Адмирал Империи 41 (СИ)
Сто двадцать преимущественно легких галер, а также крейсеров и линейных кораблей османов набрали скорость и огромной бесформенной массой, ибо «фаланга» после приказа Бозкурта практически сразу перестала существовать, устремились на врага. Агриппина Ивановна, видя, что к ней приближаются свежие силы противника, приказала оставшимся дивизиям, еще не участвовавшим в атаке на «сферу» Хиляева, выйти тем навстречу. Две «желто-черные» дивизии выполнили данный приказ и, обогнув сражающееся и огрызающееся огнем «каре» «черноморцев», пошли навстречу кораблям Ясина Бозкурта…
Через несколько минут две громадные волны почти в две сотни вымпелов накатились одна на другую, в результате чего «желто-черные» корабли на какое-то время даже исчезли с изображений тактических карт, окруженные бесчисленной массой кроваво-красных крейсеров и галер османского флота. Криптотурки почти вдвое превосходя числом корабли двух дивизий Хромцовой, облепили тех со всех сторон, как космические москиты, и попытались расстроить их плотные боевые порядки. Нападая со всех направлений одновременно, «стаи» легких, быстроходных галер вырывали отдельные дредноуты из строя дивизий и безжалостно их уничтожали, тараня и разрывая на куски своими острыми бронированными носами.
Это была излюбленная тактика османов, однако, сейчас она оказалась не столь эффективна, потому, как им противостояли регулярные имперские части. Большинство экипажей двух «резервных» дивизий проявили дисциплину и не покинули строй в этот опасный момент. Несмотря на бесчисленные попытки врага посеять хаос оба подразделения выдержали натиск, а затем и сами перешли в контратаку…
Как только капуданы кораблей Ясина Бозкурта разрушили собственные порядки, пытаясь разбросать вражеские дивизии по космосу, они сами стали менее защищены, и дивизионным адмиралам Хромцовой не стоило больших усилий прорвать их оборону. Османы, сколько бы их не было в секторе, не могли сражаться на равных с регулярными имперскими формированиями. Изначально слабая организованность и природная импульсивность их капитанов и адмиралов не позволяла криптотуркам долго вести сражение. Соответственно, встретив на своем пути достойного противника, что не побежал после первого массированного навала, эти «храбрецы» сами разворачивали свои крейсера и галеры и покидали строй. Действия нескольких распространялась на остальных, и вот уже целое подразделение позорно убегало, растворяясь в космическом пространстве и теряя под огнем противника своих замешкавшиеся и не сумевшие выскользнуть из огневого мешка корабли…
Ясин Бозкурт, прекрасно зная сильные и слабые стороны своих подчиненных, долго не стал наблюдать, как гибнут его экипажи, и как только увидел первые признаки паники в собственном флоте, отдал приказ на общее отступление. Его экипажам не надо было повторять данный приказ два раза, все сто с лишним кораблей так же резво повернули назад, как несколькими минутами ранее бросились в бой на гяуров…
Капитаны кораблей «резервных» «желто-черных» дивизий, почувствовав свое тотальное превосходство, с победным кличем погнались вслед за ними, стараясь истребить как можно большее количество османских вымпелов, благо слабая силовая защита галер и крейсеров космофлота противника позволяла обнулять экраны и уничтожать, либо обездвиживать османские корабли даже палубными орудиями средней мощности достаточно быстро. Теперь пришло время «желто-черным» дивизиям, в свою очередь, рассыпаться на отдельные малые группы, для того, чтобы легче было преследовать убегающих. Начав охоту за своей, как на первый взгляд могло показаться, легкой добычей, корабли двух дивизий из авангарда вице-адмирала Хромцовой все дальше удалялись от своего основного флота…
Адмирал-паша Бозкурт, несмотря на общее отступление, будучи профессиональным и опытным космофлотоводцем, продолжал зорко следить за обстановкой в секторе. Когда османский командующий заметил, что одна из дивизий противника полностью лишилась боевого построения и рассыпалась на мелкие отряды и одиночные корабли, Ясин Бозкурт решился контратаковать. Возглавив на своем линкоре «Султан Баязид» одну из четырех своих дивизий, которую к этому моменту адмирал успел вновь собрать воедино, Бозкурт развернулся и набросился на своих преследователей. Русские не сумели быстро сориентироваться и собраться для отражения этого внезапного нападения. Многие корабли «резервной» дивизии обратились в бегство, таким образом, буквально за какие-то полчаса данное подразделение флота Птолемея Грауса было рассеяно по космосу и частично перестало существовать…
Дивизионные адмиралы и капуданы кораблей флота Южных Сил Вторжения, что до этого момент благополучно улепётывали из сектора, увидев, как их отважный командующий удачно разобрался с целой вражеской дивизией, прекратили бегство и снова, как ни в чем не бывало, стали собираться воедино. Бой между оставшимися кораблями «резервных» дивизий и османами разгорелся с новой силой…
Агриппина Ивановна Хромцова к своему большому неудовольствию наблюдала картину происходящего на тактической карте, горящей в командном отсеке «Паллады». Вице-адмирал прекрасно понимала, что сражение, так удачно для нее начинавшееся, к этому моменту сильно затянулось, а победа до сих пор так и не была достигнута. Одни ее эскадры завязли в противостоянии с флотом Ясина Бозкурта, другие — пока безуспешно пытались пробить оборону неприступного «каре» Дамира Хиляева. И хотя, судя по показаниями сканеров и статистики, ее противники, и в первом, и во втором случае держались из последних сил, но и у Хромцовой не осталось под рукой ни одного свободного резервного подразделения, чтобы введя его в дело, наконец, переломить ход ведущегося вот уже более часа сражения. В отчаянии Агриппина Ивановна решила обратиться за помощью к своему главнокомандующему — Птолемею Граусу.
Вице-адмирал вышла на связь с «Агамемноном» и обратившись к первому министру, произнесла:
— Господин командующий, мои ребята сделали самое главное, они перемололи основные силы противника и вселили страх в их сердца. Осталось нанести последний решающий удар. Для этого достаточно всего двух дивизий, тех, что стоят в резерве рядом с вашим флагманом. Если вы немедленно атакуете, то «черноморцы» дрогнут и побегут. Скорей же отдайте такой приказ, время дорого…
— Я думал, что вы уже опрокинули «черноморцев», а, оказывается, что нет! — нахмурился Птолемей, которому явно не понравилось предложение командующей 5-ой «ударной».
— Вы же сами все прекрасно видите на своей голографической карте! — изумилась реакции первого министра, Агриппина Ивановна, но сдержалась от того, чтобы не употребить пару хлестких эпитетов, обращенных в сторону этого напыщенного индюка — первого министра. — Господин командующий, повторяю, моему флоту необходима помощь…
— Не «вашему», а «моему», — поправил Хромцову, Птолемей Граус, еще больше на того обозлившись на свою собеседницу, зыркающую на него недовольным взглядом с экрана. — Не забывайтесь, вице-адмирал, и всегда помните, кем являетесь в нем являетесь…
— Ну, извините, — хмыкнула Агриппина Ивановна, которая начинала потихоньку заводиться, — я неверно выразилась. Конечно же, я хотела сказать — «вашему» флоту… Тем не менее, действовать надо быстро.
— Так-то, лучше, — удовлетворенно кивнул Птолемей, смилостивившись. — Что ж, если вам так нужна помощь, возьмите те две дивизии, которые стоят напротив флота «северян» Дессе…
— Господин командующий, — медленно с расстановкой произнесла Агриппина Ивановна, — на вашем месте я бы не ослаблял данный заградительный отряд. От «Лиса» Дессе в любой момент можно ожидать внезапного удара в спину. Лучшим вариантом будет, если вы сами во главе двух «резервных» дивизий, что сейчас окружили ваш флагман и стоят возле «вагенбурга», прибудете к координатам сражения и поможете мне…
— Я куда больше опасаюсь эскадр адмиралов Василькова и Кантор, которые внезапно могут атаковать наш лагерь с «тыла», — соврал Птолемей, не желающий, ни самому вступать в сражение, ни лишаться кораблей своей личной охраны. — Командующий Дессе дал мне слово офицера, что не нападет, пока я не разберусь с «черноморцами» и османами Бозкрута. Павел Петрович хоть нам и враг, но он честный человек и слово свое держит. Не нужно опасаться ножа в спину от старика, после того, как он поклялся не атаковать. А вот контр-адмирал Васильков такого слова нам не давал, и поэтому напасть может в любой момент… Возможно, именно поэтому Поль Дессе был таким сговорчивым и щедрым на обещания…