Отступление от правил (СИ)

Но Андрей отказался. Сообщил, что вышлет юриста. Одинцов бросил трубку. Может, все-таки стоило встретиться? Тогда он был уверен, что нет. Потому что разговор должен был стать личным. Точкой невозврата. Миша признался бы в том, что знать совершенно не хотелось. Была ли это трусость со стороны Андрея? Да. Не здравомыслие, а именно трусость. И слабость. Он не был готов узнать о своем друге неприглядные вещи. Идеализировать казалось куда удобней, придумывать недостатки, которые не заденут, не потревожат душу. Хотя, надо отдать должное, это был единственный раз, когда Андрей запрятал голову в песок.
  
Без Миши было тяжело. Но потом бизнесмен втянулся, даже стало почти удобно. Комфортно находиться наедине со своими мыслями, когда никто не перебьет, не спросит. Да и вопросы с совестью теперь улаживались намного быстрее. Исчезли раздражители. И стало, конечно, скучно. Но все равно возвращаться к вопросу, что же на самом деле случилось, он не хотел. Ровно до этого момента. Потому что теперь, сидя на кровати, понимал, что надо было поинтересоваться. Не прятаться, не жалеть себя, а посмотреть правде в глаза. И, может, тогда он остался бы жив?
Андрей встал и пошел умываться, не переставая думать о бывшем друге. И пытаясь анализировать. Конечно, врагов у него было много… Но кто его мог ненавидеть настолько чтобы нанять киллера? А что, если Михаил? Эта мысль вдруг показалась простой и очевидной. Естественной. Но удовлетворения не вызвала, лишь больно кольнула. Ну, а что? Он ведь сам старался Мише побольше напакостить, увести пожирнее проект, радовался провалам. Почему? Он знал. Потому что не надо было вот так уходить и не возвращаться! Разрывать отношения, деловые, личные, все! Распиливать компанию!
Но если Андрей сам поступал по-свински, значило ли это, что и друг оказался непорядочным человеком? Конечно же ничего это не значило, но вот только кто-то же выступил заказчиком, кому-то это было надо!
Бизнесмен снова попытался сосредоточиться на делах, ища мотивы для убийства. Может кому-либо этот объект был позарез нужен? Конечно, строить целую набережную на Яузе! С другой стороны, годы-то какие… Не убивают уже по такой ерунде. Да и убивать надо было до тендера, а не после. Иначе смерть Андрея теряет смысл. С другой стороны, убивать и до тендера смысла нет никакого — подготовка велась несколько месяцев. Так что гибель директора ничего бы не поменяла. Если только в свете перспектив будущих тендеров. Если попытаться выбить из колеи руководство компании. А может, Михаил хотел таким образом отомстить? За все проигранные тендеры? Чутье подсказывало, что не будь компания так успешна, покушения бы не произошло.
Андрей вытер лицо сероватым полотенцем. От мыслей и предположений становилось совсем тошно. Не хотелось думать, что бывший совладелец мог выступить заказчиком. Но думалось именно так. Больше некому — остальные конкуренты не такие крупные. Может, еще были внутренние враги? Но кому в компании выгодна смерть директора? Да никому по большому счету. Бывшая жена? Так она не бедствовала, и все благодаря Якушеву. Пара любовниц? Обычные эскортницы. Им его гибель точно не нужна. Оставался опять, Михаил. Его было проще всего подозревать. Как будто.
А еще почему-то очень хотелось думать, что за четыре года бывшему совладельцу было не плевать, как дела у конкурента. Что его злили успехи Андрея. Не зря же он так старался. Все эти уведенные из-по носа заказы… Это делалось не ради денег. Какая разница, один «Rolls-Royce» или три? Сколько домов? Квартир? Андрей все равно не стал есть больше. Слаще? Тоже вряд ли. А самомнение потешить хотелось. Доказать, что Миша зря ушел, что это была ошибка, о которой он должен был пожалеть. Заставить приползти обратно.
Только бывший друг не приползал, а успешно находил более мелкие заказы и, надо сказать, не такие проблемные. И тоже богател. Еще и становился все более интересным внешне. Возраст шел ему на пользу. Кареглазый, с матовой кожей. И взгляд, немного насмешливый, с огоньками…
Андрей сдавленно вздохнул и поднялся. Сидеть и ныть смысла не было. Так и с голоду подохнуть недолго. Отбросив посторонние мысли, он снова начал прикидывать, кем могли бы взять такого красавца-молдаванина. Может, официантом? Это лучше чем мыть посуду. Или барменом…
========== 5 ==========
Андрей был мрачен. Снова пришлось идти в магазин за ненавистной колбасой, затем рассылать унизительные резюме. А к вечеру приехал сосед по комнате. Веселый, смуглый, с кривыми желтыми зубами. Якушев не был рад присутствию постороннего. Но вот у Эмилиана, кажется, проблем с сожителем не возникало. Потому что сосед, явившийся в пять вечера, вместо обещанной полуночи, сходу начал рассказывать, как поссорился со своей девушкой, причем не дожидаясь комментариев собеседника. Но отвечать было и не нужно. Нужно было слушать. И Андрей слушал, прервав поиск работы.
Незнакомец говорил взахлеб, активно жестикулируя, на ходу раздеваясь и сбрасывая ботинки, с которых валились комья грязи, прямо посреди комнаты. Из всего пространного повествования было понятно одно: что паренек приехал к подружке, переночевал у нее, потом еще раз переночевал. А потом полез к ней в телефон, проверять, не изменяет ли. И обнаружил компроментирующую переписку с каким-то Валерой. На фоне чего парочка поссорилась. Девушка возмущалась грубому вмешательству в личную жизнь, а сосед по комнате — факту возможного адюльтера. В итоге несчастный ревнивец был выдворен вон. История была стара как мир и никаких эмоций не вызывала. Андрею не было жалко дружка Эмилиана, тем более что таких проблем с противоположным полом он не знал даже во времена студенчества. Девчонки ему не изменяли, наоборот бегали за ним и почти не выносили мозг. Он-то, конечно, выбрал ту, что изначально отвергала его ухаживания и дольше всех капризничала. Но расстались они не из-за измены — такого он бы не потерпел. Вика поменялась — родила парочку детей, располнела, обзавелась не очень умными подружками. Да и как-то стала отходить на второй план. Любовь постепенно ушла… Было немного жаль разводиться, но как партнер Вика не тянула — была глуповата. А вот как мать детей… Почему бы и нет. Только дети-то выросли. И смысла в браке не было никакого. Да и гулять на глазах у жены, не стесняясь, было как-то некрасиво. И Андрей развелся. Оставив бывшей супруги хорошую сумму денег и недвижимость. Он не был жадным, если речь шла о семье. Тем более, жена все-таки была приличная. Как он был у нее один, так и оставался. Даже после развода она только и делала, что ходила по магазинам, в кафе, да с подружками во Францию ездила каждые пару месяцев, где учились дочь с сыном.
При мыслях о детях и бывшей жене стало грустно. А сосед по комнате все говорил и говорил, уже не по фактам, а так. Высказывал, как ему обидно и больно что его ненаглядная невеста гуляет направо и налево. Наконец, он замолчал на пару секунд, от чего Андрей как будто проснулся, и вдруг спросил:
— Что мне теперь делать?
— В смысле?
— С Верой…
— Пошли куда подальше, другую найдешь, — Якушев пожал плечами и взобрался с ногами на кровать. Стало непривычно удобно сидеть, скрестив их или закинув выше головы.
— Так я люблю ее…
— Она тебе изменяет. Дальше будет только хуже. Вычеркни ее, найди другую, которая бы тебя уважала. Либо, если тебе эта девушка так нравится, оставь все как есть и забей. Гуляет, да и ладно.
Воцарилось молчание. Казалось, сосед по комнате хотел услышать от своего друга какой-то другой совет. Наконец, минут через пять, он произнес:
— Ты на работу-то не опоздал?
— Я туда не пошел, — пожал плечами Андрей, отчего у собеседника вытянулось лицо.