Первый Артефактор семьи Шторм 4 (СИ)

Военные, которые нас остановили, смотрели на нас выпученными глазами. Вдалеке раздавались взрывы, очереди из автоматов, а затем всё затихло.
— Поехали, с этой мелочью справятся и без нас, — приказал Черкасов, и мы оставили солдат, которым уже передавали приказы по рациям, в недоумении.
Когда мы заехали во двор моего дома, Черкасов повернулся и серьёзно посмотрел на нас с Ангелиной:
  
— Сергей Иванович и Ангелина Владиславовна. Мы люди простые, пусть и одарённые. Но сейчас у вас есть возможность не просто переломить сражение, а остановить войну, которая может стать ещё более кровопролитной, чем война с богами. — Она замолк, а затем, улыбнувшись своей хитрой ухмылкой, закончил: — В общем, мы рассчитываем на вас.
Охранники вышли из машины, давая нам с Ангелиной посидеть и подумать в тишине: во дворе продолжалась стройка.
Действительно, то что мы увидели за пару дней: цветочки. Демоны долго готовились, засылали своих шпионов, вербовали людей, убивали опасных противников. Искали трещины в нашей защите и, если находили, расширяли проходы.
За последнее время их активность значительно выросла, а после вмешательства Кефира вообще перешла в стадию набегов. Пока что это были малые силы, разведывательные отряды, которые выскочили сюда раньше срока — это Кефир мне успел рассказать, когда я возвращался от Церберов. Основные силы лишь готовятся: для них не готов проход надлежащего размера.
Сейчас Кефариан снова ушёл на поиски разломов. Я его отправил. Не верил я Богам Смерти и Жизни, хотел подстраховаться. Правда, и Кефир в последнее время вечно что-то хитрит и слишком много воли взял. Но помощник из него всё ещё хороший. Плюс Ангелине он открылся.
— Новости от Кефира есть? — словно прочла мои мысли девушка.
— Чувствую, что жив, но не более. На разведке, — ответил я.
После вмешательства Кислициной и её Дара, моего повышения ранга, которое я пока скрывал ото всех, даже от Ангелины, я действительно стал лучше чувствовать присутствие Кефира. Теперь я различал его Дар, ещё не понимая атрибут, но уже зная, что сила у него есть. Это значит, что лис действительно силён.
Но видимо его Дар особенный, раз он его так редко использует, несмотря на свою мощь.
— Нам нужно объединиться с другими артефакторами и сделать достаточно много артефактов, хотя бы базовых: мечи, сферы неуязвимости, иглы защиты и жезлы для атаки, — перевёл я разговор в конструктивное русло.
— Мечи слабым одарённым, жезлы — тем, кто сильнее и привык опираться на Дар во всём? — прозорливо уточнила Ангелина.
— Да, так они смогут воевать привычным способом, не подставляясь с непривычным оружием.
Удивительно, но Дар, пропущенный через жезл или иной артефакт работал против демонов. Просто Дар — практически нет. Даже если сам одарённый на высоких рангах. Поэтому мы срочно решали, как обеспечить людей оружием против грядущей угрозы.
— Проблема, что артефакты не получается штамповать. Они делаются вручную. И даже простейший требует времени и опытного артефактора.
— В любом случае, посадим за них всех, кого найдём.
Перебравшись в дом и на ходу перекусив, я позвонил Яростному и попросил поговорить с Мосиным.
— Уже работаем, — ответил Алексей и яростно зевнул. — Меня приковали к столу и требуют всё больше и больше. Хех. Хотя сам Варлам Семёнович, честности ради, тоже сидит рядом и пашет. Правда прямо сейчас, — Яростный драматично понизил голос, — он спит, уткнувшись лицом в верстак. Пришлось подложить ему свитер, чтобы нос не сломал.
— А как дела у Романа?
Голос Яростного стал хмурым:
— Ему провели операцию, вытащили, наконец, это тварь из груди. Считай четверть лёгкого пришлось удалять. Зато начал приходить в себя.
— Что говорят врачи?
— Они аккуратно оптимистичны. Смотрят на Меньшикова, который едва двигается, как после тяжёлой болезни, но идёт на поправку. Рассчитывают на похожий сценарий.
— Ты же понимаешь?
— Конечно.
Мы не стали озвучивать свои мысли по телефону, но поняли друг друга и так: после такой инфильтрации, вряд ли доверие к ним будет восстановлено полностью. Если демоны смогли подчинить их раз, то смогут и второй. Не говоря о том, что никто не знает, как перелопатило психику наследников.
Тем более, после рассказа Надежды Каймановой я в очередной раз понял, что часть демонов обладает Даром контроля и владеет им на высоком уровне. Возможно именно поэтому Бог Контроля в своё время запретил этот Дар? Причём это требование передалось не только Богам, но и людям.
Забавно: правило мёртвого бога всё ещё работает в мире. Правда, люди потеряли навык работы с этим атрибутом, а значит менее подготовлены к стычке.
Распрощавшись с Яростным, мы договорились собраться всем составом Братства и обсудить стратегию: что производить, какие артефакты использовать для защиты, а какие — для атаки, сколько нужно артефактов поддержки.
Кстати, о поддержке.
— Пойдём, хочу тебе кое-что показать. — Взяв Ангелину за руку, повёл её в подвал.
— Будешь пытать, пока не скажу: «Да»? — спросила она, когда мы спустились в подвал и подошли к алтарю.
— А тебя ради этого нужно пытать? — вопросом ответил я, наблюдая, как она краснеет.
— Я твоя боевая подруга, сам так назвал! На что-то большее я не соглашалась.
Когда я хихикнул, Ангелина аж топнула ногой от возмущения.
— Ты!
— Я! — с улыбкой перебил её. — Хочешь узнать секрет семьи Шторм?
Демидова замерла, посмотрела на сумку с Инъектором, стоящую у меня в ногах, затем на алтарь. В её голове закрутились шестерёнки, и она медленно кивнула.
— Тогда вот моя рука: если готова идти со мной дальше, в том числе туда, где может быть страшно, холодно, опасно и кроваво — возьмись прямо сейчас. Если нет…
Я не усел закончить: её прохладная ладонь вцепилась в меня так, словно я собирался удрать в Австралийские пустоши и затеряться в компании с аборигенами.
— Тогда держись крепче, — сказал я тихо.
Подцепив сумку с Инъектором, незаметно кольнул палец, чтобы выступила капля крови, а затем направил Дар на алтарь.
Ангелина вздрогнула, когда нас накрыла темнота, но руку не отпустила и звука не издала. Через мгновение мы уже были в небольшом помещении, в котором когда-то стоял Инъектор и которое теперь стало моим вторым рабочим кабинетом для особенных проектов.
— Вау! — сказала Ангелина, оглядываясь.
Она развела руки в стороны, словно ощупывая пространство, а затем прикрыла глаза.
— Здесь столько энергии. Чистой и сильной. Холодной и немного чужой. — Она распахнула глаза. — Здесь хранился ваш Инъектор раньше?
Кивнул.
— Знакомое ощущение: я была на экскурсии в хранилище Долгоруких, изучали систему безопасности и предлагали улучшения, — Ангелина улыбнулась, вспоминая. — У них Инъектор земли и в помещении чуть меньше холода, но больше давления. У Олега начался приступ клаустрофобии и он испугался так, что даже сказать об этом не смог. Глава безопасности Долгоруких прям его хвалил, мол, хорошо держался, многих тут давлением пришибает.
Она захихикала, вспоминая старшего брата, а затем прошлась по комнате, изучая мои наработки и запасы.
— Никогда не чувствовала, что у тебя в доме есть место, наполненное таким объёмом силы, — наконец сказала она.
— Защитой семья себя не обделила, — ответил я и тут же погрустнел — тело ещё помнило прошлую жизнь и всё ещё тосковало.
Ангелина взяла меня за руку, но тут же заметила кое-что на полках. Да, полки и стеллажи я тоже втихаря сюда притащил. Помню, как Максим возмущался мне, когда говорил, что заказал пять стеллажей, а приехало почему-то только четыре. Еле его уговорил, чтобы не лез с поставщиками разбираться.
  
— Что это? — внимательно изучала она предмет на полке. Трогать она его не рискнула, хотя её пальцы подрагивали в возбуждении.
— Перчатка, — ответил я, хотя название было условным.
— Она похожа на ноги, которые ты сделал Черкасову. Линии управления подведены к каждому пальцу, усилена кисть. Боевой протез?