Второстепенный мастер (СИ)

Сули бросила взгляд на Лю Янь.
— Госпожа?
Жена Лю продолжала все так же криво улыбаться. Она перевела взгляд на Ларта и заявила:
— Это был всего лишь тонизирующий чай, который мы вместе купили у торговца в Суаньфэе. Я ничего не смыслю в травах, но не думаю, что те дозы чая, которые пил мой муж, могли вызвать негативный эффект.
Она говорила твердо и смотрела на Ларта спокойным бесстыжим взглядом, будто успела забыть, что именно она пыталась убить следователя не более получаса назад.
  
Ларт вернул ей такую же кривую улыбку и сказал:
— Вы правы, доказать, что дозы сагандали превышали рекомендованные не так просто, лишь тщательное исследование тела сможет пролить свет. В преданности Сули я так же не сомневаюсь, поэтому не могу заставить ее говорить. — Он посмотрел на служанку и продолжил, обращаясь к ней: — Послушайте, что я скажу дальше, и сами примите решение.
— Итак, преступник заранее все продумал. Постепенно накачивал Лю Жэня наркотиком, чтобы тот становился все более неуравновешенным, чтобы в нужный момент, когда какая-то мелочь спровоцирует его, разыграть представление. Но Лю Жэнь оказался более агрессивным, чем предполагалось, не так ли? Все ли помнят, что кричала Лю Янь, когда ее мужа обвинили в одержимости?
Ларт на мгновение прервался, вопросительным взглядом обведя обзорный салон. Никто не проявил инициативу, поэтому он продолжил:
— Она кричала: «Он в самом деле свихнулся!». В самом деле. Очень странная формулировка, если вспомнить, что она и раньше обвиняла его в несдержанности. Однако в тот момент, когда он напал на нее, она испугалась по-настоящему, потому что перестала контролировать ситуацию.
Но, кроме этой маленькой оговорки, все прошло гладко. Как и планировалось, Лю Жэнь не смог достать меч из ножен, и все решили, что он одержим. По плану с ним должны были сражаться и убить. К сожалению преступника, на борту оказались заклинатели, способные пленить призрака — это не входило в расчеты. Лю Жэня заперли в трюме. Необходимо было действовать быстро: без новой дозы «чая» Лю Жэнь бы достаточно быстро пришел в себя, но еще быстрее корабль достиг бы Эхха. Тогда с делом разбирались бы местные власти и, скорее всего, отпустили бы уже вменяемого Лю Жэня. Дальнейший план родился быстро: меня решено было усыпить, чтобы я не мешался во время основного действа. Полагаю, доза все же была рассчитана на крепкий сон, а не тихую смерть — в то время Лю Янь еще надеялась обойтись одним убийством. Затем она дождалась вечера и при свидетелях разыграла представление и ранила Тан Илань. Ее истерика тоже была наигранной, но благодаря ей малышка Ци всю ночь не отходила от ее кровати, тем самым создавая ей алиби.
— Но постойте, — вмешался Су Циан. — Если у Лю Янь есть алиби на всю ночь, она никак не могла убить Лю Жэня.
— Ты забываешь о втором человеке в этом заговоре.
— Кто же этот второй?
— Тан Илань.
Взгляды всех присутствующих устремились к бледной девушке, по-прежнему не открывающей глаза.
— Что за вздор! Она никак не могла убить Лю Жэня! — вмешался лекарь. — Даже если не брать во внимание всем известные чувства этой девушки к нему, есть еще объективные факторы! Я сразу сказал, что ранение барышни Тан не позволяет ей передвигаться без посторонней помощи! Я не позволю вам сомневаться в моей компетенции! Я — уважаемый лекарь! Уж такое элементарное заключение я в состоянии сделать! Барышня Тан не могла убить Лю Жэня, потому что она элементарно не могла сдвинуться с места! К тому же, всю ночь находилась под моим наблюдением!
— Ох, я не ставлю под сомнение ваши лекарские навыки. Она не могла сделать это после того, как была ранена. Но что, если она не была ранена во время стычки с Лю Янь?
Ци Ян пораженно уставилась на своего мастера.
— Подумайте, что вы видели? — продолжал тот. — Тан Илань и Лю Янь начинают громкую ссору. Малышка Ци видит, как они столкнулись, слышит крик, видит Тан Илань, зажимающую бедро окровавленным платком. Сразу после этого малышка Ци бежит за помощью и возвращается вместе с мыслителем Чанем. Им приходится успокаивать впавшую в истерику Лю Янь, которая грозится покончить с собой, и они оставляют Тан Илань ожидать помощи в обзорном салоне.
Дальше все события происходят на правом борту: малышка Ци и Чань Юань проводят Лю Янь в ее покои и будят лекаря с учеником. Пока это происходит, у Тан Илань есть в запасе около пяти минут. Она хватает кинжал, бежит в трюм, открывает дверь висящим там ключом и убивает Лю Жэня. Тот, вероятно, спал и даже не успел прийти в себя. Затем, поддавшись порыву, она обмакивает его палец в кровь и оставляет символы «Тан» на стене. В трюме же она бросает пустой флакон из-под лака, который использовала для имитации крови. Возвращается, на сей раз на самом деле ранит себя и зажимает рану новым платком, а старый выкидывает за борт вместе с кинжалом. Она, конечно, и не думала, что жители Улицы Призраков могут подобрать их и бросить обратно. Так же как не предполагала, что госпожа Ляо услышит, как кто-то пробегал по палубе и бросил что-то в воду. Правда, госпожа Ляо подумала на лекаря Жуна.
Тан Илань наконец-то открыла глаза. Ее лицо было бледным и усталым, губы тронула легкая улыбка. Она произнесла:
— Вам не занимать фантазии. Но как жестоко с вашей стороны обвинять меня в убийстве любви всей моей жизни…
— Да, — скомканно согласился новеллист Ду. — Наверное, это чересчур… Ведь все мы видели…
— А так ли это? — перебил его Ларт.
— Что? — непонимающе переспросил Ду Фан.
— Положим, Лю Жэня в своей искренности вам убедить удалось. Полагаю, он в самом деле верил, что вы преследуете его из-за того, что безумно любите. И вы очень старались, чтобы со стороны так и выглядело. — Он пристально вгляделся в лицо Тан Илань и произнес: — Вот только любите вы вовсе не его, не так ли? Как давно вы знакомы с Лю Янь?
Лицо Тан Илань вспыхнуло. Ларт перевел взгляд на Лю Янь.
— Символы «Тан» были вашей первой ошибкой. Вы пытались запутать меня и перемудрили. Но еще больше вы прокололись, когда решили убрать свидетеля. Впрочем, я тоже сплоховал: не придал значения его странным оговоркам. Мы беседовали тогда в каюте лекаря, и он все повторял: «Если бы я не спал в ту ночь, если бы вернулся на палубу, тогда, конечно, мог бы заметить убийцу…». Что это было как не намек? Но зачем ему изъясняться так? Ясно, что он в самом деле не спал и стал свидетелем того, как убийца выбегает из трюма. У него было два варианта: рассказать мне или попытаться шантажировать убийцу. Если бы он хотел рассказать мне, мог сказать напрямую, но он стал изъясняться странными намеками. Зачем? Не оттого ли, что в тот момент это была его единственная возможность дать убийце понять, что он знает? Лекарь почти постоянно был при Тан Илань после ее ранения, поэтому ученик и предпринял эту попытку. Тан Илань обнадежила его, сказав, что о нем будет, кому позаботиться. Позже Лю Янь проснулась и стала якобы бесцельно бродить по палубе. Очевидно, Тан Илань нашла возможность рассказать ей о шантажисте. Тогда Лю Янь взяла скрытое оружие и отправилась на встречу с учеником лекаря.
Она подошла к ученику и попросила увидеть мужа. Тот не предполагал, что они с Тан Илань в сговоре, и провел ее в холодный отсек. Полагаю, он отвернулся от нее, собираясь приподнять ткань с лица Лю Жэня, не подозревая, что показывает спину убийце. Лю Янь ударила в спину. Думаю, примерно так же, как пыталась поступить со мной. После удара она подошла и забрала оружие. Яд был достаточно сильный, чтобы не сомневаться, что ученик лекаря…
  
— Его звали Сяо Лай, — вставил Жун Лян.
— Сяо Лай умрет меньше чем за минуту, — закончил Ларт. — Вот только этого времени оказалось достаточно, чтобы он попытался нацарапать имя убийцы.
— Он нацарапал «овца», — произнес Лиэ Ю.
— Да. Он знал звучание имени «Ян», однако, полагаю, не был знаком с иероглифом, которым она пишется, поэтому выбрал наиболее простой.
— Еще одна порция домыслов и фантазии, — устало произнесла Тан Илань.