Сплошные радости

Из того, что Стив слышал от тети Молли об их матери, вовсе не следовало, что эта женщина появится здесь в обозримом будущем.
Стив вздохнул.
— Я не хочу к маме, я к папе хочу, — захныкал шестилетний Тетти, который не помнил своей матери.
— Папа в раю! — пыталась успокоить брата Сандра, взяла его за руку и повела из дома.
— Тогда я тоже хочу в рай! — донесся с улицы рыдающий голос Тетти.
— Все хотим, — угрюмо пробормотал расстроенный Стив. Боль в висках усиливалась.
Чертовы доктора! Все, что они умеют, это прописывать пилюли и советовать избегать стресса. Будь он проклят, если примет хоть одну таблетку.
Прошло всего несколько дней после похорон Мэтью Десмонда. Стива объявили главой семьи, и вот теперь на его попечении племянница и племянник. А тетя Молли, попавшая со сломанной ногой в больницу, потребовала, чтобы он вез детей в горы и отстроил старый семейный дом.
Разве так он мечтал вернуться из своих странствий. Когда-то его преуспевающий брат назвал его никчемным. Они крупно поссорились. Стиву действительно вначале не везло. Ему не удался ни один проект, неудачи преследовали его. Может быть, если бы не тот скандал, он так и остался прозябать. Упрек брата, как говорится, достал его. И он хлопнул дверью.
— Или я вернусь богатым, или мы с тобой никогда не увидимся, — были его последние слова.
Теперь Мэтью в могиле. Предъявить туго набитый драгоценными камнями и зеленоватыми самородками мешочек некому. Но, может, Мэтью все-таки наблюдает за ним оттуда и знает, что он выполнил свое обещание?
Да и тебе, сэр, недолго осталось, заключил Стив свои невеселые размышления.
— Не могу поверить, что ты сделала такую глупость, — сказала Стаси, роясь в сумке с лекарствами. — Он же мог быть преступником или браконьером. Сейчас как раз сезон. Как только ты увидела дым от его сигары, нужно было звать шерифа. Отойди от раковины и покажи свои локти.
— Мои локти в порядке.
Тем не менее Эйбел села за стол и позволила Стаси заняться ею.
— Я тебя уверяю, этот мужчина — распутник. Сексуальный маньяк, — продолжила Стаси, очищая многочисленные ссадины Эйбел перекисью водорода.
Эйбел внимательно посмотрела на подругу.
— Это я — распутник и сексуальный маньяк, — объявила она, но глаза ее лучились смехом. — Нет, но представь, он голый, а я ему чуть ли не подписание контракта предлагаю? Какова? — Она рассмеялась. — Он вообще не знал, как от меня отделаться. И знаешь, так вежливо и все время «мисс». Я страшно разозлилась, но пыталась собой управлять, потому что мне необходимо бродить по этим тропинкам, я привыкла. Если он не даст разрешения, моя жизнь наполовину станет бессмысленной, — грустно заключила Эйбел.
Женщины помолчали.
— Я вот чего не поняла: зачем ему нужно было, сидя в этой луже с сигарой и в шляпе, читать «Гамлета». Как ты думаешь? — спросила Стаси.
Эйбел повернулась к ней.
— На этот вопрос, душа моя, у меня нет ответа. Вот что, приходи завтра на ужин. Мне одной будет нелегко справиться с Батлом. Да и Десмонду, если, конечно, он придет, это не большой подарок в смысле общения.
— Хочешь воспользоваться тем, что я медсестра? Они затеют перестрелку, а я буду оказывать первую помощь на линии фронта?
— В общем, да, — улыбнулась Эйбел.
Судя по тому, как женщины дотошно обсуждали подробности этой встречи, было ясно, что явление Стива Десмонда в их глуши стало для них событием чрезвычайной важности.
— Говоришь, красавец? — допытывалась хорошенькая хрупкая Стаси. Высокие скулы и прозрачность голубых глаз свидетельствовали о славянских корнях в ее роду. — Женат?
— Да не знаю. Он говорил, кажется, что его ждут. Завтра все выяснится, — отвечала на нетерпеливые вопросы подруги Эйбел.
Как ни старалась она сама направить свои мысли на деловой аспект знакомства с Десмондом, независимо от ее воли и вопреки шокирующим обстоятельствам их встречи перед ее мысленным взором постоянно возникала его мощная фигура, волевой подбородок, прямой нос и карие глаза под густыми черными бровями.
 
— Знаешь, что меня поразило больше всего? — призналась Эйбел. — Выражение его глаз. В них, как бы тебе объяснить поточнее... — остановилась она, подбирая слова. — В них застыла какая-то вековая грусть, что резко диссонировало с тем, как он себя вел.
Стаси изумленно посмотрела на Эйбел.
— Что с тобой, дорогая? Уже не... — но оборвала себя. Зная, как Эйбел переживает до сих пор гибель мужа и ребенка, она не могла сделать той больно. — Ну, мне пора. Я заболталась, а у меня еще три вызова. До завтра.
Женщины вышли из кухни. В гостиной Стаси остановилась.
— Послушай, Эйбел, а почему бы тебе не организовать что-то вроде музыкальной школы? — спросила она, указывая на рояль, стоявший в углу довольно просторной комнаты. — Уверена, желающих будет предостаточно. Ну сколько можно носиться по этим горам? — Энергичной Стаси казалось, что Эйбел недостает активности в решении практических вопросов. — Во всяком случае, это выход из создавшейся ситуации, — добавила она.
Эйбел знала, что практичная Стаси руководствуется самыми добрыми побуждениями, но все-таки не понимает ее до конца.
— У меня нет соответствующего сертификата, — кротко улыбаясь, ответила она, чтобы не вступать в долгую дискуссию еще и по этому поводу.
Проводив Стаси, Эйбел вернулась в гостиную, подошла к роялю, подняла крышку. Из-под ее пальцев полилась грустная мелодия шопеновского этюда.
Как им всем объяснить, думала она, имея в виду и своих родителей, и Стаси, и Батла. Музыку я люблю, а растения моя страсть. Я должна завершить совместный с Джейком труд. Осталось немного. Профессор Беркфилд дал высокий отзыв. Уже заключен договор с издательством. Ботанический атлас, включающий описания всех видов растений региона, это памятник нашей с Джейком любви.
Появление Батла грубо вернуло ее к действительности.
— Играешь? — с издевкой сказал старик. — Завтра моя очередь. Я под эту музыку устрою салют.
— Нет, — обрывая мелодию, усмехнулась Эйбел. — Ничего не выйдет, Батл. Я спрятала патроны.
 3 
Уложив детей спать, Стив вышел на крыльцо покурить.
Прохладный ночной ветер успокоил боль в его висках. Затянувшись, он закрыл глаза. Перед его мысленным взором появилось лицо Эйбел Веджворт, Он улыбнулся. Да, пожалуй, именно глаза делали его таким притягательным. Светящиеся, с длинными ресницами. Он готов был поспорить на свой лучший изумруд, что она не пользуется тушью. Стив открыл глаза, и видение исчезло.
Именно в тот момент, когда ему не до женщин, когда совсем нет времени ухаживать за ними и нечего им предложить, появилась она. Женщина твоей мечты, сэр?
Подтрунивание над собой помогало Стиву приводить мысли в порядок.
Конечно, в ее приглашении на ужин нет ничего плохого. И почему бы не принять его? Он вспомнил, как вздымалась и опускалась ее грудь. Но не больше. Ужин у соседей ни к чему не обязывает. Загадывать же далеко вперед Стив не мог себе позволить.
Он затушил каблуком сигару, потянулся и вернулся в дом. Сандра и Тетти спали, обнявшись друг с другом. Он лег на пол и посмотрел на огонь. В пламени снова возник образ красавицы Эйбел.
По привычке Стив проснулся очень рано и первым делом порылся под навесом у амбара в поисках топора. Нашлось целых три, и один вполне сносный.
Он ходил по лесу, пытаясь отыскать подходящие дрова, пока не наткнулся на поваленное грозой дерево грецкого ореха. Оно лежало поперек оленьей тропы. Расставив ноги, он махал топором, с удовольствием ощущая, как его лезвие входит в древесину.
Солнце поднималось все выше. На лбу у Стива выступили капельки пота. Он вытер их тыльной стороной руки и снова принялся за работу. Повернув случайно голову, он не поверил своим глазам — по оленьей тропе навстречу ему шла Эйбел Веджворт. Он опустил топор.