Какой скандал! (Это просто смешно)

Се Юнэр застыла.
Она не заметила, когда ушла служанка, и сколько они с Ю Вань Инь стояли, глядя друг на друга.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она наконец открыла рот:
— Ты… ты…
— Разве есть другой вариант? — Ю Вань Инь подошла к кровати и тихо сказала: — Я устала, давай откроем карты и поговорим прямо.
Глаза Се Юнэр потеряли фокус, все перед ней размывалось. Она попыталась сфокусироваться и увидела за спиной Ю Вань Инь тень высокого человека, отражающуюся на двери.
  
Се Юнэр мгновенно напряглась, пытаясь остановить Ю Вань Инь:
— Перестань говорить.
Ю Вань Инь проигнорировала ее попытки:
— Избегать бесполезно, ты уже поняла, кто я.
Се Юнэр холодно вспотела:
— О чем ты говоришь, я ничего не понимаю…
Ю Вань Инь:
— Я думаю, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.
Ю Вань Инь увидела, что Се Юнэр продолжает увиливать от ответа, и начала злиться. Она уже хотела сказать «how are you», но вспомнила, что за дверью стоят стражники, и вместо этого взяла кисть и написала эту фразу на рисовой бумаге крупными иероглифами.
Она подняла лист и пошла обратно к кровати, но замерла на полпути, тоже взглянув на дверь:
— Ваше Величество?
Тень за дверью пошевелилась, и Сяхоу Дань вошел в комнату.
Эмоции Се Юнэр этой ночью несколько раз взлетали и падали, и она уже была на грани нервного срыва. Не дожидаясь, пока Ю Вань Инь что-то скажет, она инстинктивно начала оправдываться:
— Ваше Величество, наложница Ю только что говорила странные вещи и рисовала какие-то каракули на бумаге. Я боюсь!
Ю Вань Инь: «…»
Сяхоу Дань положил руку на плечо Ю Вань Инь и спросил у Се Юнэр:
— Ты давно заметила, что я стою за дверью, и намеренно заставляла её говорить и писать?
Се Юнэр: "?»
Сяхоу Дань:
— Рыбу поймала, но лошади лишилась. Всё это действительно того стоило?
 Глава 30 
Се Юнэр:
— ….
Се Юнэр:
— ……
Пока Се Юнэр оставалась в неподвижном состоянии, словно статуя, Ю Вань Инь терпеливо ждала, когда она вернется в реальность, и тихо спросила:
— Что ты здесь делаешь?
Сяхоу Дань:
— Услышал, что тебя хотят подставить. Пришел спасти тебя.
— А вдовствующая императрица…
— Она приказала проверить вино, которое Се Юнэр пила перед тем, как уйти, и в нём обнаружили средство для выкидыша. Потом она сказала, что Се Юнэр утверждала, будто это ты её отравила, и собиралась тебя арестовать и бросить в тюрьму, но я её остановил.
— А дальше?
— Дальше я сказал, что хочу лично допросить Се Юнэр. Она обвинила меня в том, что я хочу добиться признания силой и заставить её изменить свои показания. Тогда я сказал, что раз расследование уже начато, то давайте разберемся основательно.
Сяхоу Дань нахмурился и начал разыгрывать сцену:
— «Матушка, лечение симптомов не решит проблемы. Все передвижения в пределах дворца должны фиксироваться в записях, и ни одна наложница не может покинуть дворец без причины. А тут вдруг ядовитое зелье оказывается внутри. Такая халатность в охране просто возмутительна!»
Ю Вань Инь поддержала его:
— «Что же ты предлагаешь, сын мой?»
— «Я думаю, нужно подвергнуть всех евнухов и служанок, которые сегодня обслуживали банкет, жесткому допросу. Если никто не признается, то расширить круг подозреваемых и проверить всех охранников, вплоть до стражи у ворот. Обязательно нужно выяснить, кто принес это зелье. Приведите сюда всех!» — Потом я указал на главную служанку вдовствующей императрицы и добавил: «Если я не ошибаюсь, ты тоже была на празднике Тысячи Осеней, не так ли?»
Ю Вань Инь нахмурила брови, повторив манеру вдовствующей императрицы:
— «Хм, неужели сын намекает на что-то?»
Сяхоу Дань с озабоченным видом:
— «Матушка, не сердитесь. Я боюсь, что среди ваших людей может скрываться злодей, который угрожает вам.» — И на этом все закончилось. Императрица-мать уже столько раз на меня злилась, что этот случай особо ничего не изменит.
Он говорил так непринужденно, но Ю Вань Инь поняла, что ситуация была очень опасной.
— Ты действительно умеешь выкручиваться, Сяхоу Дань, — сказала она, чувствуя, как страх постепенно отпускает. — Ты совсем не боишься сцены, да?
— Конечно нет. Она сама виновата, и если настаивать на правде, то паниковать должна именно она. — Сяхоу Дань заметил листок с надписью на английском в руках Ю Вань Инь, быстро взял его и сжег над свечой, оставив только легкий дымок.
Увидев, как он безразлично относится к английскому тексту, Се Юнэр, до этого молча стоявшая в стороне, окончательно утратила надежду:
— Значит, вы оба, как и я, тоже перенеслись сюда?
Ю Вань Инь подумала, что между ними все же есть тонкие различия, но не стала этого озвучивать:
— Да, раз мы все из одного мира…
Се Юнэр, с мертвенно-серым лицом, перебила её:
— Я на свету, а вы в тени. Вы наблюдали за мной с самого начала. У меня никогда не было и шанса, верно?
Ю Вань Инь не успела ответить, как Сяхоу Дань вмешался:
— Точно. Мы следили за тобой все время. Это было крайне захватывающе наблюдать, как ты мне изменяла.
Ю Вань Инь закашлялась, пытаясь скрыть свое смущение, и бросила на него предупредительный взгляд: не перегибай палку, не надо её провоцировать.
Се Юнэр на мгновение замолчала, а потом горько улыбнулась:
— Если это так, то зачем сейчас раскрывать карты? Просто убейте меня, скажите всем, что я умерла при родах, и не придется опасаться подозрений со стороны принца Дуаня, разве не так?
Сяхоу Дань снова взял слово:
— Да, я тоже так думаю. Вань Инь, зачем ты ей все рассказала? Можно было просто убить её.
Ю Вань Инь:
— ?
Брат, ты подрываешь мои планы?
Ю Вань Инь еще более настойчиво посмотрела на него, затем повернулась к Се Юнэр и постаралась говорить как можно дружелюбнее:
— Раз дело дошло до того, что тебе подстроили выкидыш и пытались обвинить, дальше скрывать правду бессмысленно. Или ты, или мы — такова суть этой игры. Но раз уж мы все из одного мира, разве ты не задумывалась, что возможен другой путь?
Се Юнэр, обхватив одеяло, холодно усмехнулась:
— Я готова проиграть с достоинством, так что не нужно притворяться. Сначала вы не сказали мне правду, смотрели, как я все глубже увязаю в этом болоте, а теперь, когда я дошла до такого жалкого состояния, вы вдруг называете меня своей? Это не кажется вам смешным?
Её лицо было смертельно бледным, она сидела, укрытая одеялом, выглядя хрупкой, словно тростник, готовый сломаться от любого ветра. Единственное, что оставалось живым в её теле, — это глаза, наполненные гневом и неугасимой решимостью. Ю Вань Инь, увидев этот взгляд, почувствовала в душе глубокую усталость:
— Если бы мы сразу пришли к тебе с признанием, ты бы действительно захотела сотрудничать?
Се Юнэр:
— …
Се Юнэр замолкла, не зная, что ответить.
В тот момент она была уверена, что судьба дала ей шанс начать все заново, бросив свою прежнюю, скучную и посредственную жизнь, чтобы блеснуть в этом новом мире.
Она знала, что Сяхоу Дань обречен на смерть, поэтому без колебаний примкнула к принцу Дуаню, и тот принял её. Она была полна решимости и уверенности в своем успехе, шаг за шагом приближаясь к победе.
Если бы она тогда узнала, что Сяхоу Дань представляет угрозу, её первая реакция была бы паникой и страхом перед его местью. Она бы сразу предупредила принца Дуаня и попыталась устранить опасность, пока он слаб.
Вопрос Ю Вань Инь больно ударил по её уязвимому месту:
— Что ты имеешь в виду? Я просто хотела выжить, и разве это преступление? Разве ты не хочешь того же?
  
— Да, — мягко ответила Ю Вань Инь. — На самом деле я не считаю, что это твоя вина, виноват этот проклятый мир. Если бы это было возможно, я бы хотела, чтобы ты тоже выжила. Мы все могли бы собраться, съесть хот пот, сыграть в карты…