Нико (ЛП)

Я выпустил кольцо дыма, и никотин поплыл по моей крови. — Да, давай сделаем это. Быстро.
Мне очень хотелось уничтожить Бенито и всех его союзников.
Глава тридцать шесть
БЬЯНКА
я
начала нервничать. Я не могла определить, что именно движет этим, но не могла избавиться от ощущения, что назревает что-то важное, и охотно прятала голову в песок. Возможно, это была просьба Нико не покидать территорию, чтобы дети оставались в пределах периметра дома. Может быть, дело в том, что я до сих пор не нашла правильного способа рассказать ему об опасностях, окружающих мою мать, дочерей и меня с аранжировкой красавиц. Мы подошли ближе; мы разговаривали, но были некоторые области, в которые мы никогда не вникали.
Его сестра. Бенито Кинг. И наши чувства.
Мы даже поговорили о Джоне, и он согласился ему помочь. Я была уверена, что мне придется напомнить ему, поскольку согласие было дано после того, как я сделала ему минет, но на следующий день пришло сообщение от Джона с благодарностью. Он восстанавливал свою компанию при участии и помощи Нико.
Дни становились все холоднее, поэтому вместо того, чтобы играть на улице, я припарковалась в игровой комнате, которую Нико создал для девочек. Сиденье у подоконника было удобным и достаточно большим, чтобы вместить двоих взрослых. Я вытянула ноги и в сотый раз прочитала одну и ту же страницу, но наконец сдалась.
Выглянув в окно, я увидела только обширное поместье, превратившееся в позолоченную клетку. Я не дралась с Нико, когда он сказал мне оставаться на территории. Ведь мама сказала, что Бенито узнал, что я его дочь. Оставаться здесь, за безопасными стенами, казалось единственным вариантом. Но как долго?
В конце концов девочкам придется пойти в школу. Прямо сейчас не имело значения, пропустили ли они день или месяц посещения детского сада. Но это будет иметь значение, когда придет школа. Они уже начали спрашивать, когда же они вернутся к своим друзьям.
Дверь игровой комнаты открылась, и, к моему удивлению, это была мама. Я быстро встала и подошла к ней.
— Ты в порядке?
— Да, — мои глаза остановились на ней. Голос ее был хриплым, но ошибки не было. Она говорила! Это было ее первое слово мне с того первого дня. — Могу я сесть с тобой?
— Да, конечно.
Я держала ее за руку и вела к своему месту на подоконнике. Ее синяки начали исчезать, и, надеюсь, еще через несколько дней они исчезнут.
Близнецы уже привыкли к тому, что у меня уже есть мама. Первые несколько дней они были в ужасе от ее побитого состояния и того факта, что у меня есть мама. Это было больше всего времени, которое я когда-либо проводила с мамой за все свои двадцать шесть лет. К ее присутствии было легко привыкнуть. Может быть, потому, что когда я была маленькой девочкой, я часто ловила себя на том, что разговариваю с мамой в своей голове. Я представляла ее реакцию и вела полноценный разговор.
Да, возможно, это было вредно для здоровья, но это был мой способ справляться с вещами.
Если бы она не променяла свою жизнь на мою по соглашению, она была бы совершенно другим человеком. Даже сейчас, вспоминая все времена, когда я ее видела, я ни разу не слышала, чтобы мама смеялась. Всегда!
Я ничего о ней не знала, но любила ее. Я не знала ее любимую еду, цветок, цвет или хобби. Ничего! Я просто знаю, что ей было двадцать, когда она родила меня, и что бы мне ни сказала бабушка, когда она нашла в себе силы говорить о ней. Потому что это причинило и ей боль.
Вина терзала меня каждый божий день с тех пор, как я узнала об уговоре красавиц и о том, почему она это сделала.
— Бенито знает, что ты его, — мамин голос разорвал тишину.
— Я знаю, — прохрипела я. Боже, как я ненавидела этого человека. Было нездорово так сильно кого-то презирать. Этот человек причинил столько боли стольким людям. Кассио и Лука, его собственные сыновья, Николетта, моя мать… это лишь некоторые из людей, которым он причинил боль.
  
— Мама, сыновья Бенито, — начала я нерешительно. — Кассио и Лука. Ты встречала их раньше?
Она медленно покачала головой. — Они родились до меня. Их воспитал дедушка по материнской линии, — вероятно, именно поэтому с ними все в порядке. Хотя им не удалось избежать мафиозной жизни. — Их дедушка происходит из влиятельной итальянской семьи. Все, что я знаю, это то, что Бенито их ненавидит.
У этого человека были серьезные психические проблемы. Эти двое были полными задирами; им следует просто убить этого придурка. Это сделало бы всю нашу жизнь проще. Если мы когда-нибудь получим ящик для предложений, это будет полностью туда. Анонимно, конечно.
— Зачем тебе выходить замуж за кого-то вроде Бенито? — её вопрос застал меня врасплох. Моя голова мотнулась в сторону и увидела на себе ее мертвый взгляд.
Я не думала, что Нико похож на Бенито. Да, они оба занимались незаконным дерьмом, но у Нико были некоторые сомнения и стандарты, когда дело касалось преступлений. Не так ли? Не то чтобы я проверяла и у меня не было времени провести проверку. Грейс и Элла упомянули, что все мужчины боролись с торговлей людьми и, контролируя Восточное побережье, спасли множество женщин и детей.
Господи, про себя это прозвучал глупо. Преступление есть преступление, как бы его ни рисовали. Слова моей бабушки, а не мои.
— Это долгая история, — сказала я в конце концов. Он заставил меня это сделать, вероятно, это не сулит ничего хорошего для будущего наших семейных отношений. С другой стороны, я не думала, что она оценит мое признание в том, что я влюбилась в него и обожаю заниматься сексом с его прекрасной задницей. Да, моей матери не нужно было это слышать. Я должна была помочь ей исцелиться, а не напугать ее.
— Он знает, что ты принадлежишь Бенито, — пробормотала она, оглядываясь на близнецов.
Резкий вздох пронзил комнату.
ТИК Так. ТИК Так. Я слышала, как где-то в комнате тикают часы, и мое сердце бешено колотилось.
— Он знает? — мой голос звучал не более чем скрежет.
— Да, он отправил записку Бенито, — сказала она медленно и тихо. — Дочь Бенито для его сестры, — у меня перехватило дыхание. Боль пронзила меня, оставив меня широко раскрытой. Смертельная тишина наполнила воздух, пока я ждала, что она скажет что-нибудь еще. Что-нибудь еще. — Это была единственная причина, по которой Моррелли послал этого человека за мной. Чтобы вытащить меня отсюда до того, как твой муж отправит Бенито сообщение, сообщающее ему, что ты дочь Бенито.
Обман.
Ложь.
Месть.
Наконец я поняла, почему он хотел на мне жениться. Он знал, кто я такая, знал мою ценность для своего врага. Я должна была знать. Он сам мне говорил, что всегда все узнавал, лез за горло. Меня охватило полное опустошение, молчание моей матери подчеркивало предательство моего мужа.
— Тогда откуда ты знаешь о тексте? — прохрипела я. — Если ты уже ушла.
— Еще одна любовница, — сказала она, ее глаза были опустошительно пустыми. — Мы были близки.
Иисус Христос. Сколько женщин держал этот мужчина?
Я сглотнула. — Были?
— Бенито убил ее вчера.
Боже, эта тишина была оглушительной. И шум в моих ушах не утихал.
— Т-ты уверена, мама? Возможно, кто-то другой отправил сообщение Бенито, — я опустила взгляд, стыдясь. Я отчаянно надеялась, что, несмотря ни на что, Нико не был бы таким жестоким.
— Да, детка, — её голос был ровным. — Нико Моррелли сказал Бенито, что ты его.
От правды невозможно было скрыться. Я впустила в свою постель и в свое сердце человека, который предал меня самым худшим образом. Преступник, который был не лучше Бенито.
Мой муж.
Мой обманщик.
Моя сладкая кончина.
Я даже не могла найти гнева внутри себя. Кислый привкус во рту, смешанный с печалью. Это было больно , я должна была признать.
Моя надежда снова уходит.
— В Греции хорошо в это время года, — прошептала мама так тихо, что я бы не услышала этого, если бы она не сидела рядом со мной.