Нико (ЛП)

— Разве тебе не следует пойти за своей подругой? — я спросил Энджи. Настоящая подруга оставила бы нас позади и позаботилась бы о том, чтобы с ее подругой все было в порядке. Что-то подсказало мне, что эти двое не были близкими друзьями.
— О, я знаю Бьянку с тех пор, как мы были детьми, — отмахнулась она. — Когда она не хочет, чтобы ее беспокоили, она отключает весь мир. На ее крыльце могла разразиться новая мировая война, а она все равно будет настаивать на том, чтобы ее оставили в покое.
Определенно не близкие друзья. И хорошо, потому что Энджи Хартман мне не особенно нравилась.
— А у Бьянки есть фамилия? — я спросил ее, хотя знал это. За последние три года я узнал все о Бьянке и ее жизни.
— Бьянка Картер, — ответила она с некоторой неохотой.
Уильям Картер. Он был единственным человеком, который осмелился украсть у меня, и ему это сошло с рук. Ну, формально ему это не сошло с рук. Смерть нашла его, но деньги он так и не вернул. А с процентами он теперь был должен мне миллионы. Еще лучше, это сделала его вдова.
Ловушка, которую я расставил для мужа Бьянки, сработала лучше, чем я мог когда-либо надеяться. Это был мой способ добраться до Бьянки Картер, сделать ее мужа в долгу передо мной. И теперь долг принадлежал ей, и был только один способ его погасить. Она станет моей местью.
Моя собственность.
— Бьянка поклялась не встречаться, — продолжила Энджи, мурча, намекая, что у меня нет шансов с ее подругой, но она сама была более чем согласна. То, как она смотрела на меня и Габито, говорило мне, что она не будет против того, чтобы мы оба ее трахнули.
Ни за что на свете. Меня никогда даже отдаленно не интересовала Энджи. Она была заблудшей молодой женщиной, жаждущей денег и статуса. Она была умна, но ничто из этого не помогло ей завоевать мужчин, которых она преследовала. Большинство этих мужчин были женаты или имели договоренности с другими женщинами из нашего социального круга. Это гарантировало, что они не столкнутся с золотоискателями.
А вот Бьянка Картер, с другой стороны.
Да, мне было бы интересно. Не делиться, а владеть. Мой взгляд скользнул по ресторану. Женщина исчезла, от нее не осталось и следа, кроме легкого запаха ее стойких духов сирени. Она исчезла так же быстро, как вошла в мою жизнь.
Бьянка Картер будет моей. Власть. Обладать. Разрушать.
Она просто еще этого не знала.
Глава четыре
БЬЯНКА
Две недели спустя
Близнецы играли у нас во дворе, прекрасный вид на Чесапикский залив простирался на многие мили перед моими глазами, шум волн и лодок был отдаленным шумом среди смеха моих девочек. Неповторимый запах залива проник в мои легкие и смешался с глухой болью, задержавшейся в груди.
Я тоже не хочу терять наш дом.
Остров Гибсон создавал впечатление уединения и приватности; это было место моей мечты, чтобы вырастить свою маленькую семью. Я влюбилась в этот дом с того момента, как увидела его. Для меня не имело значения, что это была всего лишь хижина, когда я ее заметила. Все, что я видела, это потенциал в отличном месте. Мы с Уильямом вложили в это столько труда. Мы несколько месяцев ночевали в гостиной, пока медленно ремонтировали дом.
Мое сердце дернулось в груди. Мне следует искать квартиры, которые я могу себе позволить, а не смотреть на море, не имея возможности двигаться или действовать.
Я их подвела. Еще через четыре недели их жизнь перевернется с ног на голову.
Сегодня наконец пришло то страшное письмо. Это было частью моих кошмаров вот уже несколько месяцев. Я знала, что это произойдет, но все равно был шоком, увидев письмо от банка о лишении права выкупа с указанием крайнего срока, к которому мы должны выехать. Черт возьми, если бы у меня было хоть немного тех денег, которые взял Уильям. Я, вероятно, использовала бы это, чтобы выиграть нам еще немного времени здесь, несмотря на то, что меня трясло несколько дней после встречи с Нико Моррелли.
  
В тот последний месяц жизни Уильяма я брала любые деньги, которые попадались мне в руки. Даже грязные деньги, которые он украл. Я отказывалась сдаваться, гоняясь за любым лечением и надеясь, что он останется со мной… с нами. Финансово мы были совершенно не готовы к его болезни и смерти.
Заставила бы я Уильяма и Джона вернуть деньги, если бы у нас был еще один шанс? Это была самая страшная часть. Сначала я настояла на том, чтобы они вернули его, но потом, когда я поняла, что Уильяму они нужны для лечения, я больше никогда не поднимала этот вопрос. Я была почти уверена, что, вероятно, использовала бы эти грязные деньги, даже зная, что результат был бы таким же. Уильям бы умер в любом случае. Но только благодаря этим деньгам мы с девочками получили несколько дополнительных недель с мужем, и это того стоило. После его смерти пришло наказание.
Карма была чертовой сукой, если вы спросите меня.
Я устроилась на работу только для того, чтобы иметь возможность поставить еду на стол. Мы остались без сбережений, и небольшая сумма по полису страхования жизни едва покрыла расходы на похороны. Имея за плечами очень небольшой опыт, я не могла быть придирчивой и согласилась на первую работу, за которую хорошо платили. И вот я здесь, играю секретаря в маленькой юридической фирме, пытаюсь выжить и терплю неудачу.
Пока мы вместе, мы со всем справимся. Я повторяла это снова и снова. Мне от этого лучше не стало.
Я так усердно работала, чтобы сохранить это вместе с тех пор, как умер Уильям. Это не имело никакого значения. Я все еще потерпела неудачу. Оказывается, я не осознавала, насколько сильной была моя финансовая зависимость от него, пока он не ушел. Не имело бы значения, если бы ипотека составляла половину суммы, я все равно не смогла бы позволить себе ее вместе с налогами на недвижимость из моей зарплаты. Я была в таком отчаянии, что решила позвонить матери.
Но потом я напомнила себе, к чему это может привести. Была причина, по которой мы редко разговаривали. Она уже многим пожертвовала. Ей не нужно было добавлять что-то еще к ее тарелке.
Мама была любовницей Бенито Кинга. Мое детство было сложным. Я редко видела, как росла моя мать. Я не видела ее долгое время, но недавно увидела в газетах фотографию ее и Бенито Кинга. На фотографии был еще один мужчина, сын Бенито. Он выглядел так же жестоко, как и его отец — Марко Кинг. У него были некоторые нездоровые наклонности, и его жестокость соответствовала жестокости его отца. По крайней мере, так писали газеты.
Мама покрасила свои светлые волосы в красный цвет и сидела под рукой с Бенито, счастливо улыбаясь. Хотя это была фальшивая улыбка. Свет в ее прекрасных голубых глазах медленно угасал. И все из-за него . Я не часто виделась с мамой, но знала ее достаточно хорошо, чтобы отличить ее счастливую улыбку от фальшивой. Вся ее личность была фальшивой — такой, какой хотел ее видеть Бенито.
Боже, я даже не могла вспомнить, когда в последний раз видела ее счастливой. Я хотела спасти ее; Я просто не знала как. Я даже не смогла спасти себя и своих девочек от выселения. Как, черт возьми, я бы спасла свою мать из когтей Бенито?
Иногда я задавалась вопросом, как она могла это сделать — находиться рядом с таким жестоким человеком. Несмотря на то, что она делала это для меня, у каждого был переломный момент. И она столько всего пережила за эти годы. Приближался ли ее переломный момент или она уже достигла его? Мне было страшно представить, что ей пришлось терпеть так долго.
— Женщины в нашей семье сильные, — эхом в голове раздался голос бабушки. — Мы боремся и никогда не сдаемся. В конце концов, мы всегда побеждаем.
Я должна была это запомнить. Защита, которую окружала меня моя семья, заставляла меня зависеть от них, но мне пришлось собраться с силами и сделать шаг вперед.
Насколько я узнала, Бенито Кинг использовал мою мать, когда ему чего-то хотелось или требовалось ее тело. У меня от этого живот скрутило, и, несмотря на то, что он был моим биологическим отцом, мне хотелось пронзить его черное сердце. Я бы не прочь посмотреть, как он страдает и истекает кровью, как долгая и мучительная смерть.