Системный рыбак. Тетралогия (СИ)

Точно! Нужно скрутить прутья в противоположные стороны.
Я взял два новых побега. Один конец прижал ногой к земле и начал действовать иначе. Сначала я туго скрутил каждый прут по отдельности, по часовой стрелке, пока волокна коры не натянулись до предела.
Затем, удерживая натяжение, я принялся свивать оба прута вместе, но уже против часовой стрелки.
Жгут получился тугим и упругим. Сила, пытавшаяся раскрутить каждый отдельный прут, теперь намертво затягивала общее плетение. Волокна буквально впивались друг в друга, создавая прочное, самофиксирующееся соединение. Дальше мои пальцы двигались уверенно, почти на автомате. В прошлой жизни я с такой же методичностью раскатывал тесто, чувствуя материал и контролируя натяжение.
  
Кора царапала кожу, на ладонях вздувались мозоли, но я продолжал работу. Когда один из побегов заканчивался, я брал новый и аккуратно вплетал его в основной жгут.
Совсем скоро передо мной лежал первый моток грубого, но удивительно прочного зеленоватого каната. Для проверки я обмотал его вокруг ствола дерева и повис, перенеся на него весь свой вес. Веревка натянулась, заскрипела, но выдержала. Отлично!
Я уложил два бревна параллельно друг другу и взялся за самодельный канат. Обмотал конец первого ствола, затянул узел до хруста. Протянул лиану ко второму и закрепил так же прочно. Первая стяжка легла ровно.
Подкатил следующее бревно, прижал его к остальным и снова взялся за вязку. Узел за узлом, стяжка за стяжкой — руки двигались уверенно. Беспорядочная куча дерева постепенно превращалась в цельный плот.
Когда последнее бревно заняло свое место, я отошел на шаг и осмотрел конструкцию, поглаживая подбородок.
Осторожно надавил на край ногой. Плот качнулся, но устоял. Затем перенес на него вес, дерево даже не скрипнуло.
Для проверки подпрыгнул пару раз. Раздались глухие удары и легкое потрескивание узлов, но конструкция держалась.
Отлично.
Да. Конкурс красоты плотов я с ним не выиграю, но для моих целей полагаю сойдет. Как минимум один заплыв смогу совершить, а больше я пока и не планирую.
Для весла я в начале хотел примотать к ветке кору, но в итоге отмел это решение. Слишком уж ненадежно оно смотрелось. Либо кора размокнет, либо сильное течение сломает ее, и прощай тогда моя переправа через реку.
Выбрал более трудоемкий, но надежный вариант. Нашел длинную ветвь сильно расширяющуюся к стволу, а затем обтесал широкое основание топором, чтобы оно походило на лопасть весла. Грубое, не казистое, но рабочее.
Вот и всё.
Теперь можно начинать и заплыв. Я оттащил неказистую конструкцию из четырех бревен к самой кромке воды. Положил на него выловленных сегодня семь раков, завернутых в листья лопуха, закрепил получше, чтобы не вывалились. После столкнул плот в воду.
Течение тут же подхватило плот, заставив его качнуться.
Рид, наблюдавший за моей работой с ветки ближайшего дерева, спрыгнул на землю. Его приземление было совершенно бесшумным.
Он подошел к берегу и остановился в паре шагов от воды, внимательно изучая покачивающееся на волнах судно. Он склонил голову набок, словно оценивая прочность узлов с расстояния.
Затем его взгляд переместился на меня. Долгий, испытующий. Этот пушистик никак возомнил себя инспектором, принимающим мою работу.
Я выдержал его взгляд, спокойно скрестив руки на груди.
— Что, сомневаешься? На кухне я управлялся с конструкциями посложнее.
Кот, видимо, остался доволен ответом. Он сделал пару шагов назад, чуть присел, а затем легким прыжком перелетел над водой и приземлился точно в центре плота. Конструкция едва качнулась под его весом.
Рид уселся, обернул хвост вокруг лап и уставился на меня с ожидающим видом.
Уголки моих губ дрогнули в усмешке.
— Устраивайся поудобнее, пассажир. Только без претензий к сервису. Это бюджетный рейс.
Я запрыгнул на плот следом за Ридом и оттолкнулся от берега. Остров медленно уплывал назад, растворяясь в утренней дымке.
— Спасибо за гостеприимство, — буркнул я, глядя на зеленую полоску суши. — Было неплохо.
Не знаю почему, за эти дни душа как будто прикипела к этому острову. К этой спокойной размеренной жизни.
И словно в противовес, река мгновенно проявила себя.
Течение ударило в борт плота с силой разъяренного быка. Конструкцию швырнуло вбок так резко, что колени подогнулись. Я едва удержался на ногах, вцепившись в весло. Бревна под ногами завыли, узлы натянулись до предела.
Я прищурился.
Нас волокло. Не к деревне. К скалам.
Черная полоса камней вырастала справа, жадная и зубастая.
Пульс заколотился в висках.
— Да ты серьезно, что ли⁈ Мы же только начали заплыв, родная.
Ноги сами уперлись в скользкие бревна. Весло вонзилось в воду. Гребок. Еще. Третий. Мышцы налились жаром, в спину будто вбили раскаленный кол. Плот скрипел, сопротивляясь, медленно, мучительно медленно разворачиваясь носом к берегу.
Давай же, блин, давай!
Река не сдавалась. Вода вспенилась, закрутилась злыми водоворотиками. Один лизнул край плота, пытаясь развернуть его обратно. Я налег на весло всем весом, выравнивая курс. Руки горели. Плечи выли. Но азарт разлился по венам горячей волной, перекрывая боль.
Ну что, стихия? Хочешь меня сожрать? Попробуй, я не сдамся.
Рид вцепился когтями в бревна, прижимаясь пузом к дереву. Шерсть взъерошилась, уши прижались. Он не орал, но каждая линия его тела кричала об одном: мы умрем.
— Рановато для паники, приятель, — прошипел я сквозь зубы. — Я еще не готов кормить рыб.
Нет. Черта с два.
Я вгрызался в воду веслом. Раз. Два. Три. Ритм держался, несмотря на то что руки превратились в кусок дрожащего мяса. Еще метр. Еще гребок.
ТРРРАХ!
Треск выстрелил в тишине, как хлопок. Сердце екнуло. Я опустил взгляд.
Весло! Мое единственное, мать его, весло треснуло ровно посередине. Еще один сильный гребок, и оно сломается пополам.
Холод прошил насквозь, от затылка до пяток.
Без весла нас унесет прямо на скалы, где потом размажет, как комара об стену.
Плот дернуло вбок. Деревня не приближалась. Она удалялась, превращаясь в размытое пятно.
…
Твою ж…
Медлить сейчас мне точно нельзя. Ладно. Нет длинного рычага для гребка, буду работать тем, что доступен.
Пальцы перехватили весло выше трещины. Короткие гребки. Резкие. Как рубишь зелень ножом, быстро и точно. Менее эффективно, да. Но лучше, чем сдохнуть.
Рывок. Еще. Плот слушался, но медленнее, будто сквозь патоку. Руки налились свинцом, каждое движение отзывалось болью в суставах.
А потом я увидел то, отчего глаза мгновенно расширились.
Прямо по курсу. Метрах в тридцати.
Там был водоворот.
Вода не бурлила. Она проваливалась внутрь себя, закручиваясь гладкой, маслянистой спиралью размером с тележное колесо. Гипнотическая. Смертельная.
Затянет туда, и все. Конец истории.
Да. Похоже наши с котом дела намного печальнее чем предполагалось. И чем больше я смотрел на приближающуюся воронку, тем сильнее у меня холодело в груди.
Это неприятное и предательское ощущение в поджилках нарастало, потому что мозг все сильнее и сильнее осознавал неизбежность.
Черт.
Обойти? Нет, течение все-равно заволочет прямо в глотку этой твари.
Взгляд метнулся вправо. Скалы.
Влево. Водоворот.
Выбор отличный, просто охрененный!
Разум я еще контролировал, но тело уже откровенно потряхивало. Как во время озноба, но только не от болезни. А от приближающейся смерти.
Так, спокойно. Отставить панику.
Я закрыл глаза и попытался сосредоточиться на проблеме. Да, мы в кромешной заднице, но даже из нее, какая бы она глубокая и темная ни была, даже из нее есть выход. Нужно только найти его.
  
До столкновения с критической точкой еще секунд двадцать. А это значит есть время.
Думай, Ваня! Думай! В своей поварской жизни ты постоянно сталкивался с форс-мажорами, но всегда побеждал. Когда заболел весь ресторан, ты в одиночку готовил на банкет из тысячи вип-персон! Когда на кухне вспыхнул жир и все загорелось, ты потушил пожар засыпав огонь всей овощной нарезкой!