Второй шанс для сгоревшего феникса. Том 2 (СИ)

Ялис устало вздохнул:
— Я подожду в коридоре.
— Да, посторонние на выход, и вас, Фарроу, это также касается. Леди, вы действительно согласны? Уже сам этот факт заставляет меня сомневаться в вашем здравомыслии.
Она жестом пригласила меня в кресло, резко отличавшееся от всего, что было в кабинете: ничего общего с казенной мебелью, мягкое, как вата, глубокое, невероятно удобное, пахнущее легким хвойным ароматом. Как только я села, кресло будто обняло меня за плечи, даря ощущение уюта и спокойствия.
  
Видимо, ментальное воздействие началось.
  
Глава 17
 
Что там говорили про головную боль и другие побочные эффекты? Я ничего подобного не чувствовала. Мне было хорошо, тепло и уютно, как фениксу посреди костра.
Стоп. Что за сравнение? Откуда оно взялось в моей голове?
Я попыталась дернуться и посмотреть на менталистку. Но не смогла. Тепло и уют держали крепче цепей, тело не хотело слушаться. Но при этом я не почувствовала страха.
— Итак, первый вопрос. — Кажется, этот голос прозвучал со стороны зеркала, а вовсе не из уст девушки, занявшей место за странным столом, усеянным разными кнопками и талисманами.
— Ваше имя.
— Арисоль Нияр. — Отвечать было легко. Я и не пыталась лгать, а потому не чувствовала принуждения.
Менталистка на меня даже не посмотрела, все ее внимание было приковано к зеркалу и столу с кнопками.
— Вы уверены?
Хм, что за странный вопрос? С чего бы мне быть неуверенной? И что там такое отражается в зеркале, что девица вся подалась вперед, всматриваясь в стекло?
— Да.
Вопросы падали один за другим: о моем самочувствии, о причинах, побудивших меня внезапно выйти замуж, об отношениях с родственниками, о пробуждении огня, о внезапных переменах в моем поведении сразу после первого покушения…
— Леди Нияр, что заставило вас подозревать вашего родного дядю в покушении?
Очередной вопрос был особенно неприятен. Рассказывать о перерождении я точно не собиралась. Относительно удобный ответ у меня имелся: мы с Ялисом подслушали очень интересный разговор в библиотеке…
Тепло мягко отпустило, я склонила голову к плечу:
— Что происходит? Разве оценка моего состояния тоже предполагает использование зеркала?
— Н-нет, — запнулась менталистка. — Но вы согласились, и я использовала новую методику относительно обеих частей нашей с вами работы, это позволит точнее представить данные для ее внедрения. Как вы⁈.
— Получается, ваши действия не вполне законны? — Тепло укутало меня вновь. — Что будет, если я подам жалобу? Впрочем, продолжайте.
— Нет-нет, леди. Ваше ментальное состояние поражает в хорошем смысле этого слова. Давайте перейдем непосредственно к воспоминаниям о нападении. С вашего позволения, я приглашу лейтенанта.
— И моего супруга, — зачем-то потребовала я. Было ощущение, что пусть хоть кто-то из близких присмотрит за этой, мать ее, слишком любопытной экспериментаторшей.
Близких, да? Ялис уже близкий для меня? А почему нет? Он уже не бросил, уже нашел там, где никто другой бы не сумел. Кому еще я могу доверять в этом мире, если не ему?
А еще есть клятва. Только я уже не уверена, что этот мужчина помогает мне под принуждением…
Дальше все было просто. И в зеркале действительно отразилось лицо человека, вошедшего в пристройку у храма после того, как Жюли подло ударила меня в спину. Хотя казалось бы… он ведь появился, когда я уже спряталась в потайном месте. Как я могла его разглядеть? Сама не знаю.
В любом случае через час мы с Ялисом покинули жандармерию, имея при себе все необходимые документы. В том числе и справку от менталиста о моей полной вменяемости. И оформленные по всем правилам показания насчет того, что Жюли напала на меня первая, а я имела полное право защищаться.
— Это было… очень небезопасно, — процедил синеглазый кот, усаживая меня в автомобиль. — И глупо!
— Не кипятись, — устало отмахнулась я. — Зато у закона разом отпали все вопросы ко мне.
— Но это непроверенный метод, что бы ни говорил лейтенант! — Ялис, кажется, с каждой секундой злился все больше. — Как ты могла рисковать⁈
— Я просто помню, что лейтенант в будущем очень быстро станет капитаном, — хмыкнула я. — И ни один из его подследственных не пострадает от ментального воздействия.
— А… — Ялис подавился очередной гневной тирадой. Помолчал. Сел за руль и так сердито дернул за рычаг переключения передач, что машина прыгнула с места, как ягуар в сторону добычи.
Пролетев несколько улиц, автомобиль затормозил перед лавкой, отличающейся от прочих строгим оформлением входа. Дверь пересекала широкая бордовая полоса, заменявшая вывеску. Ялис звякнул в колокольчик, толкнул створку и с порога распорядился:
— Черный костюм для меня и наряд для леди.
— В аренду?
— Костюм в аренду, а платье должно быть новым. И поторопитесь, пожалуйста.
— Но… — начала я и замолчала.
Да, в моем гардеробе было траурное платье. А как иначе? Увы, люди уходят, лучше я никогда не воспользуюсь тем, что висит в дальних глубинах шкафа, и буду метаться в поисках чего-то подходящего. Я могла бы переодеться дома, однако явиться в особняк одетой по последнему писку моды — плохая идея. Небесно-голубая нежность с васильковой вышивкой по подолу должна быть заменена на черную строгость.
Первое же предложенное модисткой платье меня устроило: на вид очень простое и непритязательное, оно преображалось под накидкой из тончайшего кружева. Я пересобрала прическу, выбрала самый толстый черный ободок вместо шляпки и прикрепила к нему вуаль. По желанию я смогу опустить ее на лицо или, наоборот, откинуть за спину.
Ялис меня опередил, но ему было проще: черная рубашка, черный сюртук и черные брюки. Настоящий черный кот. Неожиданно костюм очень шел его чертам лица, подчеркивал яркость синих глаз, но одновременно на контрасте с чернотой была заметна бледность, синяки под глазами.
— Готова? — серьезно спросил он, провожая меня обратно к автомобилю.
— К чему? — переспросила я без малейшего намека на шутливость. — К тому, чтобы проводить убийцу, или к тому, чтобы встретить двух других с открытым забралом?
— Они, как я понял, больше не будут притворяться, — пожал плечами черный кот. — Твой дядя попытался и, несмотря на то что ты поддержала его игру, не выдержал интонацию. Сорвался. Видимо, его ненависть к тебе стала сильнее.
— Еще бы, я же, тварь такая, не дала себя ни отравить, ни сжечь, да еще потребовала, чтобы мне вернули то, что мое по праву, — зло усмехнулась я, устраиваясь на мягких кожаных подушках. — В их глазах я последняя преступница. И давить они меня будут всеми силами.
— И ты готова? — повторил вопрос Ялис, садясь за руль.
— А куда деваться? Я уже давно иду этой дорогой и намерена дойти до конца. А ты…
— А я с тобой, — откликнулся мужчина, глядя на меня через зеркало заднего вида. — Я с тобой… вот бы еще знать, это из-за клятвы или я уже сам этого хочу?
— Ты меня спрашиваешь? — Я откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. — Увы, дорогой, на этот вопрос можешь ответить только ты сам.
  
Глава 18
 
Подленькая мыслишка пропустить прощание, не приезжать крутилась в голове почти весь путь до особняка Нияр. Я отмахивалась от нее, как от назойливой мухи, а она вновь и вновь возвращалась. Пропустить легко, однако присутствовать… мой долг. Не ради кузины и дорогих родственников, не ради сохранения репутации в глазах света. Я наследница старшей ветви и глава рода Нияр. Младшая ветвь, какой бы гнилой она ни была, все равно остается частью родословной. Собственно, было бы странно думать, что в прошлые века в череде поколений не было жадных, глупых, подлых. Разница в том, что память о них не сохранилась, разве что в качестве упоминания «родился, жил, умер».
  
— Какая восхитительная наглость, — процедила я, когда мы подъехали.
Из окон свешиваются языки черного бархата, перед входом едва ли не стог белых лилий, всюду горят свечи, громко воют профессиональные плакальщицы. Двери распахнуты настежь, и уже с улицы видно, что холл задрапирован черными тканями.