Инженер 2: Тульские диковинки (СИ)

Через несколько минут появился приказчик Степан Кузьмич. На сей раз без трости, в старом сюртуке, явно рабочем. Лицо деловитое.
— Александр Дмитриевич! Привезли, стало быть? — Он подошел к телеге, заглянул под брезент. — Два насоса? Мы один заказывали.
— Степан Федорович распорядился делать два. Помните, в прошлый визит говорили, для нового корпуса тоже понадобятся.
Приказчик кивнул:
  
— А, точно. Велено в новый корпус. Забыл совсем. — Он оглянулся на ворота. — Хозяин идет.
Баташев вышел из конторы, шагал быстро, решительно. Поддевка на нем темно-зеленая, сапоги начищены до блеска, борода расчесана. Лицо серьезное, взгляд цепкий.
Подошел к телеге, остановился, сложил руки за спиной:
— Воронцов. Вовремя. Прошла неделя ровно.
Я слез с козел, поклонился:
— Степан Федорович. Насосы готовы, как обещал.
Баташев жестом подозвал двух рабочих, стоявших у склада:
— Разгружайте. Аккуратно, не уроните.
Рабочие подошли, начали развязывать веревки. Семен им помогал, показывал, как правильно браться. Откинули парусину, убрали солому.
Насосы открылись взору. Медь сияла на сером утреннем свете, рычаги черные, массивные, все соединения крепкие.
Баташев обошел телегу, внимательно разглядывая. Постучал пальцем по цилиндру первого насоса, звук глухой, металл прочный. Провел ладонью по рычагу, ощупал точку опоры.
— Конструкция другая, — констатировал он. — Не так, как у первого насоса.
Я кивнул:
— Улучшил, Степан Федорович. Точку опоры сместил ближе к штоку. Соотношение плеч два к одному. Качать вдвое легче станет, а производительность та же.
Баташев прищурился:
— Сам придумал?
— Рассчитал. После пожара, когда тушили резиденцию губернатора. Люди быстро уставали от тяжелого рычага. Вот и подумал, как облегчить работу.
Купец переместился ко второму насосу. Увидел две рукоятки на рычаге, наклонился, изучая крепления.
— А это что за хитрость?
— Две рукоятки. Два работника качают одновременно. Усилие распределяется равномернее, качать еще легче. Правда, конструкция сложнее, металла больше ушло.
Баташев выпрямился, посмотрел на меня:
— Я один насос заказывал. Вы два привезли. Почему?
— Вы говорили, что для нового корпуса понадобятся еще. Решил сделать сразу два, разных конструкций. Испытаете оба, выберете, какой удобнее. Если оба подойдут, закажете еще по той модели, что больше понравится.
Баташев молчал, раздумывая. Потом обернулся к приказчику:
— Степан Кузьмич, позови Прохора Семеновича. Пусть принесет бадьи с водой, шланги. Будем испытывать.
Приказчик кивнул, убежал.
Баташев снова посмотрел на меня:
— Воронцов, я заказал только один насос. Второй откуда? Я не заказывал.
Я ответил спокойно:
— Второй в счет нового заказа. Помните, вы просили сделать насосы для нового корпуса? Вот один из них. Если устроит, оплатите. Не устроит, заберу обратно.
Баташев усмехнулся в бороду:
— Ловко. Сначала сделали, потом предлагаете. А если я откажусь?
— Не откажетесь. — Я выдержал паузу. — Насосы хорошие, проверенные. Вам нужны. Зачем отказываться оттолковой вещи?
Купец рассмеялся, коротко и резко:
— Самоуверенный вы, капитан. Нравится. Посмотрим, как они работают. Если правда лучше, возьму оба.
Вернулся приказчик с мастером Прохором Семеновичем. Тот принес две бадьи с водой, шланги медные, метров по пять длиной.
Рабочие сняли первый насос с телеги, понесли к центру двора, установили на землю. Выровняли по уровню, подложив доски под основание.
Прохор Семенович подсоединил шланг к всасывающему патрубку, опустил другой конец в бадью с водой. Ко второму патрубку прикрутил выходной шланг.
— Готово, — доложил он Баташеву. — Можно качать.
Баташев кивнул мне:
— Покажите.
Я подошел к насосу, взялся за рукоятку обеими руками. Железо холодное, шершавое. Потянул вниз, рычаг пошел плавно, без рывков. Усилие небольшое, намного меньше, чем у старых насосов.
Толкнул рычаг вверх, поршень пошел обратно. Вниз, вверх. Вниз, вверх. Ровный ритм, легкие движения.
Через десяток качаний вода пошла. Из выходного шланга ударила струя, мощная, напористая. Полетела вперед, упала на землю саженях в четырех.
Я качал минуты две, не останавливаясь. Руки не устали, спина не ныла. Легко.
Остановился, отошел:
— Попробуйте сами, Степан Федорович.
Баташев подошел, взялся за рукоятку. Качнул несколько раз, внимательно прислушиваясь к работе механизма. Вода лилась ровной струей.
— Действительно легче, — признал он. — Раза в два, не меньше.
Он отпустил рукоятку, обернулся к мастеру:
— Прохор Семенович, попробуй. Скажешь, как тебе.
Мастер подошел, начал качать. Работал минут пять, не уставая. Потом остановился, вытер пот со лба:
— Хорошо идет, Степан Федорович. Легко, ровно. Я бы целый день прокачал.
Баташев кивнул удовлетворенно:
— Ладно. Этот проверили. Ставьте второй.
Рабочие установили второй насос рядом с первым. Прохор Семенович подключил шланги.
— Этот для двоих, — сказал я. — Степан Федорович, встаньте у одной рукоятки. Прохор Семенович, у второй. Качайте синхронно.
Баташев с мастером встали у рукояток, начали качать вместе. Рычаг пошел совсем легко, почти без усилия. Вода полилась мощной струей, еще сильнее, чем у первого насоса.
Они качали несколько минут, переглянулись, улыбнулись.
— Вот это да, — проговорил Прохор Семенович. — Совсем ничего не стоит!
Баташев остановился, отошел. Посмотрел на оба насоса, на меня:
— Воронцов, беру оба насоса. Сколько за второй?
Я назвал цену:
— Сто пятьдесят рублей. Материалов больше ушло, работы тоже.
Баташев подумал, кивнул:
— Согласен. Степан Кузьмич, занеси в книгу. Долг по первому насосу закрыт, материалы зачтены. За второй насос сто пятьдесят рублей, оплата по приемке.
Приказчик достал записную книжку, начал писать.
Баташев обернулся ко мне:
— Александр Дмитриевич, пройдемте в контору. Расплачусь, заодно разговор имеется.
Мы пошли через двор к конторскому корпусу. Баташев шагал молча, задумчиво. Я шел рядом, гадая, о чем он хочет говорить.
Вошли в контору. Кабинет тот же, дубовый стол, шкаф с книгами, счеты на подоконнике, образа в углу. Баташев прошел к столу, достал из ящика металлическую шкатулку, открыл ключом.
Начал отсчитывать серебряные рубли, выкладывая на стол стопками. Звон монет разносился по тихому кабинету.
— Сто пятьдесят рублей, — сказал он, придвинув деньги ко мне. — Проверяйте.
Я пересчитал, все верно. Убрал деньги в кожаный кошелек, спрятал во внутренний карман сюртука.
— Благодарю, Степан Федорович.
Баташев закрыл шкатулку, убрал в ящик. Сел за стол, жестом пригласил меня сесть напротив. Налил из графина воды в два стакана, один придвинул мне.
— Александр Дмитриевич, вы работаете быстро и качественно. За неделю два насоса сделали, улучшенные. Это редкость. Сидоров год возился, ничего не сделал. Вы за месяц три насоса изготовили, один мне, шесть пожарным.
Я молчал, слушал.
Баташев продолжил:
— У меня есть предложение. Серьезное. Хочу наладить производство насосов. Не один-два для себя, а десятками, сотнями. Продавать по всей губернии, по всей России. Спрос огромный, каждой фабрике нужны насосы, каждому имению, каждой пожарной части.
Он помолчал, глядя мне в глаза:
— Но для этого нужна большая мастерская, рабочие, материалы, оборудование. Денег требуется много. У меня деньги есть. У вас знания, опыт, талант изобретателя.
Я начал понимать, к чему он клонит.
— Предлагаю совместное дело, — четко проговорил Баташев. — Я вкладываю капитал, организую сбыт, обеспечиваю материалами. Вы руководите производством, совершенствуете конструкции, обучаете мастеров. Доход делим пополам.
  
Предложение ошеломило меня. Совместное предприятие с Баташевым это серьезно. Большие деньги, большие возможности, большая ответственность.