Нико (ЛП)

Я осталась в окружении незнакомцев и трофейных жен, чувствуя себя слегка растерянной. Было едва десять утра, но женщины были одеты так, словно собирались выйти на вечер. Несомненно, на мне было самое простое платье.
Темы разговоров были неуместны. Отдых в Ницце, яхты пришвартованы в Венеции и на Ибице, азартные игры в казино Монте-Карло. И была маленькая старая я. Последние четыре года я провела как мать и жена. Ничего больше.
О, и недавний вор, напомнила я себе. В конце концов, именно так я оказалась в этом затруднительном положении.
Я вышла из круга женщин и мужчин и направилась на большой балкон на противоположной стороне комнаты.
Большие французские стеклянные двери были широко открыты, и через них хлестал свежий воздух. Я не могла поверить пустому балкону; это было лучшее место на этом этаже. Вместо этого все люди забились внутрь, как будто хотели быть уверены, что их увидят.
Выйдя на большой мраморный балкон, я глубоко вздохнула и позволила свежему воздуху войти в мои легкие, и звуки оживленной улицы внизу нахлынули на меня. Вид передо мной был невероятный. Национальная аллея простиралась настолько далеко, насколько хватало глаз, с Капитолием США на восточном конце и памятником Вашингтону на западной стороне. Я перегнулась через балкон, надеясь увидеть Мемориал Линкольна.
Это был любимый памятник моего отца. Он научил меня всему, и многие из его уроков вращались вокруг цитат Линкольна.
Всегда помни, Бьянка, Я даже сейчас слышала его голос. Кем бы ты ни была, будь хорошей. И уничтожь своих врагов, сделав их своими друзьями.
Он был абсолютно прав.
Глава пятнадцать
НИКО
я
стоял в конференц-зале с Джеком Каллаханом, главой ирландской мафии Восточного побережья, и его племянником, когда они заканчивали телефонный разговор с Кассио. Единственным барьером между нами и остальной компанией была стена из матового стекла, которая обеспечивала необходимую нам конфиденциальность. Встреча с Джеком должна была подвести итоги урегулирования долга, который он был должен Кассио. Долг будет выплачен в виде брака, но Джек не знал о приманке.
Однако он скоро узнает, — криво подумал я. И тогда дерьмо обязательно попадет в вентилятор.
Я не мог оторвать глаз от постоянного поиска Бьянки, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. После той небольшой информации, которую рассказала мне Бьянка, я отправил Леонардо записку с просьбой провести тщательную проверку Дженны через Кэссиди Тек и любые ресурсы, которые у нас были. Мне нужны были все подробности о деятельности Дженны Палермо за последние два года. Я использовал ее, чтобы устроить ловушку для Уильяма, чтобы дать ему побочный бизнес. Я воспользовался слабостью Уильяма к женщинам, особенно к блондинкам. Дженна никогда не задавалась вопросом, почему мне нужно, чтобы Уильям выполнял для меня работу, и она не знала никаких подробностей или причин, стоящих за этим. Но ее работа никогда не заключалась в том, чтобы спать с ним.
Хотя мне показалось странным, что она спала с Уильямом Картером. По крайней мере, Бьянка, похоже, так думала. Уильям был не тем типом людей, к которым Дженна обычно стремилась — во всяком случае, если только она не работала. Эта женщина была змеей в траве, всегда стремящейся к мужчинам с деньгами и властью и готовая ради этого на все. Единственная причина, по которой она вышла замуж за Габито, заключалась в том, что эту связь устроили их родители.
Мой взгляд задержался на фигуре Бьянки через полупрозрачный стеклянный дверной проем, в ее простом повседневном платье. Среди этой компании она казалась листом на ветру, но не в плохом смысле. На самом деле она проявила себя в лучшем виде. Она не пыталась приспособиться или произвести впечатление. Она как будто жила в своем собственном мире, и никто другой для нее не имел значения.
Я вспомнил, как она спрашивала меня, были ли мы с Дженной чем-то особенным. Я не ожидал открытого отвращения Бьянки к измене, хотя и приветствовал это. Это было освежающе. В моем мире измены были обычным явлением. Черт, даже у моих родителей были любовники на стороне. Никто на это даже глазом не моргнул. Но это очень беспокоило Бьянку.
  
Если хочешь обмануть, подожди, пока истечет срок нашего брачного контракта.
Нехарактерное собственничество охватило меня при мысли о том, что она уходит. У нашего брака не будет срока годности. Я бы позволил ей поверить в это; на данный момент. Она была моей отныне и навсегда, а я никогда не был из тех, кто делится. Вместо того, чтобы зацикливаться на том факте, что Бьянка положила конец нашему браку, я наслаждался осознанием того, что вскоре она станет моей.
Она была другой. Я не мог поверить, что такой жестокий ублюдок, как Бенито Кинг, действительно мог иметь такую дочь, как она. Вероятно, она осталась невредимой, потому что ее воспитывал другой мужчина и бабушка по материнской линии.
Зная об измене Уильяма, я задавался вопросом, почему она ухаживала за своим мужем, несмотря на его болезнь. Проверка биографических данных показала, что она заботилась о нем и навещала его каждый божий день в больнице, проводя с ним каждую минуту в последние месяцы его жизни. Одна фотография из ее дела особенно запечатлелась в моем мозгу. Это была ее фотография с маленькими дочерьми на могиле мужа. Вокруг нее были люди, но она выглядела такой потерянной, такой одинокой, столько печали на ее прекрасном лице.
Она была лучшим человеком, чем я. Я не был из тех, кто прощает. Мои родители это подтвердят.
— Я полагаюсь на тебя в координации свадьбы, — раздался из динамиков голос Кассио. — Сведи к минимуму информацию о договоренностях между нами двумя. Только люди, которым ты доверяешь. Мне пока не нужно начинать войну с отцом.
Это было преуменьшение. Бенито Кинг устроил бы кровавую ярость, если бы узнал, что Кассио переманил ирландцев на свою сторону.
— Вы можете рассчитывать на мою жену, — заявил Джек Каллахан. — Она знает, как это сделать.
— Отлично, — ответил Кассио. — Нико пока будет нашим посредником, чтобы гарантировать, что это останется в тайне.
Одержимость Кассио этим браком в конечном итоге свела его с ума. Он начал планировать и манипулировать примерно шесть лет назад. Хотя обо мне можно сказать не намного лучше.
Мы обменялись еще некоторыми подробностями, а я все время не спускал глаз с Бьянки. Я заметил тот момент, когда она покинула вечеринку. Ее стройная фигура плыла сквозь толпу, привлекая задумчивые взгляды мужчин, но она этого не замечала. Она вышла на балкон, легкий ветерок развевал платье вокруг ее тела. Мне было интересно, осознает ли она вообще, что постоянно ищет одиночества.
Когда встреча закончилась, Джек и его племянник немедленно ушли. Эта вечеринка должна была отпраздновать закрытие еще одной приобретенной собственности, но это также был способ замаскировать мою встречу с ирландцами.
Краткий разговор о прибрежной собственности в Амальфи заставил меня предположить, что Бьянка могла не знать, что ей принадлежит там часть собственности. Или, может быть, она не осознавала значения этого. Ей не удавалось скрывать выражение лица, но нельзя было не заметить ее полную незаинтересованность. Я подозревал, что именно сюда Бенито Кинг переправлял свой товар — женщин из Африки и Азии. Знала ли ее мать? Это еще предстоит выяснить.
Я шел через переполненную комнату, и время от времени кто-то останавливал меня, чтобы поздравить с расширением бизнеса. Вот только все это не имело значения для меня, кроме темноволосой красавицы. Мне не терпелось увидеть эту женщину в своей постели. Единственное, что меня беспокоило, это то, что, как только она у меня появится, этого будет недостаточно. С каждым ее прикосновением мне хотелось большего. В конце концов, я потребую от нее всего. Каждое сердцебиение. Каждый вздох.
Она была моим криптонитом, делая меня уязвимым, потому что моя тяга к ней ослабляла меня. Я бы сделал все, чтобы она осталась со мной.