Пламя на снегу (СИ)

— Это Том Драко, мой знакомый артефактор, - представил хозяина Киан.
— Дракон? - переспросила я озадаченно, но мастер тут же поправил:
— Драко. В моей родне до восьмого колена нет ни одного дракона, но откуда-то фамилия пошла.
— Я, когда искал артефактора, тоже подумал, что Том из наших. Так и познакомились, — пояснил Киан и решил представить меня: — А это моя жена — леди Лорелея.
  
— О! - внезапно озадачился хозяин, глядя на меня. — О-о-о! Киан, так это ты вероломно украл девицу из отчего дома? Правда, для похищенной она какая-то слишком счастливая.
— Об этом уже все в курсе, что ли? — заволновалась я, не зная, как реагировать.
Но надёжная рука Киана, опустившаяся мне на плечо, каким-то удивительным образом успокоила и предала уверенности.
— Перед новым годом ваш портрет в каждой газете промелькнул, — объяснил Том и тут же обрадовал: - Но там вы на себя не похожи.
— А есть у тебя экземпляр? — спросил мой муж, и хозяин тут же отправился на поиски.
Нашёл объявление о моей пропаже он быстро. На первой же полосе разместился мой огромный...
— Фу, папин любимый портрет, — поморщилась я, вспоминая, как заставила перевесить эту картину из обеденной залы куда-то на третий этаж, поближе к великой почившей родне — лишь бы с глаз моих подальше.
Здесь мне сделали высокую причёску, из которой не выбивалась ни одна прядь волос, да так неудачно, что я казалась постриженной под мальчика. Небольшие «аристократичные» украшения, стоячий ворот, пышные рукава, бабушкин фасон платья, неброский макияж и восхитительное выражение лица надменной аристократки — помнится, я злилась на то, в каком виде меня заставили позировать, всю неделю. Папа был в восторге — настоящая ледяная принцесса.
— Хорошо, что у вас с ним разные вкусы, — порадовался Киан и перешёл сразу к делу: — Вот поэтому мы к тебе и заехали. Помнишь, ты мне обещал линзы, которые спрячут мои драконьи глаза?
— Да, есть у меня такие. Я найду сейчас. Но, признаться, ты меня удивил. Я думал, в твоём характере избить преследователей до полусмерти и утащить красавицу в свою пещеру.
— Я бы мог, — честно признался Киан и, покосившись на меня, пояснил: — Но я где-то слышал, что с родственниками жены надо иметь хорошие отношения. Сомневаюсь, что после драки мы сможем их построить. Мне почему-то кажется, что Лея бы не хотела кровавых разборок.
— Ты совершенно прав, — вздохнула я, всётаки не желая, чтобы моих родственников били и калечили — они по-своему обо мне заботились. — Но если они нападут первыми, то, надеюсь, ты не будешь просто так стоять. Видеть избитым и замороженным тебя я хочу ещё меньше.
— Я сделаю всё, что от меня зависит, — заверил муж.
  
40.
 
Пока чай не закончился, мы успели обсудить последние новости, выбрать город, где лучше остановиться — чтоб не столица, но и не захолустье. Договориться, что Том нас подбросит — он как раз собирался туда сегодня по делам. И после этого только, начисто протерев стол, артефактор отправился за линзами.
На столе перед Кианом Том сперва положил зеркало, поставил брызгалку с водой, словно для цветов, принёс гладкое чистое полотенце. Тут же выставил два флакона: один белый, другой красный. Какую-то маленькую пиалу с пипеткой и небольшой контейнер с линзами.
— Что это? — подозрительно спросил дракон.
— Сперва нужно вымыть руки вот этим, — подставил поближе брызгалку Том. — И пообещать, что ты не будешь меня проклинать.
Идея с линзами перестала казаться такой уж хорошей. Но Киан честно выполнил указания и вытер руки. Потом артефактор той же жидкостью обработал зеркало.
— Теперь смотри. Вот в этом красном флаконе жидкость для отчистки. В неё нужно положить линзы на ночь — спать в них нельзя. Но ни в коем случае ей нельзя соприкасаться с глазами! Красный — опасность! Утром, перед тем как линзы надеть, надо обязательно переложить их в другой контейнер и залить вот этим раствором из белого флакончика. Подождать хотя бы пять минут. Потом ты берешь вот эту жидкость, — осторожно потряс пиалой Том. — Пипеткой капаешь сперва в глаз, потом на линзу, вставляешь линзу в глаз. Если ты её вставил правильно, то она активируется разрастается, чтобы не выпасть. Чтобы снять, ты снова капаешь в глаз и обязательно обработанными руками касаешься инзы - она сама уменьшится, а ты размещаешь её в контейнере. Всё понятно?
Если бы спрашивали меня, я бы честно ответила, что не понятно совершенно ничего. Киан так падать в грязь лицом перед нами не собирался, поэтому авторитетно заявил:
— Главное красное в глаз не лить, так?
— Ты практически прав, — вздохнул артефактор, понимая, что мы запутались. — Давай попробуем на практике - вдруг лучше запомнишь.
В принципе, всё шло отлично: Киан капал куда надо, наклонился над зеркалом, чтобы линза случайно не упала на пол, попытался вставить её в глаз... Первые десять раз закончились провалом —то дракон не мог просто попасть в глаз, то зажмурился в самый последний момент.
— Тебе помочь? — деликатно уточнил Том, но тут же получил недовольное:
— А толку? Мне же их каждый день, как я понимаю, вставлять по утру.
Тут же оба мужчины посмотрели на меня, но я моментально открестилась:
— Простите, но нет. Я не собираюсь совать пальцы дракону в глаз! Может, ну их эти линзы? Ну узнают все, что ты не человек...
— Да это всё равно что табличку повесить, — пробормотал Киан, вновь нависая над зеркалом. — Проще слетать в империю и сразу подраться с твоей роднёй. И то, мне кажется, дольше получится, пока мы друг друга ищем, а так им сразу доложат.
Вздох у меня получился очень тяжёлый. Однако в этот раз удача нам улыбнулась, и мой муж торжественно заявил:
— Попал! А!
Полагаю, это должен был быть вопль радости, но выражал он совсем другое. Ко всему прочему, из правого глаза, осчастливленного линзой, буквально градом текли слёзы. Крупные капли без остановки катились по мужественному — и обалдевшему от такого поворота — лицу дракона.
— Это так каждый раз будет? — возмутился мой супруг, но артефактор быстро его успокоил:
— Нет, скоро привыкнешь. И недели не пройдёт!
— Кошмар какой, - пожаловался Киан. - Последний раз я плакал в пять лет, когда разбил нос.
— Больно было? — сочувственно спросила я, но муж только отмахнулся:
— Да не себе. Я разбил нос соклановцу, и меня сильно отругали. Обидно было. Он ведь сам напросился, - просветил меня Киан, а затем проворчал: - Я, наверное, первый в мире рыдающий взрослый дракон.
— Ты самый лучший дракон на свете! — заверила я, порывисто обнимая своего мужа. — Как же мне с тобой повезло!
  
41
 
Мои слова подействовали словно волшебное заклинание. Вставлял вторую линзу Киан дольше, но с большим задором. А потом ещё минут десять плакал в оба глаза, принимая от меня искреннюю похвалу.
Когда слёзы, наконец, успокоились, Том ещё раз повторил нам порядок снятия и одевания линз и строго спросил:
— Всё запомнили? Зелья не перепутаете? Леди Лорелея?
Я не понимала, почему он обращается ко мне. Были подозрения, что Киан ему всё равно правду не скажет, поэтому он и предпочёл допрашивать более честного собеседника.
— Сначала мёртвая вода на всю ночь, потом живая на пять минут, - отважно выдохнула я, ткнув по очереди в красный и белый флакон.
Однако меня не поняли.
— Какая ещё мёртвая вода? — опешил артефактор.
— Ну, как в сказке, — объяснила я свою логику. — Там сперва разрубленного человека поливали мёртвой водой, чтобы он сросся, а потом живой, чтобы ожил.
  
— Какие в империи добрые сказки, буркнул Том, но согласился: — Да, примерно так. Ну что, собрали всё ив путь?
Без шубки, правда, артефактор меня за порог не выпустил — заставил Киана сбегать и достать из наших вещей что-нибудь тёплое. А потом подумал и это тёплое натянул мне ещё и на уши, вместо шапки. Правда, по дороге обещал заехать в одно приличное местечко, где можно было прикупить недостающие тёплые вещи для меня и для моего дракона.