Первый Артефактор семьи Шторм 4 (СИ)

Кислицина не стала разбираться с тем, что происходит, вскочила с пола и рванула на выход. Она надеялась уйти, позвать на помощь, возможно, даже главу, поскольку угроза казалась ей невероятной. Но стоило ей оказаться и выхода, как она поняла, что никуда она не денется, по крайней мере сейчас: десяток чёрных существ разного размера теснила охрану и половина обычных людей с автоматами уже лежала разорванная по углам.
  
Пули их не брали, вспышки Дара — лишь слегка ранили. Единственным успешным воином оказался мужчина лет тридцати с римским ирокезом, который махал мечом и успешно отсекал лапы нападающим, а одному даже умудрился отрезать голову.
Только вот стоило Татьяне выйти к ним, как мужчина отвлёкся, и сразу двое зубастых и когтистых существ вцепились ему в грудь и глотку, вырывая куски мяса и отбрасывая меч в сторону.
После Гончая отступала, помогала охране и своим коллегам из Церберов. Стреляла, пока были патроны, отбивалась метлой и мечом — всем, что попадалось под руку. Оттаскивала раненных и перевязывала свои раны. Бежала и стояла насмерть.
Казалось, всё здание заполонили страшные существа, не пуская людей на выход. Стоило подойти к дверям, бой усиливался, а отойти — затихал, но не останавливался полностью.
Толстые стены Холла глушили часть сигнала, поэтому только спустя время, когда наступило краткое затишье, Кислицина сумела достать телефон и дрожащими руками позвонить. Этого номера не было в записной книжке — она его учила наизусть и знала, что после этого звонка придётся расстаться с трубкой.
— Глава? На Холл Героев напали. Монстры, демоны, судя по описанию.
— Что с ним? — тихо спросил старик.
— Не знаю. Не могу добраться до зала, нас постоянно отталкивают назад. Ощущение, что всё здание кишит тварями. Мы потеряли уже двоих Гончих. Охраны и обычных людей — даже не могу посчитать.
— Чужие меня не волнуют. Но за Церберов… — пророкотал голос в трубке. — Только хозяин может наказать нерадивую собаку. Остальные не посмеют коснуться верного пса.
Старик в трубке замолк, а затем усмехнулся. Татьяна по опыту поняла, что он только что переглядывался с Анной — ей в последнее время стало немного лучше. Она дожидалась своего «лекарства».
— Помощь скоро будет. Однако… вам будет некомфортно, — его голос странно треснул, меняясь на более грубый и жёсткий.
— Лишь бы защитить своих людей и защитить нашу цель, — уверенно ответила Кислицина.
Глава Церберов не стал отвечать и положил трубку. Татьяна, строго следуя инструкции, положила телефона на пол, раздавила его каблуком, а затем одолжила у главы местной охраны артефактный меч. Высекая искры из мраморного пола, она раскромсала аппарат на десяток кусков.
— Помощь идёт? — спросил Гончая с родинками на лбу. Кислицина лишь кивнула.
А через пять минут её начало тошнить от энергии, что наполнила Холл Героев.
Сначала она не поняла, что происходит, но вскоре здание задрожало, затряслось и в коридорах начали появляться люди.
Мёртвые люди.
Те самые герои, которые десятилетиями спали в могилах Холла. Некоторые из них выглядели потрёпанными боем, но некоторые оставались пусть слегка усохшими, но подготовленными бойцами в броне, с оружием и светящимися от боевого азарта глазами.
Энергия смерти смешивалась с энергией жизни, и Татьяна с ужасом начала осознавать происходящее. Её живые коллеги, вжимались в стены, наблюдая за мертвецами, что занимали позиции: кто у окна с винтовкой, кто на лестнице с мечом.
Раздались вопли боли, звуки интенсивной, но короткой схватки: восставшие не потеряли свои навыки, поэтому быстро победили демонов, оставшихся в здании.
Однако затем эти мёртвые люди встали как почётный караул по зданию. Перекрыли входы и выходы и молча объявили о закрытии периметра. Иными словами, как только приехавшие на помощь люди попробовали проникнуть, их быстро откинули назад. Сначала мягко, а затем — с тяжёлыми травмами.
То же самое сделали с теми, кто попытался выйти: одному сломали ногу, а второму — оторвали руки. И тут же Даром жизни плечо залечил мёртвый лекарь, отправив резким толчком живого обратно в коридоры Холла.
— Что происходит? Что за нечисть? Это тоже демоны сделали? — едва сдерживая рвотный позыв спросил местный главный Гончая. От его пиджака осталась лишь драная жилетка. — Когда придёт помощь?
Татьяна хотела ответить, что это именно она и есть, но осеклась. Её тоже тошнило от обилия божественной энергии, но боялась, что, если она скажет правду, коллеги впадут в панику или, что хуже, в ярость. И нападут на неё или на мёртвых воинов.
Поэтому она сказала, выглядывая в окно без форточек:
— Я вижу много машин снаружи. Скорее всего наши тоже здесь, но не рискуют заходить. Ищут способ прорваться.
Это несколько успокоило коллег и те, выдохнув, присели около стены.
— Почему они не нападают на нас? — спросил тихо мужчина с родинками на лбу.
— Такое ощущение, что они нас охраняют, — медленно ответила Кислицина.
— От чего?
Татьяна посмотрела в ту сторону, где находился зал с артефакторами и подумала: «Действительно: от чего?»
Она встала с пола, отряхнула руки и взяла с собой один из артефактных мечей. С ним она чувствовала себя спокойнее.
— Куда вы? — спросили у неё.
— Надо проверить других выживших. Всё-таки мы поклялись защищать людей от божественной угрозы. — Она криво улыбнулась. — А сейчас её в воздухе предостаточно.
Двое гончих поднялись следом за ней и пошли по коридорам, отыскивая живых людей. Иногда на пути им попадались восставшие воины, которые начинали шевелиться только если живые слишком близко приближались к выходу или окнам, через которые можно было вылезти.
Кислицина и команда нашли пятерых охранников, которым повезло выжить в бою, раненного уборщика, которого пришлось перевязать, чтобы не подох раньше времени.
Встретили и целую груду трупов демонов, словно здесь была эпическая битва армий. Только вот тел людей не было, а демоны выглядели так, словно их покусал огромный зверь.
Наконец, Татьяна вывела свой небольшой отряд к одним из дверей, ведущим в нужный зал. Внутри стояла тишина, но Гончие не спешили заходить, закономерно опасаясь засады — в этой части здания не оказалось ни одного мёртвого воина, зато куча следов демонов.
— Ладно, приготовились, — собралась Кислицина и кивком попросила открыть дверь.
Стоило им скользнуть внутрь, как тела затрепетали от мощной энергии: в них полетел Дар сразу всех атрибутов, готовый уничтожить на месте.
И только окрик из центра зала потребовал:
— Стойте! Это свои!
* * *
Пока мы решали, как быть дальше и почему восставшие из мёртвого сна герои не лезут сюда, скрипнула дверь и в зал кто-то вошёл.
Кажется, все присутствующие, от мала до велика, одарённые и артефакторы, запустили в гостей чем-то ядрёным. Их можно понять: столько крови и погибших за один день для мирной и сытной жизни — это крайне много.
Особенно, когда тебя самого чуть не сожрали. На этом фоне запустить в кого-то случайного иглой смерти или даже стулом — святое дело.
Но вошли-то наши люди, как бы мне не хотелось так называть Церберов.
— Стойте! Это свои! — крикнул я, ощущая их Взором артефактора.
Кто-то смог развоплотить свою магию, кто-то нет. Но женщина наверху успела нырнуть обратно в коридор. Дверь за её спиной разворотило взрывами и атаками Дара. Лишь когда последние всполохи погасли, пришедшие рискнули снова заглянуть к нам.
— Заходите! Нам лишние руки не помешают! — крикнул я, а остальные подхватили.
В итоге к нам спустились пятеро, ещё трое остались на страже у дверей. Среди пришедших оказалась Татьяна Кислицины, Гончая первого ранга.
  
Заметив меня, она внимательно осмотрела меня с ног до головы, после чего кивнула.
— Рада видеть вас в живых. И ваших друзей. — она заметила Яростного и Черкасова.
— Смотрю, вы тоже пострадали, — указал на её порванную одежду и множество ссадин и синяков. — Много демонов было? Что там вообще снаружи происходит?