Юбка (СИ)

Блейз снова резко пихнул приятеля локтем, выводя из полного транса:
— Драко, Гриффиндор нас обидел. Ты не хочешь что-нибудь сделать? — спросил он громким свистящим шепотом, и Малфой, словно очнувшись, выхватил палочку, наставил ее на Гарри и шепотом выкрикнул, видимо, первое, что пришло ему в голову:
— Остолбеней!
Пожалуй, это заклинание было лишним — опешивший Гарри и без того сидел неподвижно, как соляной столб.
  
— Мистер Малфой! — раздался возмущенный писк профессора Флитвика. — Это уже ни в какие ворота не лезет! Как вы смеете, на уроке… — он поспешно подкатился к Гарри на своих маленьких ножках, ловко снимая заклятие. — Почему вы себе позволяете так обращаться с нашим героем? — выкрикнул он.
— Потому что он идиот, — Малфой злобно смотрел на профессора сверху вниз, и Гарри почувствовал, как его топит ненависть.
— Двадцать баллов со Слизерина, мистер Малфой, и вечерняя отработка сегодня. Мистер Поттер, с вами все хорошо?
Покривив душой, Гарри неловко кивнул. С ним вовсе не было все хорошо! Тяжело дыша, он смотрел на Флитвика нетерпеливыми злыми глазами, а когда тот, наконец, отошел, резко развернулся, швыряя в белобрысую голову Ступефай.
От злости Гарри не смог нормально прицелиться, поэтому заклинание всего лишь чуть задело Малфоя по голове и, срикошетив, скользом попало в сидевшую рядом Паркинсон. Та громко вскрикнула и, демонстративно стеная и причитая, начала сползать вниз по стулу, старательно растирая едва ушибленное плечо.
— Мистер Поттер! — маленький профессор, в ответ на ее пантомиму, просто кипел от возмущения. — Даже герою непозволительно так вести себя в этих стенах! Я требую, чтобы вы с мистером Малфоем оба немедленно вышли из класса! И учтите, что вы сможете вернуться сюда только с разрешения директора МакГонагалл! Мисс Паркинсон, вам стоит показаться мадам Помфри.
Он склонился над стонущей Паркинсон, а Гарри медленно поднялся, потянул на себя сумку и, не глядя на друзей, молча вышел из класса, хлопнув дверью. Проклятый Малфой! Как обычно, все проблемы из-за него. И что ему надо? К МакГонагалл идти не хотелось. После войны у нее и без Гарри хватает проблем.
Гарри медленно плелся по коридору, проклиная Малфоя. Чертов хорек! Все никак не может угомониться, а Гарри должен за это страдать. И что он к нему привязался?
Сзади раздались решительные шаги, и Малфой, демонстративно толкнув Гарри плечом, обогнал его и пошел чуть впереди. Какое-то время его наглая тощая фигура маячила прямо перед глазами, и, наконец, Гарри не выдержал:
— Добился своего, идиот? — громко выкрикнул он. — Мало вам было проблем? Решил к ним добавить еще?
Малфой резко остановился и развернулся к нему:
— Что ты имеешь в виду? — его обычно большие глаза сейчас сузились в две злые щелки.
— То, что сказал, — Гарри казалось, что весь воздух рядом с Малфоем пропитан змеиным ядом. — После стольких судов над твоей семейкой, я бы на твоем месте сейчас сидел тише воды, ниже травы.
— Сиди на своем! Понял, шрамоголовый урод? — ноздри Малфоя раздулись от ярости. — Получше бы постарался, может, и судов было бы меньше!
— Ах ты, скотина! — Гарри, уставший свидетельствовать за мерзопакостную семейку в бесконечных судах, окончательно вышел из себя и рванулся к нему. — Тебе, — заорал он, подчеркивая это слово и тыкая его пальцем в грудь, — я вообще тебе ничего не был должен! Да ты мне спасибо должен был говорить каждый день, что я для вас что-то делаю! Что не оставил вас всех гнить за решеткой, как просил Кингсли! А ты, скользкая, неблагодарная тварь, ты меня… — задыхаясь, Гарри не находил нужных слов и, увидев вблизи серые ненавидящие глаза, попросту схватил Малфоя за воротник и резко рванул его вниз.
Не удержавшийся на месте Малфой, вцепился Гарри в рукав, покачнулся и рухнул на пол, утягивая Гарри следом. Попытавшись ударить врага, но вместо этого получив ощутимый удар кулаком под ребра, Гарри вцепился в его воротник и стукнул об пол наглой белобрысой башкой. Но Малфой, пытаясь вырваться из захвата, бил прицельно и больно и изворачивался ужом. Пыхтя от напряжения, какое-то время они ожесточенно боролись, без заклинаний, по-маггловски некрасиво, вымещая друг на друге всю накопленную силу и злость.
— О, так ты, оказывается, и драться умеешь, сладкая девочка, а не только в юбках ходить, — шипел ожесточенный Малфой. Сейчас он был сам на себя не похож, с разбитой губой, и прической настолько растрепанной, что вполне мог посоперничать в лохматости с Гарри.
Резко дернувшись, он сделал подсечку и неожиданно уронил Гарри на спину. Надавив Гарри локтем на горло, он низко склонился над ним и с деланной заботой спросил:
— И как тебе было в юбке, Поттер? Ничего не продуло?
— Ненавижу тебя! — ярость придала Гарри сил, и, с трудом вывернувшись из-под его тощего тела, он в свою очередь прижал его к полу рукой и коленом и проорал почти что в лицо. — Я тебя ненавижу, Малфой! Я! Тебя! Ненавижу! — тот попытался вывернуться, но Гарри рывком прижал к полу обе его руки. — Что я тебе сделал, скотина? — отчаянно выкрикнул он в надменное злое лицо.
Малфой яростно задергался под ним в попытках освободиться, напоминая скользкого вырывающегося ужа, и Гарри для верности навалился на него сверху всем телом, придавливая к полу всей своей тяжестью.
— За что?! Я не понимаю, почему ты постоянно лезешь ко мне? Все семь лет! Почему именно я? Что я тебе сделал? — в отчаянии выдохнул он в злые глаза, и поскольку лежащий под ним Малфой продолжал дергаться и таращиться на него с наглым вызовом, Гарри неожиданно вспомнил, чем его можно пронять. — Может, ты и правда влюбился в меня? — мстительно выдохнул он. Помня, какой эффект в прошлый раз произвели эти слова, он решил воспользоваться тем же оружием.
В ответ на свой выпад Гарри и сам не знал, чего ждет: воплей, оскорблений или серии новых ударов. Но только не того, что Малфой неожиданно перестанет вырываться, отвернет лицо в сторону и, закусив губу, промолчит. Еще ничего не понимая, Гарри какое-то время удерживал его обмякшее тело, с удивлением разглядывая раскрасневшиеся щеки, растрепанные волосы, светлой копной разметавшиеся по темным камням, и судорожно вздрагивающий кадык. Малфой, тяжело дыша, упрямо молчал, и только сейчас Гарри заметил, как стало тихо вокруг. Казалось, что тишина звенела в гулких пустых коридорах, между нависающих темных стен. А посреди этой тишины лежали на полу они двое: ничего не понимающий Гарри и неожиданно молчаливый Малфой, прячущий взгляд.
Судорожно втянув в себя воздух, Гарри осторожно ослабил хватку, отпуская смятую ткань, но Малфой даже не сделал попытки освободиться. Не двигаясь, он смотрел куда-то вбок и молчал.
— Малфой… ты чего? Ты… что ли, правда? — неуверенно выдохнул Гарри, стесняясь того, что он вообще мог об этом даже подумать.
И почувствовал, как мир шатается и куда-то летит, когда Малфой просто закрыл глаза. Признаваясь. Сдаваясь ему.
Сердце бешено заколотилось, норовя прошибить грудную клетку насквозь. Вся их поза, их близость — всё это теперь стало казаться Гарри нелепым и странным. И его собственные пальцы, все еще прижатые к малфоевской груди, и колено, в азарте воткнутое ему между ног, и их бедра и животы, касающиеся друг друга. Свое тело теперь ощущалось неловким и неуклюжим, словно чье-то чужое, а Малфой казался незнакомцем, пугающим и опасным.
Понимая из всего случившегося только одно: что нужно как можно скорее спастись от неловкости позы, Гарри растерянно потянул ногу и ладонь на себя, пытаясь от него отдалиться. Разумеется, Малфой, тут же почувствовал это. Горько усмехнувшись, он обреченно зажмурился еще крепче, — наверное, чтобы не видеть того, как Гарри уходит, — и его красивое лицо исказилось обреченной гримасой. И Гарри, не в силах двинуться дальше, замер в неловкой позе, растерянно разглядывая черты, искаженные настоящим страданием. Дрожащие ресницы, сбивчивое дыхание и поза брошенной куклы. Одуряющий страх накатил мгновенно, лишь стоило вспомнить, как Малфой уже однажды лежал вот так на полу, располосованный его Сектумсемпрой.