Встречайте, красноглазые, я ваш Нереварин...(СИ)

 — А вы мне покажите-ка хоть одну расу, которая любила бы какую-то другую, — усмехнулся Свен. — У нас разве что к редгардам так… ни тепло, ни холодно. Делить-то нечего, а бойцы они отменные. Да и нечасто у нас их встретишь, холодно в Скайриме. Ну, а я рос в Винтерхолде, сударыня, так что на магов чуть не с рождения насмотрелся. С любыми ушами, зубами и кожей, мехом или чешуёй. Привык, что вы такие же люди. Ну, или меры. Или зверолюды.
 — Эстирдалин, — сказала она. — Не сударыня.
 — Как скажете, — легко согласился он. — Тогда уж Свен, а не дорогой. А то на мой слух, звучит, будто супруга, с которой я уже лет десять в браке прожил, зовёт.
Она засмеялась. Не фыркнула пренебрежительно, как ему почему-то думалось, а засмеялась.
 — Нет, — сказала она. — В супруги вам я точно не набиваюсь. Ах, ты…
По узкой тропке между скалами и «чашами» горячей грязи неслась отменно зубастая пасть. Вот просто пасть на двух мощных ногах, и как будто бы ничего больше. Молнии ей не понравились, но не слишком впечатлили, так что пришлось браться за топор. Топор, понятно, не подвёл, и скоро Свен в обалдении разглядывал тварь, как-то обходившуюся в жизни пастью и ногами.
 — Вот ведь, прощенья прошу, жопа зубастая*, — сказал он, качая головой. Потом хмыкнул и прибавил: — А что до супружества… Все маги замужем за Магнусом, это я уже понял. Что мужики, что ба… девочки. Куда уж мне с ним тягаться, с самим Магнусом-то.
 — Он не лучший супруг, если честно, — кривенько усмехаясь, ответила Эстирдалин. — Требует много, даёт в ответ… не очень. А эта жопа зубастая на самом деле зовётся алит. С них снимают шкуры, кое-кто умудряется мясо готовить…
 — Ну, с голодухи и не такое съешь, — заметил Свен, потирая живот — он бы и от куска жареного алита уже не отказался: солнце-то уже было на полдороге к зениту.
— … Но я бы лично трогать не стала, он вполне может оказаться заразным. — Эстирдалин посмотрела на спутника, откровенно прикидывающего, как сподручнее разделать тушу. — Мы скоро выберемся в место гораздо приятнее, — сказала она. — Там и сделаем привал.
Скоро действительно снова начала появляться трава, а с нею и странно смотревшиеся на такой высоте мелкие болотистые озёрца (Свен рассудил, что каменистая земля, видимо, не успевает впитывать воду, и та застаивается, зарастает всякой зелёной дрянью). Когда вокруг уверенно зазеленело, а воздух перестал вонять серными газами, они выбрали место для привала и уселись в тенёчке под деревом на расстеленные куртки. Костёр разводить смысла не было: в свёртке нашлись хлеб, сыр и копчёное мясо, а в бутыли — холодный мацт, чтобы запить это всё. Поев, Эстирдалин расшнуровала сапоги, сняла их и растянулась на траве, закинув ноги на древесный ствол.
 — Полчасика, ладно? — сказала она таким тоном, что сразу становилось ясно: никакая это не просьба, а так… предупреждение, что раньше чем через полчаса с места она не двинется.
Свен посмотрел на изящные узкие ступни с аккуратными ноготками на тонких, ровных, ухоженных пальчиках и подумал, что на его плечах они смотрелись бы гораздо лучше, чем на шершавой коре, обросшей какими-то подозрительными лишаями. Однако с такими предложениями к едва знакомой магессе, понятно дело, соваться не стал, как не стал и разуваться. Не то чтоб он боялся уморить эльфийку запахом своих портянок, просто решил, что не стоит слишком расслабляться обоим сразу.
Он сел, привалившись спиной к стволу, собираясь приглядывать вполглаза за дорогой. Алит незаметно точно бы не сумел подобраться, фуражиры квама, по словам Эстирдалин, так далеко от своих шахт и пещер редко забредали, а до болот с тамошними обитателями «грибники» пока что не добрались. На небо смотреть мешала крона дерева, под которым они расположились, но скальный наездник тоже не смог бы вот так запросто проломиться сквозь ветки, и про угрозу сверху Свен разрешил себе пока не думать.
И зря, оказалось, потому что он как раз собирался расспросить Эстирдалин про Гильдию магов Вварденфелла, и тут откуда-то с мутноватого неба донёсся отчаянный вопль. Свен вскочил, хватаясь за топор и пытаясь сообразить, что это такое могло бы быть — скальный наездник, что ли, кого-то схватил и уволок? Так не настолько они и велики, разве что маленького ребёнка смогли бы утащить, но голос-то был совсем не детский. Он даже додумать не успел, как прямо перед ним мелькнуло что-то нарядное и развевающееся и на каменистую тропу грянулось тело. Крик тут же смолк, по траве и камням разлетелись кровь и мозги.
  
 — Что это было? — Эстирдалин тоже подскочила и принялась торопливо натягивать сапоги. — Что там у тебя?
 — Лучше не подходи, — предупредил Свен. — Тем более только что после обеда. — У самого-то у него желудок был крепкий. Привычный.
 — Я маг школы Разрушения, — фыркнула она, но увидев изломанное тело в рваной мантии, побледнела и попятилась.
 — Судя по ушам — эльф, — мрачно сказал Свен, глядя на покойника. — Судя по росту — лесной. Здесь такое часто бывает, когда босмеры с неба падают?
 — Босмер? — Эстирдалин сглотнула, отвела взгляд, но ответила довольно твёрдо: — Тогда я, кажется, знаю, кто это. Тархиэль, он просто помешался на улучшении, как он уверял, заклинания левитации.
 — Леви… чего?
 — Левитация, — терпеливо повторила Эстирдалин. — Умение перемещаться по воздуху. Сложно, опасно, магически затратно, но иногда дело того стоит, а к Телванни или в Министерство Правды без него вообще не попадёшь. Хотя, — фыркнула она, наскоро затягивая шнуровку сапог, — в Министерство Правды попадать как-то и не хочется. Да и чем больше узнаю про Телванни, тем меньше хочу знакомиться с ними.
Свен быстро искоса глянул на неё: не за этим ли ты и явилась сюда, милая — чтобы узнать знаменитых морровиндских магов поближе и ухватить хоть клочок их знаний? Спрашивать об этом он, понятно, не стал. И не его дело, и вообще…
 — У него тут родня есть, у Тархиэля этого? — безнадёжно спросил он, озираясь по сторонам: о том, чтобы выдолбить в сплошной скале хоть какую-то могилку, и речи не шло — не боевым топором же рубить камень. Придётся, видимо, натаскать булыжников покрупнее и обложить ими тело, чтобы крысы и те же алиты его не обожрали и не растащили обглоданные кости.
 — Я узнаю в гильдии, — пообещала Эстирдалин и, старясь не дышать, глядя вбок, аккуратно расстегнула на трупе пояс с мечом, а потом осторожно перевернула разбившегося босмера, чтобы снять с него котомку. — Вдруг что-то важное есть, — пояснила они Свену свои мародёрские замашки. — Вот, смотри, дневник и свитки. Надо передать родным Тархиэля. Или, может быть, кто-нибудь из изучающих Изменение заинтересуется его работой — чтобы он хотя бы не зря погиб.
Свен кивнул, молча соглашаясь с доводами магессы, и принялся собирать камни. Эстирдалин тем временем уложила нечаянные трофеи в его заплечный мешок вместе с остатками обеда и тоже занялась сбором камней. Помельче, конечно, только щели между крупными заложить. Провозились они порядком и вместо того, чтобы отдохнуть после обеда, здорово устали, но временная могилка неудачливого мага получилась вполне пристойной. Свен даже подумал, что если родных не найдётся, а гильдия не станет возиться с перезахоронением, Тархиэль и здесь неплохо полежит. Меч они с Эстирдалин, разумеется, ни класть в могилку, ни втыкать между камнями не стали. А то Свен настоящих мародёров не видал! Которые не побрезгуют с покойника дорогую мантию снять, чтобы отстирать её, подштопать и продать кому-нибудь не слишком разборчивому. Зачарованный меч точно пролежал бы недолго. Свен пристроил его за спиной (хотел было повесить на пояс, но непривычное длинное лезвие путалось в ногах и наверняка намерено было цепляться за всё, за что только можно и нельзя зацепиться), и они с Эстирдалин стали наконец спускаться к болотам.
В грибах эльфийка разбиралась достаточно, чтобы отличить нужные Ажире от обыкновенных трутовиков и поганок. Так что набирать чего попало, чтобы киса сама потом повыкидывала лишнее, Свену не пришлось. Продвигаясь понемногу в сторону моря, «грибники» в четыре руки наполнили короб. Впрочем, собирал больше сам Свен, потому что Эстирдалин зорко смотрела по сторонам и вверх, а всяких голодных тварей в болотах хватало. Крысам хотя бы хватало ума не лезть к слишком бодрым двуногим, к тому же метко швырявшимся огнём, зато у грязевых крабов мозгов, как водится, не было вообще, одни здоровенные клешни, а про фуражиров и говорить нечего. В некотором отдалении крутились и скальные наездники, но молнии им очень не нравились, а голодными они, видно, были недостаточно для того, чтобы рискнуть и всё-таки напасть. Эстирдалин то и дело напоминала крылатым тварям, что она настороже и магических сил у неё вполне достаточно, но сколько Свен знал магов, это её должно было здорово выматывать.