Развод. Сын моего мужа (СИ)

– Эм… – теряется. – Ничего? Вы просто… Вы хорошей кажетесь. И вы мне понравились. И я хочу с вами подружиться. Вы же жена моего папы.
Произносит шёпотом, поглядывает на работников за прилавками. Значит, Витя действительно с малым поговорил.
Это не приносит никакого облегчения.
– Тебе незачем со мной дружить, – чеканю я. – В скором времени я не буду женой и…
– Не надо с папой из-за меня разводиться. Я хороший, я вам понравлюсь! Просто вы мне шанс не даёте.
  
Обиженно складывает руки на груди. Смотрит на меня так, будто я его пнула без повода.
Материнский инстинкт во мне вопить начинает, что я ребёнка обижаю. Но после я вспоминаю об актерских способностях этого мальчика. И попускает.
– Дело не в тебе, Назар…
– Во мне! А потом… Вы папу бросите, а он – меня. Я буду тихонько у вас жить. Вы даже не заметите. Я тихий. Лишнего не попрошу. Только… Я немного взял со стола у ваших дочерей, но… Вот.
Назар отскакивает к столу, снова копошится в своём рюкзаке. Кажется, что он не расстаётся с ним.
Мальчик протягивает мне мятую открытку. Самодельную, сделанную из разноцветной бумаги. Запоздалое поздравление с днём рождения.
– Шоколадка такой себе подарок, – чешет он затылок. – Я вот это приготовил. Вам нравится?
– Я… Послушай…
– У них классная цветная бумага. Но если надо, я верну! Мне просто мама такого не покупала никогда. А мне нравится рисовать. А вам нравится? Ну, открытка, не рисовать. И рисовать тоже.
Назар начинает непривычно тараторить, заваливая меня вопросами. Слова не даёт вставить. И уйти тоже.
Только шаг в сторону делаю, как мальчик рядом оказывается. Словно не может просто так отпустить меня.
И что тут происходит?
Ну… Ладно. Раз тут какие-то свои интриги, я тоже могу. Цепляюсь за сказанную мальчиком фразу.
– Говоришь, мама твоя такое не покупает? – я прищуриваюсь. – А часто она тебя так оставляет?
– Ну-у-у, – тянет растерянно от смены разговора. – Иногда? Она, эм, часто занятой бывает. Поэтому…
– И где она сейчас?
– Я не знаю. Она по работе уехала. Сказала, что это срочно! Я не вру. Папа ездил к нам домой, он всё проверял. Её там нет. А я ключи потерял, даже не могу забрать свои игрушки.
– Угу. То есть, она часто так тебя оставляет отцу?
Где-то внутри неприятно вибрирует, что я ребёнка используюсь. Пытаюсь из него ответы вытянуть, вместо того, чтобы с мужем поговорить.
Но не получается у меня с Витей. Больно и гадко. И каждый раз разговор в другое русло уходит.
– Нет, с папой – нет. Папа… Ммм, – жуёт губу, опуская взгляд. Долго рассматривает носки кроссовок. – Ну… Мы не прям, чтобы виделись…
– Назар.
– Мы недавно познакомились, ага. Я его не знал раньше.
Я тяжело вздыхаю. Нашла у кого спрашивать. Назар рассказывает то про маму, которая рожает. То про командировку. То вот папу он совсем не знал.
В это верится так же сильно, как в то, что Соня действительно видела фей в лесу.
– Но ты о папе много знаешь, – сощуриваюсь я.
– Мне мама рассказывала, – бодро рапортует. – Много очень. Я и запомнил. А потом папа рассказывал.
– И когда вы познакомились?
– Ну, когда мама меня к нему в офис привела. На ваш день рождения.
Произносит всё быстро и чётко, будто заученно. Усталостью накатывает от этих разговоров.
Кажется, Витя провёл долгий разговор с сыном. Научил его, что именно нужно говорить мне. Как себя вести.
Как можно детей в таком возрасте учить врать и изворачиваться?!
– Назар, ты хотел подружиться? – я сжимаю пальцами переносицу. – Так вот, не получится подружиться, когда врёшь.
– А когда манипулируешь? – цокает Назар. – Вы сейчас меня устыдить ходите и получить ответы, которые вам нужны. Так тоже не дружат.
Назар скрещивает руки на груди, смотрит недовольно и с вызовом.
Да-а-а. Точно смышлёный. Прям не верится, что парень в семь лет может быть настолько сообразительным.
Хотя… Если его мать действительно постоянно в разъездах и бросала сына…
Так, Полина, соберись. Нечего тебе об этом мальчике думать лишний раз.
– Я сказал правду! – настаивает обиженно. – Вы мне нравитесь. А когда нравится кто-то – ему врать нельзя.
– Да? И почему я тебе нравлюсь?
– Ну… Эм, вы кажетесь доброй. И вы светлая очень! Если вы мне шанс дадите, то я докажу, что со мной нужно дружить.
– Прям нужно?
– А кто ещё вам такую открытку сделает? Ну красивая же?!
Смотрит требовательно и с надеждой. На дне знакомых голубых глаз мерцают крупинки грусти.
Как обиженная жена, которой жизнь сломали подобным сюрпризом – мне хочется обрубить всё. Сделать так, чтобы Назар совсем ко мне не подходил.
Как просто женщина, перед которой ребёнок, я могу лишь кивнуть. Язык не поворачивается сказать мальчику что-то плохое.
В конце концов, он просто ребёнок. А то, что его родители научили врать, не его вина.
Поэтому я просто прощаюсь, напоминая про кучу дел, и ухожу. Быстрым шагом я направляюсь к выходу.
Внутри царапает подозрением, что не просто так Назар меня отвлекал. Может, его Доронин попросил. А сам…
– Нет, мне обещали, что поставка будет сегодня! – доносится взбешённый голос мужа. – А мне всё равно.
Муж стоит ко мне спиной, не видя приближения. Я прислушиваюсь как воришка. Не хочу вмешиваться, лишь выжидаю, какие крупицы информации я смогу поймать.
Я не должна в этом разбираться, но… Не хочу, чтобы меня и дальше глупышкой выставляли. Чем больше я знаю, тем проще выстоять нападки мужа.
– Мы с вами договорились, – Витя понижает голос до опасного шёпота. Холодок по спине проносится. – Если в течение получаса вы не привезёте всё, то мы разрываем контракт. Да, полностью. По всем объектам. Мудачье.
Последнее Витя бросает рвано, уже убрав телефон. Разворачивается и замирает, заметив меня.
Но не выглядит ни смущённым, ни пойманным на горячем.
– Полчаса, – спокойно произносит он, а я хмурюсь. – Всё, что нужно для пожарки привезут в течение получаса. И ещё полчаса на замену. Думаю, управятся быстро.
– О, – я хлопаю ресницами, осознавая всё. – Я… Кхм.
Благодарность и рвётся из меня, и душит одновременно. Я не знаю, как сейчас себя вести.
Одно дело – когда муж ведёт себя как подлец. Тогда просто и понятно. Воевать и отталкивать.
А сейчас вроде помочь пытается. И если я просто огрызаться буду, то выставлю себя истеричкой, которая на всё нервно реагирует.
Вить, ну почему ты не можешь просто мудаком быть? Намного проще всё бы прошло.
У меня получается спровадить мужа. Я выдыхаю, стоит Вите и его мелкой копии покинуть мою кондитерскую.
Я прошу Галину приготовить кофе, а сама принимаюсь за дела. Я вызваниваю знакомого инспектора, который может проверить новое оборудование.
Я не хочу больше слепо доверять мужу. Занимаюсь счетами, заказами, просматриваю
Несмотря на то что бизнес идёт неплохо, у меня не очень большой штат сотрудников. Многое я сама контролирую.
Раньше было проще. Потому что у меня был Витя. Моё твёрдое плечо, на котором повиснуть можно было. С уверенностью, что муж со всем разберётся.
И юриста даст, и советом поможет. И вообще, всем бизнесом займётся, пока я с малышками дома застряла.
А теперь…
Я заливаю в себя тонну кофе. Прячу лицо в ладонях. Дышу прерывисто, пытаясь погасить очередную вспышку боли.
Я просто… Я чувствовала себя защищённой. Постоянно. А теперь без брони на всех фронтах. И это очень страшно.
Но я справляюсь. И в кондитерской, и при встрече с адвокатом по разводам. В машине несколько раз бросаю взгляд на заднее сидение.
Никогда не знаешь, где Назар притаится.
  
По дороге в родительский дом я созваниваюсь с юристом. Консультируюсь с ним, как лучше поступить.
– Мамочка дома!
Алиса несётся ко мне. Требовательно тянет ручки, чтобы я подняла её. Расцеловываю её щёчки.