Отморозок 6 (СИ)

— Значит, ты просто водишь его за нос? — Весело хохочут американцы.
— Не совсем, — качаю головой, — Абдурахмон-Ага не такой человек, которого так легко провести. Тут все сложнее. Он ведь действительно чувствует улучшения состояния ноги. Я просто сумел немного подтолкнуть защитные силы его организма, которые и делают основную работу. Так, что я не являюсь никаким знахарем. Но в то же время могу ему помочь.
  
— Вот я и говорю, что ты очень необычный парень, — мистер Смит улыбается, но его глаза очень серьезны — Ты в своем юном возрасте, знаешь и умеешь так много. Что иному не научится и за всю жизнь. Мне приходилось не раз общаться с людьми из Союза и не только военнопленными в лагере, но и с обычными людьми, в другой, более располагающей общению обстановке. И все они были очень зажаты в общении со своим идеологическим врагом, каковым меня считали. Ты же, ведешь себя очень раскованно, больше напоминая мне нашу американскую молодежь. Я вижу, с какой небрежностью ты открыл и ешь печенье, которое вряд ли мог видеть у себя в Союзе, как обыденно ты пьешь колу. Многие твои соотечественники были бы просто в экстазе от всего этого, а ты делаешь это так, как будто для тебя подобное не в новинку. Ты слушаешь американскую музыку, которая вышла совсем недавно и понимаешь ее скрытый подтекст. Меня очень заинтересовали эти твои особенности.
— Все просто мистер Смит, — развожу руками, — Я действительно учился в очень хорошей спецшколе в городе Энске, где к изучению английского подходят очень серьезно. Среди моих школьных товарищей были те, у которых родители выезжают за границу и для меня кола, печенье и жвачка не являются чем-то необычным. Скажу вам по секрету, наша газировка будет получше вашей колы, потому что у нас в ней гораздо меньше всякой химии и все натуральное. А англоязычную музыку я действительно люблю и часто слушал в Союзе ее по радио.
— И как же такой продвинутый парень как ты, сначала оказался в Афганистане, а потом попал в плен? — Спрашивает Бен, с интересом рассматривая меня сквозь очки.
— Мои родители очень образованные люди, но они занимают недостаточно высокое место в обществе, к тому же мы провинциалы. В Москве, куда я приехал после окончания школы, я познакомился и начал встречаться с девушкой родственники которой занимают очень высокое положение, — начинаю врать я — Отец девушки директор крупного московского завода, а мать работает в администрации одного из районов. Они были против наших отношений, не видя во мне достойной партии для своей дочери, но их она, несмотря на все уговоры, не перестала со мной встречаться. Отец девушки нажал на кое какие рычаги и вот, как только мне исполнилось восемнадцать и пришла пора идти в армию, я оказался сначала в учебке под Ташкентом, а потом и в Афганистане.
— Грустная история. Почти как Ромео и Джульетта нашего времени. Мне кажется, что твоя страна использует способности такого умного образованного молодого человека не по назначению. — Вкрадчиво говорит Джон, отхлебывая виски из стакана. — В свободном мире твои выдающиеся способности могли бы привести тебя очень высоко. У нас ценят таких людей как ты. Тебя же отправили в совершенно чужую дикую страну, чтобы ты насаждал коммунистический строй людям, находящимся, по сути, еще на феодальной ступени развития.
— Но ваша страна для этой цели тоже направила вас именно в эту страну, — тонко улыбаюсь я. — Только вы, насаждаете в этой стране свои демократию и свободу, которые этим людям чужды точно так же как идеи социализма. Давайте говорить откровенно, наши войска находятся в Афганистане, чтобы обезопасить СССР с южных рубежей и не дать вам установить здесь свой режим. Потому что, вслед за установлением враждебного нам и дружественного вам режима, здесь появятся американские базы и возможно ракеты. Давайте с вами вспомним кубинский кризис, когда СССР пытался разместить под боком у США свои ядерные ракеты. Ведь тогда это за малым не привело к ядерной войне, потому что вы понимаете опасность подобного соседства. Так почему же вы осуждаете нас за то, что мы пытаемся обезопасить себя с этой стороны?
— Блестяще! — Мистер Бен захлопал в ладоши, переглядываясь с Смитом и одобрительно кивая. — Ты отличный собеседник Николай. Редко удается пообщаться со столь образованным и умным человеком, который к тому же является патриотом своей страны.
— А разве патриотом быть плохо? На мой взгляд, это естественно. Будучи патриотом, я понимаю, что у моей страны, как и у вашей, есть свои интересы. И дело здесь совсем не в коммунизме и капитализме. Какой бы строй не был в нашей стране, это не изменило бы факта соперничества. По сути, наши страны — это две могучие империи, которые в настоящий момент определяют векторы мирового развития. По каким-то направлениям наши интересы могут расходиться, по другим совпадать, но такой двухполярный мир, с двумя сверхдержавами и примкнувшими к ним странами сателлитами очень устойчив, если за время с окончания второй мировой войны, мы так и не свалились в пучину третьей мировой.
— Неплохой анализ мировой политики от вчерашнего школьника, — салютует мне стаканом с виски Бен — Но мне, все-таки, кажется, что именно идеология играет главную роль в противостоянии двух блоков. Коммунизм который является идеологией СССР враждебен западному миру, ставя целью похоронить нас как говорил ваш лидер Никита Хрущев.
— Ну Никита много чего наговорил, в результате чего и слетел с генсеков. Наш нынешний лидер Горбачев гораздо более дружелюбен к Западу. А давайте гипотетически, чисто как фантазию, рассмотрим вариант, когда СССР отказывается от коммунистической идеологии, разооружается и принимает все ценности Западного общества. Вы думаете, противостояние сразу же прекратится? — Усмехаюсь ему в ответ.
— Конечно! — Убежденно отвечает Смит — В таком случае, ваша страна прекратит представлять угрозу свободному миру и станет его частью. Мы с радостью примем вас в цивилизованное общество. Демократические страны не воюют друг другом. Мы между собой торгуем и взаимодействуем абсолютно мирно.
— Ну да, — скептично киваю, — страны, в которых есть Мак-Дональд не воюют между собой. Ну если не считать торговых войн, которые по накалу могут не уступать вооруженным конфликтам.
— Остроумно и в точку! — Американцы снова салютуют мне бокалами.
— Вот только не соответствует истине. — Охлаждаю их энтузиазм. — Турция и Греция страны члены НАТО, но конфликтуют друг с другом из-за Кипра. здесь вопросы территорий и экономики стоят выше демократии. Соединенные штаты претендуют на глобальное лидерство в мире, ведь вы по праву являетесь мамой мощной страной Запада. Есть только одна страна, которая может что-то вам противопоставить — это СССР, как в военном плане, так и в плане экономическом. Какой бы строй не был в моей стране, она не перестанет представлять угрозу для вашей, если только не исчезнет с карты мира, расколовшись на десятки маленьких кусочков, которые можно будет освоить точно так же, как вы сейчас осваиваете страны третьего мира.
— Это неправда, — Джон встал с места и начал нервно ходить по комнате. — Посмотри на ФРГ и Японию, мы с ними были противниками в первой и второй мировой войне. И сейчас это очень мощные и экономически развитые страны. Мы с ними союзники и у нас нет никаких противоречий.
— Это только потому, что ФРГ, как и Япония, по сути, являются оккупированными странами и там находятся ваши базы и стоят войска. И нужны они вам опять же для противостояния с СССР. Скажем так — это выстроенные вами передовые бастионы против нас. Что касается ФРГ, то вновь избранный канцлер, обязательно первым делом ездит на поклон в США, где подписывает секретный документ. Япония так же полностью в военном плане зависима от вас. И о какой свободе воли мы можем в этом случае говорить? Видимые конфликты в Западном мире сейчас отсутствуют только потому, что перед лицом общего врага вы сплотились. Убери СССР, вам либо потребуется новый враг, например набирающий силы Китай, либо, вы начнете грызть уже друг друга. Мировые ресурсы ограничены, а США и теперь потребляет ресурсов, больше чем производит, благодаря доллару являющемуся мировой валютой и своим вооруженным силам поддерживающим финансовую мощь, а потом ресурсов потребуется еще блоьше. Вот и пойдет дележка.