Тайна последнего предсказания
Цепкий взгляд Екатерины ни на секунды не выпускал Мадлен из поля зрения. Ровный, внушающий трепет голос не оставлял места для сомнений и колебаний. Однако внимательная к мелочам девушка чувствовала, что за этой холодной стеной скрывается страх. Екатерина боялась, очень боялась потерять последнего из своих сыновей и лишиться надежды на его спасение. Глядя на женщину, по слухам не раз преступавшую законы совести ради собственной выгоды, Мадлен молчала, не решаясь высказать Екатерине свои сомнения. Всё, что происходило с девушкой последние сутки, казалось ей сном. Вчерашняя травница сегодня стояла в королевском дворце и была той, от кого ждала помощи сама Екатерина Медичи. «Я всю жизнь бежала от людей, узнававших о моем даре. И мечтала однажды стать свободнее и перестать бояться собственной природы. Но сейчас, когда мой дар привёл меня в самое сердце Франции, когда от меня ждут решительных действий, я боюсь. Что же мне делать?» Всё больше погружаясь в пучину сомнений, Мадлен вдруг вздрогнула, словно получив внезапное откровение. Она вспомнила своё последние видение, настигшее её в Жарден Флюрьи. «Я видела, как дедушка передавал Екатерине своё предсказание. Он сказал, что ей поможет тот, кто займёт его место. Он говорил обо мне, сомнений нет, а значит, и выбора тоже. Судьба уже проложила для меня путь, по которому придётся пройти, хочу я того или нет».
Екатерина, ожидая ответа, начала нетерпеливо постукивать пальцами о деревянную столешницу. Набрав в грудь побольше воздуха, Мадлен произнесла:
– Я не знаю, как и чем способна помочь роду Валуа. Но если дедушка считал, что я действительно могу повлиять на его судьбу, я готова приложить для этого все силы. Франция – мой дом, и мне не хотелось бы видеть, как он задыхается от смрада смерти.
– Благодарю тебя, дитя, – сухо, как будто заранее зная ответ Мадлен, произнесла Екатерина. – В таком случае, ты поселишься в Лувре, поближе к Генриху. И будешь присматривать за ним, оберегать. А также докладывать мне о любых своих опасениях, связанных с жизнью короля.
– Но как мне это сделать? Я ведь не владею ни шпагой, ни арбалетом.
– Ты владеешь даром предвидения. Именно он, полагаю, станет твоим оружием.
– Но вы сказали, что я поселюсь в Лувре, как такое возможно? Разве никого не удивит, что при дворе внезапно появилась простая сельская девушка? – спросила Мадлен.
– Никто не должен узнать, кто ты на самом деле. Не открывай своего родства с Нострадамусом. Я дам тебе личную рекомендацию, в которой назову дочерью разорившегося виконта. И ты войдешь в свиту королевы Луизы, супруги Генриха. Станешь её фрейлиной, – объяснила Екатерина.
– А если королева откажет?
– Не посмеет.
Екатерина взяла со стола давно заготовленное письмо и передала его Селесте.
– Мадемуазель Моро лично доставит мою просьбу Луизе.
Медичи, слегка прищурившись, еще раз с ног до головы оглядела Мадлен.
– Боюсь, единственное, что может выдать твоё неблагородное происхождение, – незнание придворного этикета. Селеста всегда будет неподалёку и, если тебе потребуется помощь, окажет её.
Фрейлина Екатерины, поймав на себе взгляд бывшей королевы, незамедлительно кивнула.
– Ах да, забыла. – Екатерина прошла по комнате и вынула что-то из ящика дальнего стола.
Когда Медичи вновь приблизилась, Мадлен заметила в её руках старую потёртую книжицу в кожаном переплете.
– Эту вещь вместе с предсказанием передал мне Мишель. Теперь я отдаю её тебе в надежде, что она поможет защитить моего сына, – вручая книгу девушке, пояснила Екатерина.
Мадлен раскрыла оставленную Нострадамусом книгу и удивлённо взглянула на бывшую королеву.
– Здесь нет ни одной страницы, они вырваны, остались лишь корешки.
Екатерина кивнула.
– Я знаю, таким дневник и попал ко мне. Твой дедушка любил загадки. Возможно, это одна из них. И тебе, верю, удастся её разгадать. А теперь ступайте. Для тебя, Мадлен, приготовлены вещи, будь добра, сними это деревенское платье и надень то, что подходит дочери виконта. А затем Селеста проводит тебя в Лувр и представит королеве Луизе, – произнесла Екатерина, словно потеряв к мадемуазель Бланкар всякий интерес.
Селеста поклонилась, следуя её примеру, то же сделала Мадлен. И девушки покинули покои Медичи, не услышав от неё более ни слова.
Глава 3. Фрейлина её величества
La belle cage ne nourrit pas l’oiseau.
Золотая клетка соловью не потеха.
Закрыв за собой дверь в одну из комнат замка Тюильри, Селеста показала мадемуазель Бланкар несколько платьев, подготовленных специально для неё.
– Выбирай, в каком из них ты предстанешь сегодня перед Луизой? Они все просто очаровательны, эти ткани, цвета – загляденье, – с восторгом щебетала Селеста.
Одеяния были невероятной красоты, от которой у юной Мадлен захватывало дух. Никогда в жизни сельская девушка не прикасалась к столь изящным творениям. Но чем дольше мадемуазель Бланкар смотрела на прекрасные платья, тем серьёзнее становилось выражение её лица. Эта перемена не укрылась от Селесты.
– Что такое? Неужели эти наряды тебе не по душе?
– Дело не в их красоте, – сосредоточено произнесла Мадлен, – а в том, что Екатерина подготовила их ещё до моего согласия помогать ей. Получается, у меня не было выбора. И даже если бы я решила отказаться, меня заставили бы остаться при дворе?
Неудобный вопрос, заданный девушкой, смутил фрейлину Екатерины.
– Да, платья доставили несколько дней назад, но это не говорит о том, что тебя планировали держать здесь, как пленницу.
– Но кричит о том, что отпускать меня никто не собирался. Вероятно, Екатерина уже продумала возможные способы запугать меня, надавить на слабые стороны, – предположила Мадлен.
– Но ты ведь согласилась. Давай не будем думать о том, чего не произошло, – Селеста попыталась улыбнуться, но её улыбка не избавила Мадлен от неприятного открытия.
Спустя некоторое время, облачившись в новый наряд, мадемуазель Бланкар провела руками по пышным юбкам, не узнавая себя.
– Неужели это действительно я? Не верю собственным глазам!
– Ты выглядишь превосходно. Никто в Лувре не посмеет усомниться в твоём аристократическом происхождении, – заверила девушку Селеста. – Остальные наряды доставят в покои, которые подготовят для тебя в королевском дворце. Об этом не переживай. А сейчас время отправиться в Лувр.
– Мы отправимся пешком?
– Да, стоит лишь пересечь сад, и мы окажемся на месте.
Спускаясь с крыльца замка Тюильри, Мадлен неловко придерживала юбки, впервые прогуливаясь в столь пышном платье. Преодолев ступени, девушка обернулась. Въехав в главные ворота, по дорожке проехала черная карета. Не остановившись у крыльца, она повернула за угол.
– Что находится там? За углом ещё один парадный вход? – поинтересовалась Мадлен.
– Нет, в той стороне кухня и дверь для прислуги, – ответила Селеста.
– Карета, что проехала мимо нас, явно не принадлежит прислуге, так?
– Не бери в голову, – отмахнулась Селеста, слегка занервничав от вопроса Мадлен. – В королевские замки всегда прибывает много гостей. Идём, нам прямо, – произнесла мадемуазель Моро, уводя девушку подальше от крыльца.
Добраться от Тюильри до Лувра действительно не составило труда. Пройдя через зелёный сад, наполненный уже распустившимися цветами, девушки вышли к главной королевской резиденции. Здесь было шумно. Мимо то и дело прогуливались заливающиеся смехом фрейлины, проходили озадаченные месье, ведя разговоры, пробегали, торопясь, служанки, приезжали и уезжали пышные кареты.
– Вот и он, замок Генриха Третьего, короля Франции, – улыбнулась Селеста, с радостью наблюдая восхищение, озарившее лицо Мадлен.
– Удивительное место. Но я, признаться, всегда представляла его иначе, – заметила мадемуазель Бланкар.
