Наследник пепла. Книга VIII (СИ)

— Разве у меня есть выбор? — поинтересовался я.
— Выбор всегда есть, — ответила богиня.
— Согласен. Если это ради жизни моих родных и близких, я согласен на всё. Лишь бы у меня появилась сила, чтобы их спасти.
И в этот момент на островок, на котором я стоял, обрушился поток пламени.
  
Глава 6
 
Зал Священного совета был одним из самых древних во дворце. Именно с него когда-то началась местная история. Он был богато украшен, отделан золотом и самоцветами, добытыми из недр Уральских гор. На потолке раскинулась огромная фреска, изображающая избрание первого императора из рода Светозаровых.
  
Понятно, что основные торжества раньше проходили значительно западнее, в других городах, на европейской части империи. Но как знал тот же Рарогов когда-то, давным-давно первое собрание случилось именно тут, в Екатеринбурге. Конечно, тогда город назывался иначе.
Внутри зал Священного совета чем-то походил на лодку. По центру напротив друг друга располагались две трибуны для выдвижения своих соображений, а по бокам — амфитеатром наверх шли рядами кресла, в которых занимали места представители родов.
Поскольку событие сегодня было невероятно значимое, места занимали в основном главы различных кланов и их самые приближённые люди. Причём сегодня приезжали не только основные роды. В зал входили главы всех мало-мальски крупных семей, имеющих в своих рядах хотя бы несколько проводников капищ. И все они рассаживались по особому ранжиру. Роды побольше и побогаче занимали места внизу, а те, кто был помладше да послабее, занимали свои места выше.
И как-то так и вышло, что стороны зала как будто бы разделили родовичей на два лагеря. С одной стороны находились Светозаровы, Рароговы, Вихревы, а с другой — Вулкановы, Морозовы и ещё представители нескольких не самых крупных кланов, но имеющих всё же в своём составе проводников.
Больше всего внимания к себе привлекал альбинос Скородум Полуночник. Уж кого-кого, а вот его никто не ожидал увидеть здесь. Рарогов ожидал, что тот сядет между ним и Светозаровым, что говорило бы о том, что клан Молчащих вышел из опалы. Но Скородум вместе с остальными представителями клана Молчащих занял места в нейтральном секторе, где не было представителей вышеперечисленных родов. И было видно, что все стараются от них дистанцироваться, ведь информации об официальной амнистии не было. Да и сам дар Полуночника внушал трепет окружающим.
Традиция подобных собраний гласила, что все входы в зал закроют для того, чтобы территорию этого совета никто не смог покинуть до момента принятия решения. Вокруг императорского дворца разместилось просто невероятное количество родовых войск. И вся столица гудела в преддверии подобного мероприятия. Уже объявили и о смерти императрицы, и о её завещании, но народ всё же чувствовал, что, как будто в самом воздухе разлилась некоторая тревожность.
Естественно, внимание всего населения столицы было приковано сегодня исключительно к залу Священного совета. После того как двери зала закрыли, прозвучал гимн империи. На одну из трибун вышел Иосиф Дмитриевич Светозаров.
— Уважаемые соотечественники, — начал он свою речь, — как вы, все наверное, уже знаете, наша дорогая императрица почила. Ушла она от нас крайне несвоевременно, но при этом оставила нам наследника престола и наказ хранить его хотя бы и ценой своей жизни. Разрешите, я вам зачитаю сейчас завещание императрицы, которое она написала незадолго до смерти.
Светозаров вытащил оригинальный экземпляр завещания и прочитал:
— За сим назначаю наследником престола своего единственного сына, рождённого мной от Бурана Вихрева…
Если до этого по залу и проносились какие-то шепотки, то сейчас все они замолкли. Светозаров на миг оторвался от бумаги, оглядел собравшихся и продолжил:
— … При нём завещаю создать регентский совет из глав всех сильнейших кланов для того, чтобы воспитывать моего сына в мировоззрении родовичей и принимать верные решения, пока цесаревич ещё слишком мал для того, чтобы принимать решения самостоятельно. Да будет его правление во благо всей нашей огромной империи.
Он закончил, положил завещание и обвёл взглядом зал. Тишина, повисшая до этого, продолжала сгущаться, как будто нагнетая атмосферу. Настало время для древней, как мир фразы, которой подобные собрания обычно и заканчивались.
— Если ни у кого нет возражений, то прошу принести присягу новому императору Российской империи, — завершил свою речь Иосиф Дмитриевич.
И тут с той стороны, где места занимали Морозовы и Вулкановы, встала татуированная женщина. Не старая — на вид лет шестьдесят или семьдесят, но во взгляде её читалось превосходство и пренебрежение. Она подошла к противоположной трибуне и сказала:
— Меня зовут Ликомора Болотова. И я хочу оспорить выбор императрицы, — произнесла она. По рядам, особенно со стороны Рароговых и Вихревых, донеслись возгласы возмущения и непонимания ситуации. — Дело в том, — твёрдым, хорошо поставленным голосом продолжала говорить ведьма: — Ребёнок на троне — это далеко не то, что нужно стране в столь сложный период. Ещё я хочу заметить, как все знают, на троне должен сидеть представитель родовичей, имеющий связь с землёй, а именно, являющийся проводником капища.
Она скорчила брезгливую гримаску, как будто прикоснулась к чему-то гадкому.
— А дитя, рождённое императрицей… Ещё неизвестно, сможет или не сможет найти поддержку у капища на земле. Такого человека нельзя сажать на трон ни с регентским советом, ни без него. Кроме того, вы же сами понимаете, что ребёнок на троне не сможет должным образом защитить империю. На престол должен взойти молодой муж, способный держать оружие в руках и дать потомство. Чего от младенца, да и вообще, от любого ребёнка до восемнадцати лет ожидать достаточно спорно. На мой взгляд, не стоит рисковать империей.
Татуированная ведьма оглядела присутствующих чуть ли не ликующим взглядом и проговорила уже совсем другим тоном, в котором слышались нотки победы.
— Поэтому должна заявить во всеуслышание для всех членов совета: у меня есть альтернативный вариант. Вниманию глав кланов я представляю Ярослава Болотова. По крови он является внуком предыдущего императора и племянником ныне почившей императрицы. Воспитан был во всех традициях родовичей. Имеет все необходимые знания, а также является проводником капища. Никак ни крути, он имеет кровь Светозаровых, а значит, право наследования может быть оспорено!
Тут к ней подошёл молодой человек, в котором бы Виктор фон Аден, если бы тут присутствовал бы, с удивлением узнал бы своего сокурсника. Ведьма тем временем продолжала.
— Право наследования должно быть оспорено ещё и в связи с тем, что Ярослав гораздо более подходящий кандидат, уже сейчас соответствующий всем параметрам, чтобы взойти на престол, в отличие от младенца, которому ещё предстоит восемнадцать лет расти для того, чтобы только проверить его соответствие нужным параметрам.
Она закончила свою речь довольно эффектно, ударив ладонью татуированной руки по трибуне, словно точку поставила. И, как будто по команде после этого, в зале начались выкрики:
— Бастарда давайте на трон!
— Но есть же завещание!
— Но если он не соответствует…
Совет в какой-то момент чуть было не превратился в рыночную площадь.
— Спокойно, — проговорил Светозаров. Вроде бы и негромко, но так надавив на голос, что слово отдалось в самых отдалённых уголках зала и вернулось к нему обратно. Все замолкли. — Вообще-то, — проговорил он, — право наследования в данном случае оспорить нельзя. Светозар Буранович Светозаров уже наследник престола и наследник императрицы, а ко всему прочему он уже стал проводником капища, что довольно редкое событие. Капище покойной императрицы благоволит ему и пометило его своим благословением.
  
Тут уже послышались ахи с другой стороны, где сидели Вулкановы и Морозовы. А к Иосифу Дмитриевичу в этот момент подошла Горислава с небольшим свёртком на руках. Никто и предположить не мог, что она явится на совет вместе с ребёнком. Но разведка уже донесла о разногласиях среди некоторых родовичей, и они вместе со Светозаровым решили подстраховаться.