Шалава

Таранов вновь отстранил ее.
— Сядь, Инга! — предложил он. — Нам надо поговорить.
— Да о чем говорить-то... — заикнулась было Инга, присаживаясь на диванчик. И примолкла, заметив ледяной взгляд бывшего мужа.
— Видишь ли, Инга, — начал Сатар задумчиво. — Я долго анализировал наши с тобой отношения. И пришел к выводу, что любовь наша всегда была платной. Точнее, это я оплачивал твою любовь. Оплачивал московской пропиской, шикарной квартирой, своим общественным положением, деньгами, наконец... я ведь прилично зарабатывал для тех времен. И, главное, я всегда знал, что любовь наша — платная. Что ты любишь меня за... за деньги. За материальное благополучие, вернее. Что ты в отношениях со мной — купленная женщина. Проститутка. Я это всегда знал и всегда гнал от себя эти мысли. Прятал голову в песок, как страус. Допрятался...
  
И вот теперь я опять купил тебя. За дикую сумму в миллион долларов, которая досталась мне... впрочем, тебе не обязательно знать как. Но я тебя купил. Так покупают кусок говядины. И ты, купленный кусок говядины, снова готова меня любить. Потому что у меня есть этот особняк, потому что у меня есть машина иномарка, потому что у меня есть доллары... ведь ты же не веришь, что я отдал за тебя последние.
— Саша!.. — произнесла Инга жалким голосом.
— Заткнись! — рявкнул Сатар. — Заткнись и слушай! Говорить будешь, когда тебя спросят! Поняла?!
— Поняла... — всхлипнула Инга. Она еще на что-то надеялась.
— Так вот, продолжаю, — успокоился Сатар. — Знаешь, когда мы только расстались, я очень тебя хотел. Точнее, думал, что хочу. Я буквально грезил тобой, представлял, как я тебя трахну — хоть за деньги, хоть как угодно. Так было до определенного момента... Ты даже снилась мне тогда... И вот я заплатил за тебя и теперь имею право воплотить сны в реальность...
— Так воплоти! — умоляюще воскликнула Инга.
— Знаешь, не хочу... — полупечально-полубезразлично усмехнулся Сатар. — Вот сейчас абсолютно точно понимаю: не хочу. Нс желаю платной любви. Не желаю делить ложе с проституткой. А еще могу открыть тебе один секрет. У меня было намерение отомстить тебе. Просто отомстить. Каким образом? Зверски затрахать тебя, довести до полной прострации. Истрахать в кровь, в сопли, чтобы надолго убить твою похоть, чтобы еще полгода после этого тебя от одного слова «секс» бросало в дрожь. Я способен так сделать, я теперь на многое способен... очень на многое. Двадцать мужиков не сумеют сотворить с тобой такое, что сумел бы сотворить я, поверь... И... даже этого не хочу! Даже мстить тебе! Не интересна ты мне больше, Инга. Ни в каком качестве не интересна.
— Так... ты меня выгонишь? — в ужасе пролепетала Инга.
— Нет, я тебя еще не отпускаю. Посиди здесь. Есть еще один человек, который имеет к тебе счет. Этот человек и решит твою судьбу.
Сатар вышел из холла, заперев дверь снаружи. Инга огляделась. На окнах решетки, второй этаж, не сбежать. Да и куда бежать? Здесь страшно, но одной на улице — еще страшнее...
Сатар зашел в комнату к Гарику.
— Вот что, старик, поезжай-ка ты по этому адресу, — он протянул Сычову листок бумаги. — Передашь от меня записку. Там живет женщина, молодая женщина, красивая... Любой зовут. Пусть она записку прочитает и, если согласится, приедет с тобой сюда.
— А если не согласится?
— Что ж... Извинись — очень вежливо извинись, гляди! — и попроси для меня разрешения позвонить ей. Не будет разрешать — проси, умоляй. В ногах валяйся! Но добейся!
Сатар вернулся в холл к Инге.
Сычов привез Любу примерно через час. Таранов выскочил из дома встречать девушку. Он бросился к ней, раскрыв объятия, и... застыл.
— Саня... — тихо произнесла Люба. — Как же надолго ты исчез... Я боялась больше никогда не увидеть тебя. Разве можно... Разве можно так исчезать, чучело ты мое, чумичело! Я ж все глаза исплакала! Ну обними меня, не бойся, дурачок!
Таранов, счастливо охнув, подхватил ее на руки, закружил...
— Что у тебя за сюрприз? — говорила Люба, поднимаясь вместе с Сашкой по лестнице на второй этаж особняка. — И какой еще Сатар? Почему ты Сатар, что за глупость? Саня, объясни!
— Сейчас все сама поймешь, — заверил Таранов.
Они вошли в холл. Увидев Любу, Инга отшатнулась, закрыла лицо руками — получилось картинно, хотя Инга меньше всего об этом думала.
— Вот, Люб, Инга! — сказал Сатар хищно. — Я купил ее сегодня у того, кому ее продал Семен. Теперь Инга полностью в моей власти! Я могу убить ее — никто не хватится! Я могу отдать ее своим боевикам на забаву — и мало ей не покажется! Люба! Инга очень виновата перед тобой! Что с ней делать? Тебе решать!
— Саня, ты заговорил, словно индеец из романов Купера! — Люба смерила его насмешливым взглядом. — Теперь я понимаю, почему Сатар... Сатар, Сагамор, Атос, Портос и де Пейрак. Анжелика в Новом Свете... в новом свете решения заданной задачи. Прекрати, Саня!
— Что прекратить?! — опешил Таранов.
— Играть роль злодея из приключенческой беллетристики. Тебе не идет.
— Ты не ответила на мой вопрос! — загремел Сатар.
— На какой вопрос?
— Что делать с Ингой! — проорал Сатар возмущенно.
— Ой, Саня... — Люба грустно и мудро улыбнулась.— Ничего с ней делать не надо. Плевать мне на нее, на убогую. Пусть живет себе... Отпусти ее.
— И ты прощаешь ей все, что было?! — воскликнул Сатар.
— Нет, не прощаю. Но, похоже, она уже наказана. Эй, Ингуль| Взгляни на старую подругу, что ж ты так засмущалась?
Инга отняла руки от лица, посмотрела па Любу огромными влажными глазами и вдруг бросилась перед ней на колени.
— Любочка, Любочка, прости меня! Ты ж всегда меня прощала, прости и сейчас! Попроси его... попроси его не убивать меня! Ну пожалуйста!
Она судорожно хватала Любу за юбку. Чувствовалось, что Инга смертельно перепугана.
— Актриса... — Люба брезгливо отстранилась. — Никто тебя не убьет. Да встань ты, дура!
Инга покорно поднялась с колен.
— Сань, расскажи мне, что с ней произошло-то? — повернулась Люба к Таранову.
Сатар коротко пересказал ей злоключения Инги.
— И ты, дуреха, теперь без паспорта? — В голосе Любы звучало даже некоторое сочувствие.
— Он у Бубы... Могу взять... — отозвалась Инга меланхолично. — Все равно там прописки нет...
— Тебя выписали по липовой справке, как меня? — злорадно фыркнув, спросил Сатар. — Значит, отныне ты бомжиха, — заключил Сатар удовлетворенно. — Похлебай-ка теперь того дерьма, которое предназначала мне. Но к Бубе не ходи, убьют. Его самого, наверное, уже убили.
— Почему?! — изумленно вскинулась Инга. Люба тоже взглянула на Сашку с недоуменным любопытством.
Сатар загадочно усмехнулся.
  
Глава 37
 
Окруженный телохранителями, Буба Князь вышел из ресторана. В руке Гуридзе сжимал чемоданчик с миллионом долларов — платой за наложницу. Вахтанг не жалел, что продал Ингу. Да, девка была восхитительна, но девок много, а баксы это баксы. Надо ж, миллион за любовницу! Уму непостижимо! Какой, однако, дурак этот Сатар!
Буба направлялся к своей машине, когда вдруг услышал знакомое сухое туканье. Князь остановился в удивлении и ужасе. Ребята, его ребята, его верная отважная «пехота», падали один за другим! Их расстреливали из небольших профессиональных винтовок с глушителями неизвестные киллеры! И били они из окон автомобиля самого Бубы! Князь застыл.
Расправа не заняла и минуты: секунд через десять телохранители Гуридзе валялись на мостовой. Самого Бубу подхватили под руки подоспевшие с обеих сторон битюги и затолкали в его собственный лимузин. Автомобиль тотчас отъехал.
  
— Здравствуй, Буба! — обернулся с переднего сиденья человек, чье лицо пересекал глубокий шрам. — Ты меня не знаешь, но небось слышал. Я Кошмар.
Конечно, Вахтанг о нем слышал. Это был полулегендарный, прославившийся запредельной садистской жестокостью вожак боевиков наркомафии.
— Что тебе от меня надо, Кошмар? — выговорил Князь срывающимся голосом. — Зачем ты убил моих людей? Мы же не воюем, мы же партнеры...