Касание пустоты

В лабораторию пришел Райли, мельком глянул на Лео, спросил:
– Все в порядке? Работаем?
– Да. – Она обхватила себя за плечи.
– Ждем Боровского. Я пока включаю оборудование. Хен, готов?
Китаец кивнул. Пришел Ярослав, открыл новую вкладку журнала, и Лео отправилась в лабораторию.
– Мы готовы, – сообщил динамик.
Перемещаться мгновенно ей оказалось очень легко. Потянуться к нужной точке, и вот уже там. Требовалось минимальное физическое усилие. Этот процесс даже доставлял Лео некое удовольствие.
– Достаточно, – дал Боровский отмашку по громкой связи. – Обсчитаем то, что есть, и сделаем план на следующий день.
Хен снял датчики, и Лео ушла, оставив китайца, Райли и Боровского заниматься данными.
Снова пошла в медблок. Дверь открыл Виктор. Выглядел он, будто спал прямо тут: взлохмаченная голова, отпечаток от руки на щеке.
– Ой, ну зря ты, – протянул он сразу. – Подожди еще несколько дней, ему станет лучше.
– Дай зайти, пожалуйста, – голос Лео дрогнул. Она подошла к кровати. – Почему… почему он такой бледный? В лице ни кровинки.
– Скоро ему будет лучше. Честно. Я обязательно позову тебя, когда это случится.
Лео еще немного постояла рядом с кроватью и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.
Спустя несколько дней с Райли снова связался Ву Жоу. Сказал, что их отчет и выводы были приняты координационным советом и со дня на день должно прийти решение комиссии по статусу экспедиции.
Еще через пару дней приехала большая делегация. Несколько часов они совещались в узком кругу, позвав на встречу капитана Аджита, Райли и нескольких китайцев. После назначили общий сбор: всех участников экспедиции пригласили в конференц-зал.
– Друзья, рад сообщить вам! – Капитан весь лучился радостью. – Комиссией было принято решение по нашему статусу. Нас признали не опасными для общества, и мы можем вернуться домой. Лаборатории по всему миру продолжат локальные исследования того, что с нами произошло. К сожалению, путь в космос нам пока закрыт, но ничто не мешает работать в лабораториях и в командах по подготовке летного состава. У нас есть несколько дней на сбор вещей, после чего всех обещают доставить в места проживания. Поздравляю вас с окончанием заключения! И отдельное спасибо китайским коллегам, которые в наибольшей степени повлияли на принятие такого решения.
Это была действительно потрясающая новость!
– Есть важный момент, – продолжил капитан. – С каждым из вас будет подписано соглашение о том, что вы обязуетесь применять новые способности только в научных исследованиях, проводимых на территории аккредитованных лабораторий. В повседневной жизни, быту, ради развлечения и в иных подобных целях использование способностей категорически запрещено. При выявлении таких случаев ваша свобода может быть ограничена.
– Коллеги, – вступил Акихиро, – кроме сказанного капитаном Аджитом, нужно помнить, что после отъезда вы сами будете контролировать свою жизнь. Вам всем будут выданы наборы психотропов, которые препятствуют распаду. Их запас будет регулярно пополняться. Я убедительно прошу не расставаться с браслетами и быть начеку. Всем здоровья!
– Ну и последнее, – взял слово один из важный гостей, приехавших вместе с капитаном, – сегодня координационным советом было выдано разрешение на открытие в Лондоне специализированного института. Все основные исследования, связанные с перемещениями через разрывы пространства, будут проходить именно там. Возглавит институт Райли Эванс. Он будет рад видеть у себя участников экспедиции, которым интересны исследования в данной области.
Никто не торопился покидать зал, все обсуждали долгожданное событие. В толпе Лео нашла Виктора и отвела в сторону.
– Что будет с Алексеем?
– Доставят вертолетом в ЦИТО в Москве. Институт травматологии. Я тоже полечу и останусь с ним до момента выздоровления.
– Вы так и не выводили его из комы?
– Пока нет… Поможешь собрать его вещи?
Лео кивнула.
– Вертолет будет завтра, но сложиться лучше сейчас, – сказал Виктор. – Пойдем?
Закончили быстро. Вещей у Алексея оказалось немного. Лео села на его кровать, глядя на собранную сумку. По щекам потекли слезы.
– Все будет хорошо, – Виктор потрепал ее по плечу. – Не плачь. Удачной дороги домой.
Вертолет прибыл утром. Каталку с Алексеем и всеми подключенными к нему приборами погрузили быстро. Виктор подхватил две сумки, свою и его, и последним запрыгнул внутрь. Оглянулся, помахал.
– Какая эпоха окончена. – Райли стоял рядом с Лео, провожая вертолет взглядом.
– Знаешь, что печально? Если бы не тайваньский кризис, после которого еще почти полтора десятилетия «мирно» уничтожали милитаризм, мы бы отсюда уже никуда не вышли. Нас бы сдали на опыты.
– Да и международной экспедиции тоже не было бы, – Райли пожал плечами. – Повезло, что после кризиса государства на какое-то время одумались, заключили конвенцию об открытости и свободном обмене научными данными, и ученым хватило времени, чтобы доработать дешевый термояд. Страны вместо войн занялись освоением космоса. Но действительно грустно, что столько людей погибло для того, чтобы мы начали жить в нормальном мире… Приедешь ко мне в Лондон?
– Приеду, – она слегка улыбнулась. – Но сначала загляну к сестре в Прованс. У меня там племянники появились, надо познакомиться.
  
Часть вторая. Сепарация
   
Глава первая
 
И было утро.
Откуда я знал? Ниоткуда. Просто хотел, чтобы это было утро. Глаза открылись с трудом.
Комната, в которой стояла моя кровать, показалась незнакомой. Дизайнеры явно пытались придать пространству позитивный вид: фотообои были переключены на приятный салатовый оттенок, а на стене напротив кровати приютился кусочек саванны со львами, лениво валяющимися на солнце.
Меня всего облепили провода и датчики. Левая рука, упакованная и в гипс, и в какие-то металлические конструкции, выглядела страшно. Лежала бревном, даже пальцами шевельнуть не получалось. Боль жгла где-то на периферии сознания, растекаясь кругами от плеча. Однако терпимо. В комнате никого не было, но пока я пытался оглядеться, в коридоре послышались шаги и дверь открылась.
– О! Ну здравствуй, великий и ужасный, – Виктор улыбался. – Мы уже заждались. Повалялся ты. Живой?
Я хотел кивнуть, но мышцы не слушались. Голосовые связки тоже пока не работали. Я попытался хотя бы улыбнуться, надеясь, что на лице не отобразится зловещий оскал. Виктор подошел ко мне и крепко сжал здоровую руку.
– Ты даже не представляешь, как заставил нас поволноваться. Не разговаривай пока. Сейчас сделаю чего-нибудь, горло промочить. Будем приходить в себя постепенно.
Стоя у шкафчиков, он смешивал какие-то порошки в стакане. Я прикрыл глаза, на которые болезненно давил яркий свет. Хотелось много чего спросить.
– Давай, не вырубайся. Глотни. – Виктор нажал на какую-то кнопку, и изголовье кровати поднялось, переведя меня в полусидячее положение. – Вот эта рука здорова, ты можешь ее поднять и взять лекарство. – Он потыкал мне в здоровую руку.
Но я не мог. Все тело будто налилось свинцом и прилипло к кровати.
– Ох, хлюпик-то какой… – Виктор откуда-то достал трубочку, сунул ее в стакан и поднес мне ко рту. – Пей. Станет лучше.
Я глотнул. Жидкость оказалась мерзкой на вкус.
– Пей, – Виктор был настойчив. – Пей! Хватит валяться, и так уже пролежни на боках. Почти полтора месяца лежишь как бревно.
Полтора месяца. Много.
Жидкость в стакане закончилась, и я снова закрыл глаза.
– Еще один день, Лёх, так уж и быть. Но завтра мы с тобой встаем, усек?
Я усек. Почему мне хотелось, чтобы сейчас было утро? За окном, наверное, совсем зима…
– Где мы? – Я не узнал свой голос, Виктор тоже вздрогнул.