет свои глазки, смотрит на папу с осуждением. И несмотря на острый булыжник в груди, я всё равно улыбаюсь.
– Ещё страшнее, – шёпотом сообщает Витя. Девочки ахают. – Поэтому мы пока будем жить отдельно.
– Пока? А потом? – старшая дочь не отступает.
– А потом мы посмотрим. Насколько я умею извиняться и исправлять ошибки. Если нет, то… Это будет моя вина.
Я рвано выдыхаю. До этого, сама не замечая, я почти не дышала. Волновалась.
Но у Вити есть немного совести в запасе. Он поступает именно так, как нужно. Спокойно и правильно объясняет всё девочкам.
Отвратительный момент – Назар где-то испуганный прячется, Марго истерит наверняка.
Но это нужно было сделать.
– Но то, что папа меня обидел, – вмешиваюсь я. – Не значит, что он обидел вас. Это между нами. Но и я, и папа – очень сильно вас любим.
– Папа теперь реже будет? – шмыгает носом Соня.
– Я постараюсь бывать чаще, – тут же обещает Витя. – Очень постараюсь. Мы что-то придумаем, хорошо?
– Хорошо, – кивают синхронно.
Немного успокаиваются. Я боялась, что реакция будет намного хуже. Но… Дочки пока не до конца всё понимает.
– А теперь – кто быстрее сбор закончит?
Малышки тут же подхватываются, начинают хватать игрушки. Соревнуются между собой.
Я разворачиваюсь к мужу:
– Я думала, что ты с Марго будешь решать.
– Решу, – кривится он. – Она сейчас Назара ищет. Пусть ищет. А я не мог просто дать вам уехать.
– Вить…
– Вы – моя семья. Об этом не должны забывать ни девочки, ни ты. И вы тоже для меня в приоритете, ясно? Я захотел попрощаться, убедиться, что всё нормально. Я скучаю по вам.
– Как я говорила – ты можешь видеться с девочками, нужно лишь обсудить даты и время.
– По вам, Полюш. По тебе тоже.
От этой искренности в голосе мужа хочется кричать. Слова иголками вонзаются в голосовые связки, не выпуская ни звука.
Я вздёргиваю подбородок. Ловлю взгляд мужа. Там смешан целый коктейль эмоций.
Раскаяние, раздражение, крупицы злости, полно – надежды.
Я с трудом совладаю со своими чувствами. Потому что муж для меня всё ещё родной. Где-то на уровне инстинктов заложено.
За столько лет в саму душу вплелось.
А душу рвать очень больно.
Но необходимо.
– Скучать по мне нужно было восемь лет назад, Вить. Теперь уже поздно.
  
Глава 27
 
– Всё забрали?
Я в который раз спрашиваю у девочек, загружая последние рюкзаки в багажник. Хочется убраться отсюда как можно дальше.
У меня голова гудит от всех этих разговоров. Я вообще не должна быть втянута в эти разборки.
Пристёгиваю девочек, а после иду за собственной сумочкой. На весь дом разносятся крики Марго.
– Куда ты дел моего сына?! Он мой, ясно? И ты вообще к нему отношения не имеешь!
– Тест ДНК утверждает обратное, – цедит Витя. Он изо всех сил старается держать себя в руках. – Скоро суд, Марго.
– Что? Сына попытаешься у меня забрать?! Этого не будет! Суд встанет на мою сторону. Назар останется со мной! А ты получишь визиты только с моего разрешения. Поэтому на твоём месте я вела бы себя вежливее.
Я качаю головой, хотя меня никто не может видеть. Какой ужас. Никогда этого не понимала.
Нет, не разговоров мужа с любовницей.
А подобных манипуляций. Когда пара расстаётся, а в качестве рычагов используют детей.
Матери часто запрещают встречи совсем, ограничиваю, настраивают детей против. Всё для того, чтобы больнее бывшему сделать.
А некоторые мужчины считают, что разводятся они сразу с семьёй. И дети… Ну они дальше как-то сами. Разберутся.
Я искренне надеюсь, что мы с Витей сможем обойти подобные подводные камни.
Я быстро возвращаюсь к машине. Не хочу больше слышать этой ругани. Захлопываю багажник, запрыгиваю на водительское сидение.
– Готовы?
Я улыбаюсь девочкам, они хихикают между собой, переглядываются. Что уже задумали?
В прошлый раз они так секретничали, когда прятались за диваном и выпрыгивали с криком «бу».
– Ага.
Алиса часто кивает, не прекращая широко улыбаться. Соня шикает на неё, но сама прыскает через секунду.
Хоть у малышек настроение хорошее.
Я тихо включаю музыку в салоне, постукиваю пальцами по рулю. Стараюсь отбросить всё плохое, а просто наслаждаться моментом.
Всё хорошо. Всё отлично.
Дела кондитерской я вытяну. Жильё я нам нашла. Девочки счастливы. Что ещё нужно?
– И за нами, – напеваю громче. – И за нами снова звёзды в небе.
– Мы идём по следу…
– К самому вассвету.
Малышки обожают эту лёгкую песню. Тоже подхватывают. Полностью расслабляюсь. Пока не замечаю, что в нашем трио появляется лишний тембр.
Твою же…
– Ой!
Тихий горестный вздох. Я тут же заезжаю в «карман», хотя заранее знаю, что увижу сзади.
Назар растянулся на полу, подложив рюкзак под голову. А девочки всё это время хихикали над его прятками.
– Это уже ни в какие вороты, – произношу вслух. – Назар, нужно знать границы.
– Я ведь предупреждал, – мальчик садится, обнимая себя за колени. – Что спрячусь, как в прошлый раз. Вы против ничего не сказали.
– Но при этом ты тайком пробрался.
– Я перестраховался.
– Знаешь что…
Мне явно нужен какой-то курс для нервной системы пропить. Поддержать то, что я ещё не свихнулась.
Но смотрю на эту несчастную моську…
Вспоминаю крики Марго…
– Если меня из-за тебя полиция заберёт, я тебя самого сдам.
Докатилась, угрожаю семилетнему ребёнку.
Но блин. Вернуть его обратно – вручить в руки Маргариты. А у меня от её поступков мороз по коже.
Она не просто истеричка, но ещё явно неуравновешенная. И от нормальных мам дети не сбегают.
А у Назара какое-то паническое состояние, страх, что его отдадут назад матери. И ведь это раньше проявлялось, я просто не заметила.
Мальчик постоянно повторял: боится, что папа его отдаст. Что вернётся обратно. Не в приют, а к матери.
  
– Я скажу, что вас похитил, – Назар улыбается. – Или ограбить пытался. Или…
– Я поняла уже, – качаю головой. – Истории ты выдумывать умеешь. Сядь на сидение нормально, пристегнись. Я позвоню твоему отцу, он тебя заберёт… Из кондитерской, наверное.