Кодекс Агента. Том 1 (СИ)

— Ты меня соблазняешь, что ли? — спрашиваю я с усмешкой, глядя на отражение аппетитной попы Ольги в зеркале за ее спиной. — Серьезно?
— Проверяю на стойкость! — говорит она, вскинув брови, и я получаю легкий щелчок указательным пальцем по лобку. — Теперь надевай те, что выбрала я!
Вкус у графини Трубецкой отменный, и астрономические ценники это подтверждают. Примерочная кабина вип-зоны ГУМа стремительно заполняется одеждой, которую приносят и уносят смазливые и услужливые продавцы.
— Привыкай не смотреть на цены, — говорит она, поправляя ворот очередной футболки, — за все платит Род. Ты теперь на полном обеспечении Фиолетовых!
— Но это же просто тряпки! — возражаю я. — Какая разница…
— Ты часть Великого Рода! — прерывает меня Ольга. — И должен соответствовать высокому статусу в обществе! Соответствовать во всем!
Она берет меня под руку и с удовлетворением смотрит в зеркало. Фиолетово-синяя майка прекрасно гармонирует с цветом наших глаз, а мои и без того широкие плечи визуально увеличиваются до всем известной косой сажени.
— Соответствуем? — спрашивает она с приторно-сладкой улыбкой на устах.
— Ощущаю легкий диссонанс, — отвечаю я, картинно надув губы. — Мои плавки не подходят к платью. — Нужно либо уменьшить глубину твоего декольте, либо разорвать мой гульфик!
— Джинсы надевай! — приказывает Ольга и бросает лукавый взгляд на безразмерную стопку. — Зауженные даже не меряй — в паху жать будут!
После примерно двадцати итераций, сопровождаемых едкими комментариями Ольги, на обитых черным бархатом пуфиках появляется несколько отобранная брюк. Коробки с обувью и пакеты с носками сложены рядом. Вздыхаю с облегчением и поворачиваюсь лицом к мучительнице.
— Экзекуция закончена⁈
— Осталось выбрать самую важную часть гардероба — трусы! — Трубецкая подмигивает.
— Пожалуй, с этим я справлюсь сам!
— Святая Тьма, Шувалов, ты краснеешь? — Ольга картинно округляет глаза. — Только не говори, что ты девственник!
— Думаешь, я брошусь доказывать обратное и бравировать наготой?
— Саша, не смеши меня! — Трубецкая морщится, в синих глазах пляшут бесенята. — Я уже твой стояк видела!
— Просто с этим самым стояком мерить трусы неудобно! — я подмигиваю, разворачиваю грациозную девичью фигурку и аккуратным толчком отправляю прочь из кабины.
Цветастые упаковки я вскрываю в задумчивости. Нехотя признаюсь себе, что общество Ольги Юрьевны Трубецкой мне нравится. Все портит лишь ее обязанность со мной общаться. Обязанность, а не желание или интерес. Я бы предпочел завоевать симпатии девушки в честном ментальном бою с ней же.
— Бери несколько комплектов повседневных и несколько — соблазнительных! — советует Ольга из-за штор.
— А соблазнительные — это такие? — я выхожу наружу в обтягивающих розовых плавках, широкая резинка которых украшена сценами совокупляющихся в разных позах кроликов.
— Вульгарщина! — Ольга качает головой и решительно возвращается в кабинку.
К моему удовольствию мы продолжаем игру без оговоренных правил. Отбор идет деловито, без единого намека на флирт. Я включаю полный контроль над телом и давлю возбуждение в зародыше, а Трубецкая смотрит на меня словно на манекен — без всякого интереса.
Счет нам выставляют космический — на эти деньги можно купить неплохие апартаменты в центре Москвы. Я достаю черную карту с фиолетовым двуглавым орлом на обороте и вопросительно смотрю на Ольгу. Она едва заметно кивает и закрывает глаза в знак согласия.
— Чаевые! — шепчет она в самое ухо.
— У меня наличных — ни целкового! — также тихо шепчу я.
— Будешь должен!
Трубецкая одаривает улыбкой выстроившихся шеренгой продавцов и открывает дамскую сумочку от Пуаре. Несколько крупных купюр перекочевывают в руки распорядителя салона, и Ольга сообщает во всеуслышание, что господин Шувалов забыл кошелек в машине, и потому честь отблагодарить работников за неоценимую помощь возложена на нее.
Нам кланяются, мы откланиваемся в ответ и по предложению Ольги следуем в подвал Торговых Рядов, в трактир «Мартьяныч». Ее выбор как нельзя лучше соответствует моим планам. Покупка одежды и обед — лишь прикрытие для истинной цели сегодняшних похождений.
 
— Мы непоследовательны! — сообщаю я Ольге, ставя на стол поднос со всяческой снедью. — Покупаем одежду на вес золота, а затем идем трапезничать в дешевый трактир, полный студентов и школьников!
— В этом и прелесть! — возражает мне Трубецкая и берет блинчик руками, ничуть не заботясь о собственном великосветском шарме. — Здесь я расслабляюсь и не думаю, как выгляжу в глазах окружающих. А еще парнями любуюсь, попадаются весьма колоритные персонажи.
— И часто знакомятся? — спрашиваю я, ощутив легкий укол ревности.
— Обычно боятся или стесняются, приходится проявлять инициативу самой! — Ольга пожимает плечами и целомудренно улыбается. — Все как с тобой!
— Некорректное сравнение! — возражаю я и принимаюсь за тонко нарезанные ломтики буженины. — Я — твоя работа!
— Тяжелая и неблагодарная! — дополняет меня Трубецкая подмигивая. — С тобой, кстати, я бы не стала знакомиться — уж слишком красив.
— А я бы с тобой — стал! — подмигиваю и с хрустом откусываю малосольный огурчик. — Ровно по той же причине!
— Зачем мы здесь? — Ольга резко меняет тему разговора, игривые и легкомысленные нотки в ее голосе уступают место сугубо деловому тону. — Ты не похож на модника или любителя ходить по магазинам!
— Шувалов приказал приодеться, а заодно отлучиться хочу, на час или чуть больше…
— Зачем? — Трубецкая щурит глаза и смотрит на меня с подозрением. — Только не рассказывай о тайном свидании с любимой девушкой или походе в бордель!
— А это мысль! — я улыбаюсь и передаю Ольге смартфон. — Встреча назначена, но вряд ли это девушка…
Нахмурив брови, она читает сообщение, пришедшее с незнакомого номера, а затем переводит взгляд на меня. Ольга напряжена и серьезна.
— Ловушка? — Трубецкая отворачивается и какое-то время наблюдает за снующими вокруг нас посетителями таверны.
— Возможно — встреча назначена в Храме, все в рамках концепции Приюта: убийства должны быть громкими!
— Нарушение всех канонов! Кровь, пролитая в Храме, действительно, вызовет общественный резонанс, но со знаком плюс для аристо! — рассуждает вслух Ольга. — К тому же о принятии тебя в Род публично не объявлено, и ты все еще безымянный бездарь!
— Не думаю, что это западня, а цель — выманить меня на оперативный простор: если захотят убить, то убьют обязательно! — я указываю на четверых сопровождающих нас мордоворотов в черных пиджаках, рассредоточившихся неподалеку. — Не поможешь ни ты, ни они! Но я не хочу просидеть всю жизнь в заточении!
— Даже в заточении со мной⁈ — Трубецкая кокетливо улыбается, видимо, решив, что встреча опасности не несет.
— С тобой — особенно! — я усмехаюсь. — Полное сексуальное истощение я заработаю с гарантией!
— И каков твой план?
— Оригинальный донельзя! — я наклоняюсь ближе к Ольге и заговорщицки шепчу, нацепив на уста дежурную улыбку.
Какое-то время Трубецкая в задумчивости смотрит на меня, вопросительно вскинув брови, а затем широко улыбается.
— Я согласна! — заявляет она довольно громко. — Но только на красные розы! Самые красивые в Империи! Князю, так уж и быть, о твоих ухаживаниях не расскажу!
Наклоняюсь, целую милостиво протянутую руку и слышу яростный шепот.
— Дай слово, что не устроишь там очередное побоище!
— Скоро вернусь! — я подмигиваю, встаю из-за стола и направляюсь к магазину. Отмечаю, что двое охранников Рода неторопливо следуют за мной. Цветочный салон находится неподалеку, и главный его плюс — охлаждаемое хранилище цветов, расположенное в отдельном помещении.
Все продавцы заняты обслуживанием клиентов, и я беспрепятственно проникаю в ароматное царство. Быстро следую между двумя рядами напольных ваз, заполненных огромными букетами роз, и выхожу в технический коридор торгового центра, а затем спускаюсь в метро. Расстояние до Храма около километра, но у меня нет лишнего времени.