Ветряной холм – Особый контракт. Том 2

Детектив Джан, не дождавшись реакции, тоже откусил свой бургер.
В офисе наступило короткое затишье – некомфортное, но нужное.
Когда последние обёртки были скомканы, До Ун наконец поднял голову.
– Слушайте… – сказал он, – Пока едите.
Он встал и начал медленно ходить по комнате. Остановился у окна.
– Во-первых… – начал он, – Похоже, прокурор Хон и правда ни о чём не догадывается.
  
Джан кивнул с согласием. Хотя и неохотно.
– Я встречусь с ним лично, – продолжил До Ун. – И ещё…
Он повернулся к ним.
– Мы нашли другую жертву.
Детектив Джан посмотрел на него, нахмурившись:
– Что?
Он тут же перевёл взгляд на руководителя Чхве.
Тот, вместо ответа, просто отвёл глаза.
Молчание выдало всё: расследование велось за спиной Джана.
– Главное, что выяснилось, – сказал До Ун с нажимом, – в ходе этого дела…
– Жена прокурора Хона… Связана с нашей группой.
– …Что?! – голос детектива дрогнул.
– Именно из-за этого, – голос До Уна стал ниже, – информация о повышении просочилась наружу.
Джан медленно сел, как будто только сейчас понял всю глубину происходящего.
Он смотрел на До Уна с выражением, в котором смешались недоверие и осознание.
 
Глава 36
 
До Ун закончил все дела уже глубокой ночью.
Сэ Вон не ответила на его звонок – вероятно, легла пораньше, чтобы отдохнуть перед завтрашними съёмками.
Он не стал тревожить её и вернулся в свою резиденцию. Но как только переступил порог, тут же пожалел. Дом встретил его гнетущей тишиной. Всё здесь напоминало пустую гробницу.
Чтобы хоть немного успокоить душу, До Ун открыл шкаф и достал бутылку виски, которую хранил на особый случай.
Налив себе в стакан, он вдохнул терпкий аромат и подошёл к окну. Сегодня он не сумел решить сразу две важные проблемы. Попивая виски, До Ун медленно прокручивал в голове недавние события.
Первая – разговор с председателем Гоном.
До Ун предложил ему приехать в гости – формально с целью обсуждения дел. Но истинной его целью было другое: устроить совместный ужин с Сэ Вон. Познакомить её с председателем. Начать путь к признанию.
Проблема заключалась в чрезвычайно плотном графике председателя Гона. Несмотря на то, что До Ун немного поторопился, он не мог изменить расписание председателя Гона по своему усмотрению. Председатель не давал никаких обещаний и сказал, что приедет, когда у него будет время.
Для До Уна это был слишком слабый ответ.
Вторая проблема – прокурор Хон.
Тот уехал в отпуск, отключив телефон. Даже сотрудники офиса не знали, куда именно он отправился.
Оставалось только ждать. До конца отпуска – ещё несколько дней, но До Уна не отпускало тяжёлое предчувствие.
Он допил виски.
С сожалением налил ещё. Открыл телефон и нашёл фотографию Сэ Вон – ту самую, где она была в ханбоке, снятую во дворце Кёнбоккун.
Улыбка невольно тронула его губы.
Он легко чокнулся бокалом с экраном телефона, как бы предлагая ей тост.
*Дзынь*
До Ун почувствовал, как на сердце у него немного отлегло.
В то же время Сэ Вон всю ночь провела с широко открытыми глазами и не смогла уснуть.
Она лишь притворилась, что легла пораньше, – знала, что не выдержит, если До Ун приедет.
Но ночь без него оказалась особенно одинокой.
Слёзы не прекращались. Она пыталась спрятаться под одеяло, закрыть глаза, но даже одна мысль о До Уне снова вызывала рыдания.
Боясь, что утром проснётся с опухшими глазами, она прикусила губу и пыталась успокоиться.
– Думай пока только о съёмках… – пробормотала она себе.
Но как только мысли переходили к съёмкам, тут же всплывала тревога.
До Ун просил сказать, что у неё есть жених. Это действительно могло упростить разговор с Гон Тэ.
Но…
Со хи.
Сэ Вон чувствовала: если она скажет такое при Со Хи – это будет настоящей декларацией войны.
– Ах…
После множества головокружительных мыслей ей, наконец, пришло в голову лицо До Уна. Сэ Вон отчаянно хотелось увидеть его улыбающееся лицо. Она даже подумывала рассказать обо всем До Уну честно. Однако…
Слова Со Хи продолжали будоражить её разум.
– Допустим, я не думаю, что это случится, но даже если оппа женится на тебе – он потеряет всё.
Размышления об этих словах снова вызвали у нее слезы.
На следующее утро Сэ Вон вышла из дома очень рано, передав заботу о матери сиделке, которую заранее нашла. Она всё ещё не была уверена, стоит ли говорить о помолвке.
Но, к счастью – или к сожалению – этого разговора так и не состоялось.
Потому что Гон Тэ внезапно произнёс сенсационную фразу:
– Я собираюсь в армию, – сказал он, улыбаясь беззаботно.
– Что?! – Сэ Вон не поверила своим ушам.
Конечно, она понимала, что когда-нибудь это произойдет. Избегание призыва на военную службу абсолютно не соответствовало характеру Гон Тэ. Но теперь, когда это происходило по-настоящему, её охватил страх.
– Почему…
Он ведь еще молод. У него впереди – целая жизнь, карьера, путь, успех.
* * *
Она и сама не поняла, как сорвалось с губ:
– Почему именно сейчас?..
И тут же осознала – вопрос был лишним.
– Я вернусь. Начну всё заново, – сказал он.
Хотя слухи о личной жизни Гон Тэ постепенно затихли, его популярность тоже шла на спад. Это, без сомнения, беспокоило его: ведь он так и не успел утвердиться как настоящий актёр.
– Сонбэ… – Сэ Вон позвала его, движимая внезапной жалостью, но прекрасно понимала, что ничем не может помочь.
– Приезжай ко мне на встречи, приходи с До Ён, – сказал Гон Тэ с лёгкой улыбкой.
Сэ Вон не смогла ответить той же улыбкой.
– Сегодня у нас концепция «последнего путешествия Гон Тэ» перед армией, – раздался голос продюсера Юн.
Юн, заметив потухшее выражение лица Сэ Вон, будто бы намеренно старалась говорить весело, чтобы немного разрядить обстановку.
– Сэ Вон, давай работать с улыбкой. Тогда ему будет легче уехать.
Сэ Вон кивнула, заставив себя улыбнуться. И правда – в этих словах было что-то важное.
Согласно сценарию, перед уходом в армию Гон Тэ в последний раз навещал родной город. Сэ Вон сопровождала его – они прошлись по школьным коридорам, заглянули в знакомые кафе.
Конечно, ни о какой помолвке или «женихе» речи быть не могло. Сегодня Сэ Вон смотрела на Гон Тэ не иначе как младшая сестра на старшего брата, которого провожает в армию. Именно это ощущение объединяло её с бесчисленными фанатами, что будут смотреть трансляцию.
– Я обязательно приеду к тебе на встречу.
Только к самому концу съёмок Сэ Вон в полной мере осознала: Гон Тэ действительно уходит.
Он тепло улыбнулся – и от этой искренней, привычной улыбки ей стало ещё грустнее.
Он оставался до конца таким же, каким всегда был: честным, выдержанным – настоящий Ко Гон Тэ. И именно это произвело на Сэ Вон сильнейшее впечатление.
«Раз уж этого нельзя избежать – нужно принять это и быть сильной», – подумала она.
– Я приеду завтра.
Звонок застал врасплох.
Новость была приятной, но всё же неожиданной. До Ун спешно внес её в свой перегруженный график.
– Хорошо? – переспросил председатель Гон, когда не дождался немедленного ответа.
– Да… А примерно во сколько?
– К обеду.
– Хорошо.
Звонок прервался так же внезапно, как начался.
До Ун, некоторое время задумчиво глядя в экран телефона, будто бы очнулся и сразу набрал другой номер. Почти сразу в офис вошёл руководитель Чхве.
– Завтра отец будет здесь к обеду.
После ещё одного короткого звонка До Ун отдал распоряжение.
На лице руководителя Чхве промелькнуло замешательство – казалось, он уже стремительно прокручивал в уме возможные сценарии встречи.
  
Сэ Вон не ответила на вызов – скорее всего, съёмки ещё не закончились.
До Ун встал, всё ещё держа в руках телефон.