Нико (ЛП)

— Всё прошло хорошо. Как насчет твоего?
— Эм, хорошо, — если не учитывать, что я ужинала с бандитом, я была на грани потери дома и, судя по всему, выходила замуж через неделю. Вместо того, чтобы искать возможности, где я и мои девочки тоже могли бы жить или сбежать, я провела день, пеку печенье для страшного телохранителя и копаясь в шкафу, пытаясь придумать, что надеть на ужин.
— Спасибо, что встретилась со мной, — начал он.
— Я не знала, что у меня есть выбор, — резко ответила я, заставив его тихо рассмеяться.
Этот тихий звук заставил мое тело вибрировать от потребности, которую я не понимала. Мне это не понравилось. Этот человек опасен , напомнила я себе. Я была в замешательстве, и тот небольшой контроль над своей жизнью, который у меня был, начал ускользать из моих пальцев.
— Ты права, — спокойно ответил он с улыбкой на полных губах. — Это свидание и наша свадьба состоятся.
— Нам не следует жениться, — ответила я вместо этого, мой голос был слишком хриплым, на мой вкус. — Это большой шаг.
— Я согласен, — объявил он, и мое сердце затрепетало от надежды. — Это большой шаг, и будь уверена, любовь моя, я буду преданным мужем.
Я застонала от этого комментария.
— Бьянка, — сказала я с явным волнением в голосе. — Зови меня просто Бьянка. Никакой нежной чепухи.
Не было причин притворяться, что мы что-то значим друг для друга. И мы оба знали, что приверженность мафии по сути означает, что мужчина делает все, что хочет, а женщина просто делает вид, что все в порядке. Это было не то, чего я хотела ни для себя, ни для своих девочек. Или, может быть, было бы лучше, если бы он искал других женщин, пока я разрабатываю план побега.
Ох, это так сбивает с толку!
Мои глаза метнулись к двери при звуке поворачивающейся ручки, заметив, что официант вернулся, чтобы принять наш заказ. Я даже меню не открывала.
— Готовы ли вы разместить заказ? — спросил официант, переводя взгляд с нас двоих.
— Хочешь еще минутку, любовь моя? Я хочу, чтобы ты была готова, Бьянка, — ублюдок. Мое имя на губах Нико растопило мои внутренности и вызвало покалывание между бедрами. Все эти противоречивые сигналы между моим телом и мозгом вызвали у меня головную боль.
Неловко поерзав, я быстро ответила, не обращая внимания на свое тело. — Нет это нормально. Мне, пожалуйста, салат.
— Хороший выбор, — взгляд официанта загорелся на мне, и он одарил меня яркой улыбкой.
Улыбнувшись в ответ, я добавила: — Посоветуйте что-то, пожалуйста.
— Конечно, — он наклонился ко мне ближе. — Могу ли я предложить наше самое лучшее блюдо?
Официант теперь был довольно близко ко мне, и я почувствовала запах его сильного одеколона. Я слегка отодвинулся со сдержанной улыбкой на лице. — Конечно, спасибо.
— Женщины нет в меню, — огрызнулся Нико, переводя на себя наши взгляды. Он пристально смотрел на бедного официанта. — Хватит пускать на нее слюни.
Я ахнула. Я не ожидала, что это произойдет. Я имею в виду, да, он подошел слишком близко, но у некоторых людей были разные взгляды на личное пространство.
Секунды шли, и мое сердце сжималось от ужаса. Он не стал бы просто стрелять в официанта. Или будет?
Черт возьми, мне нужно было тщательно поискать «дерьмо, которое делают бандиты». Или просто этого человека, потому что Нико точно был сумасшедшим.
— Мои извинения, — быстро произнес официант, пятясь от стола, как будто мы оба были бешеными собаками.
— Нет, — я остановила его извинения. — Вам не за что извиняться. Мы сожалеем.
Я взглянула на мужчину, сидящего напротив меня, но он и глазом не моргнул. Я сошла с ума? Да, наверное. Я хотела было открыть рот, но он протянул руку, заставляя меня замолчать и поджигая мой гнев. Кем, черт возьми, он себя возомнил?
Ну, да. Чертов мафиози.
— Какой салат? — наше яростное состязание прервал вопрос официанта.
— Любой салат, — ответила я, прочистив горло и изо всех сил стараясь сдержать свою ярость. — Только без бекона.
В этот момент у меня не было особого аппетита. Официант кивнул и переключил свое внимание на Нико. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что этот парень прямо сейчас предпочел бы быть где угодно, только не служить нам.
  
— А вы, сэр?
К счастью, Нико точно знал, чего хочет, и точно и быстро произнес свой заказ на ризотто и Бистекку алла Фиорентина. Казалось, мир склонился перед Нико Моррелли. Он так отличался от всех, с кем я когда-либо была рядом.
Да, он был придурком, но нельзя было не восхищаться решимостью, пронизывающей черты его лица.
Знала ли я, чего хочу? Когда мне пришлось выбирать степень, я боролась. У меня не было страсти ни к чему. Поэтому я остановилась на получении степени по общему образованию, пока наконец не приняла решение. Неохотно. У меня не было любимой еды; У меня не было любимого цвета.
Хотя у меня были любимые люди. Бабушка и мой папа, мама, мои девочки, Уильям, его родители и Джон. Это были мои самые любимые люди во всем мире. Да, бабушка, папа и Уильям ушли. Было физически больно, как сильно я по ним скучала, но мне все равно повезло, что они у меня были.
Я подняла глаза и встретилась взглядом с Нико, заметив, что официант ушел. Вероятно, ему не терпелось уйти отсюда. Я, конечно, не могла его винить. Я тоже хотела уйти отсюда, но у меня было предчувствие, что этот человек бросится в погоню. Забудьте это. Он бросится в погоню. В конце концов, разве он не говорил мне, что ему нравится погоня?
— В этом не было необходимости, — пробормотала я наконец. По какой-то причине я почувствовала, что важно постоять за себя; в противном случае этот человек съел бы меня живьем. — Так грубо обращаться с официантом. Или со мной.
Он поднял бровь, изучая меня. Мне было интересно, что он увидел на моем лице. Мог ли он увидеть, что я все это фальшивая бравада?
— Не то чтобы тебе было насрать, — пробормотала я себе под нос, больше для себя, чем для него. Я думаю, это результат того, что в последнее время так много одиночества; Я склона много разговаривать сама с собой.
— Я не люблю делиться, — голос Нико понизился. — Прошу прощения, если причинил тебе дискомфорт.
Я не была уверена, стоит ли мне радоваться или бояться его извинений. Стоит ли мне сказать ему, что я тоже не хочу делиться? Это могло бы отговорить его от этой брачной чепухи. Я неловко сглотнула, а пульс грохотал в ушах. Во что я ввязалась?
— Он не просил тебя ничем делиться, — я недоверчиво покачала головой, но сохранила голос мягким. У этого человека должна быть причина так себя вести. — Он просто был дружелюбным.
— Слишком дружелюбно, — проворчал Нико.
Я моргнула, сбитая с толку этим бандитом и всеми странными сигналами, которые он мне посылал.
— Ты когда-нибудь изменяла мужу? — его вопрос застал меня врасплох.
— Нет, конечно, нет, — ответила я, обидевшись, что он вообще об этом спросил. Если он и заметил это, то проигнорировал мое возмущение.
— Он тебе изменял? — этот вопрос пронзил мое сердце болью, и на секунду мне показалось, что оно снова начало кровоточить. Этот конкретный период был трудным временем как для Уильяма, так и для меня. Это было примерно в то время, когда я потеряла отца. Я боролась с открытиями и последствиями, которые последовали за этим. Чаще всего я проводила ночи в стрессе, запекая и валяясь на диване, вместо того, чтобы ложиться в кровать, которую делила с Уильямом. Близнецы прошли через тот этап, когда ночи тоже были тяжелыми, и каким-то образом мы с Уильямом отдалились друг от друга.
— Ага, так и есть, — проницательно заключил Нико. Будь он проклят!
Мой мозг кричал, чтобы я была осторожна с ним, прежде чем он станет моей смертью. Мне больше не нужны были душевные боли или стрессы. Мне просто нужно было пережить это в целости и сохранности.
— Мой брак — это мое дело, — огрызнулась я с досадой и гневом. Это была моя единственная защита, и я винила Нико в том, что тот открыл зажившую рану. Я не хотела об этом вспоминать.