Укрощение строптивого Дракона 2

Еще сражаясь натуральным образом за отдельную комнату!
Денег с трофеев сама потратила немного от своей доли, потому что покупать в городке на краю обжитых земель особо нечего, а вот Норль свою небольшую часть трофейной монеты уже почти всю пропил. Терека уже я сама угощала, слушая его удивительный рассказ о таком продуманном налете банды на Вицкуль.
Деньги с обиженных мной мужиков и все добро, что перепадает нам еще вместе с поясом, мы делим совсем не поровну. Приятели и так все беспощадно прогуляют, как постоянно живущие только этим одним днем, то есть уже его свободным от службы вечером, да еще на веселых девок тратят оставшуюся монету без тормозов.
  
Я на девок и, тем более, мужиков ничего не трачу, покупаю, то есть заказываю через примерки очень дорогую обувь и одежду.
На этом мои расходы заканчиваются, поэтому сейчас у меня пять золотых осталось и в тайнике в моей комнатке при графском замке три десятка уже набралось.
Это при том, что все трофеи с первых разбойников пропали в Вицкуле, а в Петриуме Норль только один пояс без ножа успел продать на местном рыке.
«Эх, доберусь ли я теперь когда-нибудь до своего кошеля, спрятанного там, в тайнике под выдвигающемся камнем под моей узенькой и слишком короткой кроватью?» – мелькает грустная мысль.
Кроватка средневековая, конечно, для моего роста маловата, но вопрос решает приставленный к ней табурет, не так, чтобы насовсем, но спать можно.
«Так ведь все правильно вышло, как они сами, мои приятели, говорили про свою жизнь. „Сегодня живы и гуляем, завтра в схватке подыхаем!“ Если погибли они сегодня утром, зато без единой золотой монеты в кошеле! Не о чем жалеть, оставшегося по мелочи серебра им бы было точно не жалко!» – признаю я правильность жизненной позиции Норля с Тереком, в современных, конечно, условиях.
Поэтому они получают, то есть получали, на двоих только одну треть с трофеев, как у нас уже давно договорено.
«Так ведь у них и дел почти никаких не было, только поскорее подойти к бесчувственному телу, которое до меня докопалось на свою беду. Показать свои служебные бляхи и назваться графскими дружинниками, после чего обратиться ко мне крайне уважительно и назвать уже меня госпожой».
Раз я госпожа для матерых дружинников, значит, мои обидчики однозначно сильно попали. Поэтому должны только радоваться забранному поясу со всей наличностью и ножом, если их в подземелье под арест за обиду высокой госпожи не тащат.
«Выступала именно такой госпожой, а кто я на самом деле – пострадавшим и свидетелям никто докладывать вообще не должен, особенно мои подельники», – усмехаюсь я снова.
Все основное представление ведь сама устраивала – приходила в веселые места с сильно вызывающим видом, ждала какой-никакой явной обиды или хамского предложения разделить постель, наносила пару ударов немного жалеючи или уже совсем наповал отправляла в беспамятство самых озабоченных и попутавших берега мужланов.
«Да, погнал нас граф без всякой разведки, именно так все и случилось, а невероятно продуманный Дракон уже ждал в подходящем месте, хорошо приготовившись. Как раз дал возможность Тереку сбежать из Вицкуля, чтобы он поднял графа на дыбы, а с ним всю дружину! Где же он взял настоящего мага? Вот в чем главный вопрос! – понимаю я тот основной фактор, почему графская дружина перебита, а я теперь беспомощно вишу на лошадиной спине кверху своей хорошо тренированной задницей.
«Как тот по дружине приложился умело, видна большая практика, наверняка, что в королевской армии маг банды так нахватался воевать? Вот тебе и реальная магия, насколько у всех так по-разному получается! Со своим высоким уровнем магии наш Альфириум только кусты и деревья причесал, потому что никогда в армии не служил и вообще уже очень давно сильно расслабленно живет, ведь убил своей силой только двоих самых неудачливых разбойников. А маг банды, наверно, не такой сильный, но хорошо умелый, быстро нанес три удара и все по дружине именно попало! Двадцать пять крутых воинов не смогли ничего его ударам противопоставить, погибли на месте или уже их потом, оглушенных, бандиты добили!» – совсем уныло вспоминаю я все то, что сама видела.
«Третьего удара, правда, вообще не разглядела, разбойники сзади отвлекли, только слышала за спиной, поэтому про судьбу своих приятелей ничего не знаю», – тяжко вздыхаю я, хотя в таком неестественном положении каждый вздох уже тяжкий.
Терека с Нолем жалко до слез, но пока не стоит рыдать, нужно самой выживать, тем более наш караван начинает замедляться, из его головы доносятся громкие команды останавливаться. Насколько я смогла рассмотреть, все пленники, четыре повозки и десяток лошадей идут с людьми Дракона впереди меня.
Еще две лошади с особенно ценным грузом, это моя Гнедка и та, на которую взвалили ее светлость графиню.
Но сзади имеется еще одна команда, как я их называю кучку разбойников, которые похоже, просто провожают по какой-то договоренности Дракона с его командой.
Почему я так решила?
«Потому что мы уже серьезно поднялись в предгорья, тропа стала совсем узкой, повозки идут едва-едва между кустов. Пришло время им останавливаться, теперь груз перевалят на лошадей и людей. Куда меня, интересно, к какой категории отнесут?» – только подумала я, как услышала разговор рядом.
– Все, ваша милость? Дальше не гоним? – спрашивает грубый мужской голос.
– Нет, Никвор, дорога для лесорубов закончилась. Теперь только лошади в поводу там пройдут. Грузим все с повозок на лошадей! – отвечает уже хорошо мне знакомый мужественный голос самого Дракона.
– Мы тогда забираем повозки и уходим? – спрашивает этот самый Никвор.
– Можете уходить, но мы через половину дня, когда заберемся совсем высоко, оставим всех лошадей. Не хочешь их забрать? – предлагает обладатель мужественного голоса. – Нам они больше не нужны будут!
– Эх, ваша милость! Забрали бы, только пора ноги уносить! Сами же говорили! Что тянуть нельзя! – сокрушается от понятной жадности главный в одной из команд разбойников.
– Ну, не все так прямо опасно сейчас! Это я предлагаю не задерживаться лишнего, пока нас дворяне со своими дружинами за одну большую и опасную банду считают! Поэтому отдельно дозоры рассылать не станут еще пару дней! А так-то мог бы подождать, когда лошади освободятся! – говорит прямо согласно моим же мыслями предводитель банды.
«Черт, как-то много у нас с ним общего получается! – понимаю я. – И даже мысли со словами сходятся!»
– Да нам идти до своего села два дня получится, если далеко обходить Вицкуль! Ваша милость! Так бы забрали твоих лошадей, да своих еще прятать нужно поначалу! Туда идти полдня и обратно полдня, только к вечеру сюда вернемся! Не буду так рисковать! – все-таки не соблазняется неглупый такой мужик на еще десяток трофейных лошадей. – Да еще там эти, которые очень дорогие, они нам совсем ни к чему!
И даже поменьше, потому что среди этого десятка я четверых шалтайцев рассмотрела, а с ними никто в здравой памяти среди бандитов связываться не станет.
– Тогда давайте прощаться! Никвор, хорошо здесь погуляли! Будет и вам чего вспомнить, и я про вас не забуду! – предлагает Дракон, потом я слышу, как происходит его прощание с частью банды, теперь подчиняющейся именно своему уже главарю, какому-то деловому односельчанину.
– Да, еще погуляем! Как вернешься! Господин Дракон! – слышу я разные веселые обещания от, сильно довольных своей добычей, мужиков.
«Ну, хапнули они вообще невероятно, просто выше крыши! – признаю я. – Вот как распорядиться смогут добычей и просто выживут ли? Когда односельчане от понятной зависти побегут докладывать тем же дружинникам про своих внезапно и очень сильно разбогатевших соседей?»
  
И еще слышу звуки, как с большим трудом разворачивает в тесном месте освобожденные от добра повозки, сильно матерясь, разбойники и скатывают их уже вниз.
Через десять минут около меня остаются только сам Дракон с парой своих помощников.
– Что теперь делаем? Алекс? – наконец-то слышу я имя, которым называют главаря.