Системный опер. Тетралогия (СИ)
— А что я в розыске ребятам скажу? Ведь подумают, что родители суету навели.
— Как хочешь. Игра тебя в покое не оставит. На себе это испытал, потому и помогаю. Тебе важнее развивать перса и фармить бабло или мнение коллег? Оставайся в розыске, но я с тебя без поблажек буду шкуру за показатели в раскрываемости спускать. По большому счету, я тебе как Игрок молодому Игроку уже помог. Дальше сам ищи для фарма свободное время, которого у молодого опера, априори, не может быть.
Сергей сразу подтянул лист к себе, и начал писать рапорт.
— Вот и молодец. А с товарищами найдешь как объясниться. Не зря же у тебя «креативность» в навыках! Качай ее дальше и используй. На обывателей она хорошо действует.
Свой рапорт Сергей отнес кадровику.
— Ну, наконец-то. Сейчас сразу скан рапорта в управление перешлю. Ты у себя в кабинете будешь или убегаешь?
— Пока у себя.
— Будут вопросы, я найду. Как правило, их не бывает.
Кадровик позвонил по внутренней связи через полчаса, уточнив, на месте ли он, а потом пришел сам.
— Лизогубов, кто ж это тебя так пропихивает? На моей памяти такого не было, чтобы с момента написания рапорта до принятия решения о назначении проходило так мало времени.
— Я внебрачный сын губернатора соседней области. Ему наш губер вчера в преферанс проиграл «на желание».
— Шутишь? Ну, тогда и я пошучу. Приказано в четырнадцать часов быть в управлении кадров на назначении. Быстро домой за формой. Погладь ее и в путь. Сразу в приемную начальника кадров иди, там все расскажут.
«Сейчас девять. До дома пятнадцать минут, на форму еще двадцать. На автостанцию добраться еще двадцать с плюсом, а на железнодорожную станцию пять-семь. От конечной остановки автобуса до управы на метро сорок минут, а от железнодорожного вокзала две станции». Все складывалось в пользу электрички, хоть она и шла на двадцать минут дольше автобуса, кланяясь всем столбам. Проблема была только во времени ее отправления. Если домой добираться пешком или на общественном транспорте, на электричку он не успеет.
— Что случилось, Лизогубов? — дежурный был напуган видом влетевшего в дежурную часть лейтенанта.
— Соседи позвонили. Из квартиры дымом тянет. Я утюг забыл выключить! — Сергей говорил очень быстро, нервно жестикулируя, а его глаза пылали надеждой на то, что дежурный разрешит его проблему.
— Гони на дежурке! Водителю скажи, что я приказал. И помни доброту мою, а не факи с утра тыкай! — кричал капитан ему уже вдогонку.
УАЗ летел по проспекту, разгоняя попутные машины воем сирены и синим маячком. Правда разгонял только тех, кто никуда не торопился. Основная масса машин спокойно мчалась по своим делам, опережая полицейских по крайней левой полосе. Водитель, хоть и делал вид, что переживает за квартиру коллеги, все же рассказал старый анекдот, как менты на УАЗике гнались за бандитами на Мерсе, и за час погони сократили разрыв на пятьсот метров, потому что «братки» два раза выходили на обочину, чтобы отлить и перекурить.
Имитируя встревоженность, Сергей побежал в подъезд, надеясь, что водитель сразу отправится назад, но ошибся. Сержант спешил следом, чтобы в случае пожара помочь товарищу.
Открыв двери, Сергей пропустил его вперед: — Заходи.
— А где дым от утюга? — водитель был расстроенным, что не удалось героически поучаствовать в тушении возгорания.
— Извини, но я правда торопился. Мне в управление сейчас мчаться, а еще гладиться надо, — ответил Сергей, включая утюг. — Пирожное будешь?
— Буду. Два.
— Сам бери в холодильнике.
Добавлено к навыку «креативность» +1
Пока Сергей гладил форменные брюки и рубашку, сержант успел съесть пирожные и рассказать, что его жена всегда перед выходом из дома облизывает вилку на утюге.
— Выглядит это глупо, за то весь день она спокойная. Я тебя до станции докину.
— Спасибо. Ты дежурному не говори, что я слукавил.
— Он будет рыдать от моего рассказа.
Сергей, после рассказа об облизывании утюга, готов был поверить во что угодно.
* * *В электричке он старался ездить в первом вагоне, от которого было близко идти к метро.
— Здравствуйте, Сережа, — его тронули за локоть, когда он шел по вагону к свободному месту. — Не ожидала вас тут увидеть. Я на дачу еду.
— Здравствуйте.
Анна Васильевна выглядела привлекательно даже в рабочей одежде.
Они болтали весь путь до ее станции и успели многое обсудить. В приоритете были вопросы садоводства и болезнь ее Тори. Но еще она рассказала о болтливой соседке из первого подъезда, которая таки поймала эту парочку, что шастает в подвал, и устроила им разнос.
— Мы их доставляли в РОВД. К тому делу они отношения не имеют. У них алиби. А законных оснований запретить им туда ходить у полиции, увы, нет.
Но попутчица махнула рукой на его слова.
— Прекратите оправдываться, Сережа. Соседке просто понравился один из этой парочки. Высокий который. Вот она и сцепилась с ними.
— Интересный способ знакомства.
— А что вы хотели? Одинокая женщина. Давно сама, а жизнь то проходит. Мне пора выходить. На даче я два дня буду. Звоните, если будет время и желание.
Кивнув, Сергей смотрел как она идет по проходу и даже залюбовался движением ее бедер.
— Товарищ офицер. Извините, что я вас отвлекаю, — рядом стоял старичок с седой профессорской бородкой и давно не глаженом пиджаке. — Никак не привыкну к вашим новым знакам различия.
— Слушаю.
— Дело в том, что во втором вагоне разлегся на скамейке, простите, бомж. Мало того, что он занял сразу три места, так еще и ноги в проход вытянул в грязных ботинках.
— И что? Нет ни одного мужчины, чтобы ему леща отпустить? Или такой грязный, что никто не хочет пачкаться?
— Я понимаю, господин полицейский, что вам это тоже не хочется, но его тут постоянные пассажиры хорошо знают. Агрессивен он чрезмерно, потому и не связываются.
Манера разговора указывала на интеллигентность старичка, а Сергею действительно не хотелось сейчас встревать ни в какие разборки — времени на последующее оформление в линейном отделе полиции у него не было.
Но и отказать он тоже не мог.
— Пойдемте, посмотрим на вашего бомжа.
Мужчина, который мешал пассажирам, действительно мог позволить себе агрессивное поведение. Его рост и телосложение позволяли ему такое. А выглядел он колоритно. Ярко-красная ветровка не гармонично вписывалась в остальной гардероб, состоявший из камуфлированной футболки и брюк защитного цвета. А ботинки, о которых говорил дед, оказались белыми кроссовками, со шнурками разного цвета, и были настолько грязными, что первоначальный их цвет был трудно узнаваем.
Но Сергея смутило другое. Над храпящим на весь вагон бомжом висел светло-красный ник Игрока.
Дубина. Уровень — 55.
Бомж. Здоровяк. Красный. Да еще и такой уровневый. Вопросов к дальнейшим действиям было больше, чем вариантов их разрешения. А со всего вагона на молодого полицейского уставились несколько десяток человек, ожидая от него каких-то действий.
— Давайте вернемся в тамбур, — предложил Сергей, и не дожидаясь ответа, потянул деда за собой.
— Варианта два, папаша. Первый, вы мне помогаете, а я постараюсь его призвать к порядку. Второй, вы отказываетесь, и я возвращаюсь на свое место, наплевав на мнение конкретно ваше и всей общественности в целом. И?
— А чем же я могу помочь? Я старый гипертоник. А если начну волноваться, еще и приступ астмы может случиться.
— Очень хорошо, что у вас такой шикарный набор опций. Просто идите по проходу и «случайно» зацепите его ноги. И возмутитесь, но искренне и громко.
— А дальше?
— А дальше будет уже моя работа.
Было видно, что дедуля очень переживает и сомневается, что Сергей успеет ему помочь, если бродяга надумает с ним разобраться. Или вообще не вмешается. Но он все же, обреченно вздохнув, повернулся, чтобы выполнить поручение.
— Если он поведет себя нагло и агрессивно, можете инсценировать свою астму, — вслед напутствовал Сергей представителя инициативной части населения.