Попаданец 2 (СИ)
— Двое или трое колотят, еще столько же помогают. Поправляют снопы, приносят новые, убирают солому и собирают зерно. — Твердята указал на несколько ведер, стоящих в углу, одно из которых было наполнено смесью мелкой соломы и ржи.
— А не зашибем кого? — с сомнением осматривая инструмент спросил Незван.
— Меня точно не зашибешь! — Уверенно вклинился Заяц.
— Для этого и показываю, где стоять и как бить. — терпеливо ответил Твердята. — Дальше пошли, охламоны.
Подхватив ведро, мастер вышел и направился в сторону мельницы, до нее было метров 50. С одной стороны от нее собрали еще один навес метра 4 в высоту, столько же в ширину и с десяток в длину. Пола не было, а земля так же как и в молотильне покрывалась несколькими слоями плотной ткани.
— О, новенькие? — улыбаясь спросил сильно вспотевший трудяга, переводящий дух сидя в сторонке.
— Да, за ними будешь присматривать. Я завтра в Смолинскую отбываю. — ответил Твердята, показывая парням их будущего начальника. — Скоро закончат?
— Да, к вечеру все доделать обещались. — кивнул работник.
Навес сейчас обшивали досками с двух сторон на высоту около метра и немного укрепляли, чтобы не шатался.
— Давай подымайся, покажи молодцам, что тут делать надобно. — распорядился Твердята, а потом крикнул строителям. — Братцы! Передохните чуток, мы быстро!
Строители ничуть не опечаленные тем что их прервали, переговариваясь, сложили в кучку инструменты и направились в сторону столовой. Скоро уже обед, а раз такое дело, то можно и пораньше прийти, да там подождать и места получше занять.
— Смотрите. Тут сложного ничего нет. Веять нужно в ту сторону, с которой ветер дует. — комментировал Твердята действия работника. — Берете совок и подкидываете зерно ровно вверх. Мякину и солому будет сдувать, а зерно упадет рядом с вами.
— Можно я попробую? — встрял суетившийся Заяц.
— Иди. — быстро согласился работник.
Ему вручили в руки небольшой совок на длинной ручке, чтобы не нужно было сильно нагибаться. Заяц аккуратно подцепил им из принесенного ведра небольшое количество содержимого и подбросил, как им показали.
— А если ветер переменится или его не будет? — спросил Незван.
— Подождем тогда, когда появится. — пожал плечами пахарь. — А если торопиться нужно, то можно и без него совсем, просто будет сильно дольше. Также нужно бросать и мякина будет отделяться постепенно. Все перекидаете, соберете отдельно чистое зерно, которое прямо под вами, а остальное опять в ведро и по новой. Мякину, что будет не сильно относить тоже собираете и вон туда. Пригодится животинку покормить.
Твердята указал рукой на несколько больших плетеных корзин, которые строители убрали подальше, чтобы им не мешались.
— Ага. То есть когда мы будет кидать второй раз, то уже будет меньше соломы и больше чистого зерна, а в следующий раз и еще чище? — задумался Заяц. — И много раз так надо делать?
— Пока все не отберешь. — закатил глаза Твердята. — Сколько надо, столько и будешь кидать.
— Ну, тут вроде не тяжело. Да и работа разная будет. Мне нравится. — подвел итог Заяц.
— Посмотрю я на тебя, когда цепом целый день помашешь. — усмехнулся Твердята. — Кстати, идите-ка на обмолот пока, там больше всего руки нужны.
Мастер отправил вместе с ними своего будущего заместителя и сел на лавку возле мельницы, дожидаясь Тимофея с Младом. Новая идея означает дополнительную работу, а сейчас и так ее полно, поэтому настроения у него особо не было. Хоть он и любил придумки своего начальства, так как часть из них оказалась очень полезной, но сейчас совсем не время.
***
— Ну что, Лютомир, как твои успехи? — Тимофей подошел к бывшему боярскому десятнику и присел рядом с ним на лавку.
— Так же, как и вчера. — ответил тот. — Буша, ногу немного назад еще отведи на пол ладони! Вот так, да. Сколько раз тебе еще повторять?
Покалеченный воин вернулся к тренировкам не только молодежи, но и еще пятерки мужчин, привезенных в Боротно купцом, но не слишком подходящих на нужные работы. Что-то они делать несомненно могли, но по тем или иным причинам от них Тимофей собирался отказаться. Двое решили устроить драку, один норовил постоянно что-то сломать, а еще двое просто не хотели запоминать элементарную технику безопасности и мастера их отфутболивали буквально в первые дни, рисковать своими деньгами из-за таких они не собирались. Можно было последних отправить на что-то совсем простое, но пока там справлялись, Тимофей решил попробовать их в воинском деле. Никто от смены профиля не отказался, хотя и умений совершенно не имел. Только один из них утверждал, что хорошо стреляет из лука, но подтвердить свое мастерство не сумел. Хотя, по сравнению с большинством деревенских его успехи были получше.
— Справляешься? — переспросил парень, понимая, что показывать приемы и упражнения воину в таком состоянии очень не просто.
Большую часть приходилось объяснять просто словами и жестами, потому что выполнять упражнения и тем более махать железом Лютомир не мог. Даже натянуть тетиву самострела у него выходило только в сидячем положении и при этом он сильно морщился, но все равно отказывался, чтобы оружие ему заряжал кто-то другой.
— Вячко помогает. — коротко ответил Лютомир, не очень любивший напоминаний о его недееспособности, пусть даже в добром намерении. — Не зря же я его гонял, вот пусть теперь сам показывает.
Вячко был боярским холопом и его положение было в данный момент самым спорным. Грубо говоря, он принадлежал Якову Прокшиничу и его работой была служба в дружине. Но он сам не горел желанием возвращаться в Илемно, причем не боярин был причиной, а его друг Мишка, который до сих пор тоже не поинтересовался его состоянием. Кроме того, он уже практически полностью оправился и был готов возвращаться в седло, но не спешил этого делать, хвостом преследуя своего десятника.
— Чего с ним будем делать? — спросил Тимофей, кивая на Вячко, объясняющего новичку, как удобнее и правильнее стоять при выстреле.
— С ним не просто. Его на меч взяли, нет за ним четкого долга. Боярин захочет, любую цену запросить может.
Лютомир протянул Тимофею наполненную кружку с квасом, но тот лишь покачал головой отказываясь.
— Это ты мне уже говорил. Пока он лечился, то ладно еще, а вот когда он работать начал, тем более людей учить, совсем другое дело. Не поймет боярин такого.
После весенних событий Тимофей твердо решил, что не собирается отпускать своих бойцов на службу к боярину и, переговорив с каждым, заключил с ними ряд, по которому каждый на пять лет остается с ним. Зависимых людей среди молодежи не было, и они быстро согласились. Оставаться стражниками своего поселения однозначно лучше того, чем ходить в боярские походы неизвестно куда. Только Буша сначала сомневался, хотелось ему воинской славы. С новенькими же ряд заключили лишь до весны. Если покажут себя хорошо, то их ждет новое предложение, а если нет, то и пусть уходят.
— Не знаю, как тут быть. Да и сам он не очень хочет оставаться здесь, просто не решил, куда деваться. — развел руками Лютомир.
— Думаешь сбежит? — с сомнение спросил Тимофей, поглядывая на молодого дружинника.
Тот, словно почувствовав на себе взгляд, повернул к ним голову и махнул рукой в приветствии. Тимофей ответил тем же.
— Кто его знает? — ответил вопросом на вопрос Лютомир. — Дело то не хитрое. Молод он, горяч. На друга близкого обиду затаил. Да и мест разных повидал уже, чай пятый год с нами в походы ходит. Найдет где схорониться.
Беглых людей в это время было не мало. Основной причиной был конечно беспредел хозяев земель, но далеко не всегда. Люди везде жили по разному, но в основном очень бедно и трудно, вот когда сил терпеть не оставалось, они и уходили в поисках лучшей доли. В новом месте осесть не у всех получалось и шли дальше и дальше, если их не ловили. Но те кто поумнее с этим легко справлялись. В это время паспортов и следственных отделов нет, а откуда знать каждому дружиннику, сбежал он от кого или нет. Уйдет подальше и не знает его там никто.