Эпизод 1.5: Птенец расправляет крылья (СИ)
- Спасибо, милый, - довольно протянула Луминара. - Так и быть - больше никаких поясных поклонов, - она едва слышно хихикнула.
Нил, улыбнувшись, наклонился к ней, и коснулся губами округлого плеча, потом - лопатки, с нее перейдя на затылок, и постепенно спускаясь ниже.
- Расстегни мое белье, - промурлыкала мириаланка, когда его губы добрались до ткани лифа. - Оно же явно тебе мешает.
Юноша с готовностью провел пальцем по застёжке ее топа, и раскрыл его, словно книгу, полностью обнажая светло-зеленую спину. С шортами он провозился чуть дольше - расстегнув их с обеих сторон, он осторожно убрал их с попы женщины, стянув вниз. Он недолго сдерживался - почти сразу же, Нил положил ладони на пышные полушария, и с наслаждением сжал их, слегка разведя в стороны. Открывшееся ему зрелище окончательно переполнило юношу желанием. Он уселся на Луминару сверху, и, снова разведя в стороны ее ягодицы, вошёл в нее, осторожно и не спеша. В осторожности не было нужды - влажная и горячая, она была готова и к много более грубому вторжению. Массаж, и последовавшие за ним поцелуи, явно доставили мириаланке не меньше удовольствия, чем ее любовнику.
Луминара страстно застонала, двигаясь ему навстречу. Нил снова стиснул ее бедра - направляя ее так, чтобы им обоим было удобнее, - и женщина с готовностью повиновалась. Они достигли пика почти одновременно: почувствовав, как сжалась в судороге оргазма его любовница, Нил и сам поневоле кончил - так бурно, что без сил упал на женщину сверху.
Он недолго оставался обессиленным - ее лоно и ягодицы все ещё крепко сжимали его плоть, заставляя ее разбухать в ответном напряжении. Юноша оперся на локти, и задвигался, все быстрее и быстрее, желая взять от любовницы как можно больше. Та, распаленная не меньше него, двигалась вместе с ним, постанывая и вскрикивая. На этот раз, чувствуя приближение оргазма, Нил остановился, войдя в нее на всю длину. Взрыв наслаждения вспыхнул в низу живота, и растекся по всему телу, затопив его приятной слабостью. Юноша осторожно вышел из своей женщины, и улёгся рядом с ней, гладя ее по спине.
- Белое на зелёном, - прошептал он ей на ушко, глядя на собственные пальцы, скользящие по ее коже. - С чем бы сравнить?
- Со счастьем, - выдохнула Луминара в ответ, широко улыбаясь. Она повернулась к Нилу лицом, и сжала его в объятиях, крепких и жарких. Их губы ненадолго встретились в нежном поцелуе.
- Интересно, о чем ты думала, когда предлагала мне стать твоим падаваном? - расслабленно спросил юноша, когда они отстранилась друг от друга.
- О том, что обязательно тебя соблазню, - задумчиво ответила женщина. - Как-нибудь. И что с Мириала придет недовольное письмо - двум соотечественникам теперь придется обучаться у кого-то другого. И ещё о сотне всяких мелочей. А что ты об этом заговорил?
- Просто, - засмеялся Нил. - Таких бурных ночей ты ведь не планировала?
- В своих планах, я не заходила дальше поцелуев, - серьезно призналась мириаланка. - После них, все вырисовывалось немного туманно, но, без сомнения, приятно. В этом, я оказалась совершенно права, - последние слова, она протянула самым ласковым тоном из возможных, забрасывая ногу на бедро юноши. Ее бедра потерлись об него недвусмысленным движением.
- Подожди, - остановил он ее. - Так нам будет неудобно. Сейчас, - он улёгся на спину, и потянул женщину к себе.
***
Пробуждение Нила Коррина было ранним, и не очень приятным - его поднял ни свет, ни заря настойчивый зуммер комлинка. Точнее, сначала пришла надоедливая вибрация средства связи, зудящего на прикроватной тумбочке. Затем, из объятий сонного юноши выскользнула Луминара, и закрылась в ванной, где ее голос, серьезный и сухой, какое-то время отвечал на невнятно смодулированное динамиком комлинка бормотание. Потом, закончившая разговор мириаланка вернулась, и плюхнулась обратно на кровать. Нил, к тому времени продравший глаза, увидел на ее лице столько раздражённого недовольства, что даже раздумал немедленно ее целовать.
- Что случилось? - спросил он с серьезным видом. - Война? Возвращение ситхов? Совет внёс в устав поправку о недопустимости секса между джедаями?
- Совет, но не с правками устава, - не приняла шутки женщина. - У них образовалось задание для опытного рыцаря с сильным падаваном. То есть, для нас.
- Это я-то сильный? - недоверчиво прищурился юноша. - Позавчера, на экзамене, меня отлупили, и не раз.
- Ты - один из лучших фехтовальщиков своего потока, - рассеянно ответила Луминара. - Для своих лет, и уровня навыков, ты вполне себе силен, - она с раздраженным видом закатила глаза. - Твои умения даже достаточны, чтобы нас обоих услали в какую-нибудь вонючую дыру во внешнем кольце. Битком набитую хаттами, и тому подобным отвратным мусором.
- Не вижу, почему бы нам с тобой не развеяться, повидав помоечные виды внешнего кольца, - ну очень серьезно высказался Нил. - Не все же в чистеньких и благоустроенных мирах ядра галактики прозябать? Надо же когда-нибудь отдыхать от архитектурных красот Корусанта, и, особенно, от вечной стерильной чистоты храма.
- Это ты просто не наблюдал ещё тамошние помоечные виды, - с лёгким недовольством ответила мириаланка. - Взглянешь на них разок, и, особенно, понюхаешь - мигом прекратишь шутить на эту тему.
- Ты - бесподобно прекрасный изумруд, - полностью серьёзно сказал Нил, приподнимаясь на локте, и с нежностью разглядывая лицо Луминары. Та с лёгким удивлением встретила его взгляд.
- Твое сияние затмевает тысячу солнц. Ты настолько великолепна, что затмишь собой любое окружение. Рядом с тобой, любые архитектурные изыски, любые красоты природы выглядят не менее невзрачно, чем какая-нибудь помойка. А раз так, какая разница, где мы будем - на растительной помойке Итора, на помойке-Корусанте, заваленной небоскрёбами, или на безликой помойке во внешнем кольце? Везде, твоя красота будет сиять одинаково ярко, наполняя меня радостью.
- То есть, я превращаю все вокруг в помойку? - нахмурилась мириаланка с притворной строгостью. Ее губы, при этом, усердно пытались не расплыться в улыбке.
- Что за кошмар ты говоришь, - растерянно ответил Нил. - Нет, конечно, ты превращаешь все в рай, - женщина весело засмеялась, потянулась к лицу Нила, и коснулась его губ в поцелуе.
Она целовалась намного увереннее, чем в их первую ночь вместе - ее полные губы, мягкие и нежные, ласкали губы Нила, а язык искал ласк его языка. Когда они оторвались друг от друга, на лицо Луминары вернулось прежнее спокойствие.
- Думаю, на этот раз, все будет не так уж и плохо, - оптимистично высказалась она. - Мне нужно взять у совета подробности задания. Будь готов вылетать через пару часов.
***
В большом ангаре храма джедаев, предназначенном для транспортных челноков и малых кораблей, Нил Коррин уже успел побывать за годы учебы - это было одним из первых мест, куда юнглинг забрел из любопытства. С тех времён, мало что изменилось. Толстые дюрасталевые плиты пола по-прежнему темнели обширными пятнами копоти - следами взлетов и посадок кораблей постарше, без репульсорных маневровых движков. Стены ангара все так же серели вдали, а потолок терялся в вышине, создавая картину впечатляющей монументальности. Ангар пустовал - сейчас, в нем было запарковано всего три небольших кораблика, к одному из которых и направлялся Нил.
Сборы в поход не заняли у него много времени - юноша впихнул в рюкзак верный датапад, гигиенические принадлежности, и по три смены белья и одежды. Несмотря на свои шутки насчёт помойки, превращаться в один из ее элементов он не собирался.
Следуя указаниям наставницы, несколько минут назад переданным ему на комлинк, юноша двинулся через ангар, ориентируясь по напольной разметке, и вскоре остановился перед одним из парковочных мест, с интересом разглядывая складный и ладный кораблик Луминары.
Формой почти правильный диск без одного сегмента, он был не очень велик: всего-то метров тридцать в диаметре. Задняя его часть, тот самый отсутствующий сегмент, оканчивалась тремя широкими дюзами маршевых двигателей. Совсем рядом с ними, по правому борту и на нижней плоскости корабля, присутствовал широкий зев погрузочной аппарели, а заодно, и пассажирского трапа, сейчас - открытый настежь, и опирающийся на закопченную дюрасталь ангарного пола. Четыре посадочные ноги, выдвинутые из корпуса, удерживали кораблик на высоте человеческого роста - рослому Нилу почти не потребовалось бы пригибаться, чтобы взойти на борт. Сегмент пилотской кабины в передней части блестел “остеклением” - прозрачными панелями транспаристали, сквозь которую были видны кресла пилотов, широкий параллелепипед навикомпа, приборы управления, и прочая обязательная начинка. Нил с удовольствием приметил на носу и гранях-бортах широкие кольца маневровых двигателей - этот симпатичный диск явно был способен свободно двигаться в самых разных направлениях, а не только строго вперёд. Кораблик не был безоружен: два купола орудийных башен в центре диска, одна - под брюхом, а другая - на верхней плоскости, ощетинились счетверенными лазерными пушками, обычными для лёгких купцов и грузовозов.