Адмирал Империи 41 (СИ)

— Прошу вас еще раз, Александр Михайлович, — выдавил я из себя. — Я буду чрезвычайно признателен, если вы все же исполните мою просьбу. Обещаю, что в будущем отплачу вам сполна за доброту. Умоляю, адмирал, сделайте это для меня!
В уголках моих глаз появились слезы от внезапно нахлынувших переживаний и бессилия, так сильно я боялся потерять Доминику. Красовский какое-то время наблюдал за этим с некоторым удивлением. Александру Михайловичу только сейчас стала понятна причина такой эмоциональности человека, находящегося по ту сторону экрана, и он увидел, что здесь замешаны сильные чувства. Но, к великому сожалению для меня, этот человек всегда был холоден к подобным проявлениям сентиментальности.
— Сожалею, но этой просьбы выполнить не смогу, — ответил Александр Красовский. — Я вижу твою заинтересованность, Александр Иванович, но сохранять жизнь вице-адмиралу Кантор не намерен. Более того, мне важно, как можно скорей лишить ее жизни, ибо именно эта бешеная фурия является сейчас основным символом стойкости всей 2-ой «ударной» дивизии. Чем быстрей эта женщина умрет, тем быстрей ее экипажи побегут из сектора…
— Я услышал вас, — я резким движением смахнул слезы, ненавидя себя за то, что показал свою слабость врагу.
— Я причинил тебе боль, не согласившись сохранить жизнь твоей пассии, — между тем продолжал издеваться надо мной Красовский. — Но уверен, что эта боль будет мучить тебя недолго, Васильков, ибо ты проживешь не более часа после гибели прекрасной вице-адмиральши… Ведь ты же в любом случае не повернешь назад, так?
— Нет, не поверну…
— Вот видишь. Тогда мы скоро встретимся и ты со своими экипажами вскоре разделите участь трещащего по всем швам «каре»…
— Может нам с вами не ждать так долго, — произнес я, прожигая взглядом человека, которого сейчас почти ненавидел. — Разворачивайте 10-ю «линейную» мне навстречу…
— Ну, не считай меня совсем уж за недалекого, Васильков, — усмехнулся мой собеседник. — Я же понимаю соотношение сил. Мои корабли не уступают твоим по численности, но к сожалению сильно отстают по боевым характеристикам. А это в данный момент для меня, как командующего, неприемлемо… Нет уж, сначала я разберусь с адмиралом Кантор, а затем, вместе со своими новыми «союзниками» атакую тебя… Классно же я придумал?
— Тогда, я бросаю вам личный вызов, вице-адмирал! — в отчаянии воскликнул я. — Вы не можете не ответить на него. Дуэль между нами здесь и сейчас, на любом из флагманов! Или вы снова струсите?
— На эту удочку я снова не попадусь, — тем не менее, я увидел, как на лице Александра Михайловича Красовского заиграли желваки. Как ни старался вице-адмирал скрыть свои эмоции перед подчиненными в рубке «Екатерины Великой», те бурлили и просили выхода. — Я стерплю подобную наглость от тебя и буду действовать, как и запланировал. Ничто и никто не сможет заставить меня сейчас изменить маршрут моего дивизии. Она направляется для того чтобы разбить «каре» и точка… Вернемся к нашему разговору чуть позже. Потерпи…
Красовский уже хотел было отключить связь, как перед ним на экране появился человек, при виде которого вице-адмирал уже не мог владеть своими эмоциями.
— А мой вызов, предатель, ты также проигнорируешь? — спросил его Демид Зубов, меряя презрительным взглядом своего заклятого врага.
Демид Александрович слышал весь разговор, происходивший между Александром Михайловичем и мной по незащищенному каналу. Он также как и я понимал, что 2-ой «ударной» дивизии уже не спастись, и что Доминика Кантор погибнет вместе со своими космоморяками. Зубов знал, какие чувства я испытываю к этой девушке и решил отплатить добром за добро. Поэтому, поняв, что диалог между нами ни к чему не привел, Демид включил видеоизображение и присоединился к разговору.
Красовский действительно был обескуражен и не мог поверить своим глазам, бывший диктатор-регент Зубов живой и невредимый сидел в командирском кресле одного из линкоров дивизии «северян». Более того, на его боевом скафандре горела электронная планка, на которой указывалось, что этот человек является одним из старших офицеров данной дивизии!
  
— Мне сообщили, что ты сумел оторваться от погони, которую я за тобой послал, — практически зашипел Красовский, прожигая взглядом Демида Александровича. — Но я и предположить не мог, что великий диктатор Зубов служит теперь простым бригадиром у своего ненавистного врага — адмирала Поля Дессе⁈ Ха-ха-ха! — Александр Михайлович издевательски долго смеялся, но глаза его при этом горели лютой ненавистью. — Как же потрепала твою гордыню злодейка судьба…
— Теперь уже я вызываю тебя на бой, и делаю это специально по общему каналу связи, перед всеми экипажами Черноморского флота! — грозно сказал Демид, не реагируя на выпад своего собеседника. — Попробуй и сейчас отказаться от дуэли, сославшись на логику действий… Ведь это я, тот кто убил обожаемого всеми вами адмирала Самсонова! Да, это я… Ну, что, трусливая «черноморская» собачонка, я жду ответа…
Даже если бы Красовский сумел сдержать свои чувства в этот момент, то большинство офицеров и космоматросов его дивизии, слыша такие оскорбления, все равно бы развернули свои корабли в направлении, где сейчас находился линкор Демида Зубова. Все они горели мщением этому страшному человеку и с их точки зрения предателю. Ну, и конечно Александр Красовский как ни старался показать себя сдержанным и хладнокровным космофлотоводцем, но, так и не сумел этого сделать. Видя общий настрой своих взбешенных подчиненных, вице-адмирал первым развернул свой флагманский авианосец навстречу Зубову, а уже через пару минут все вымпелы 10-ой «линейной» дивизии последовали за своим командующим в противоположном от погибающего «каре» направлении…
Красовский, пытаясь справиться со своим гневом, стал смотреть на мониторы вокруг себя. Вице-адмирал видел, как дивизия Доминики Кантор и без присутствия в секторе сражения кораблей «черноморцев» начало рассыпаться на фрагменты. К тому же добить его уже подходили тяжело-бронированные дредноуты графа Салтыкова. Александр Михайлович подумал, что его союзники и без него справятся со 2-ой «ударной». Главное, что сейчас занимало голову командующего — это дуэль с Демидом, его заклятым и смертельным врагом.
К своему удовлетворению Красовский отметил, что Зубов находился в данный момент не на своей непобедимой «Москве», а на обычном линейном корабле. Оценив характеристики данного дредноута, вице-адмирал Красовский злорадно ухмыльнулся — те не шли ни в какое сравнение с мощью и силовыми полями его модернизированной «Екатерины Великой». Дуэль флагманов, которая должна состояться уже через несколько минут, несомненно, окончится поражением этого выскочки и неудачника Зубова. Александр Михайлович расплылся в улыбке, понимая, что совсем скоро он сумеет покончить со своим главным на этот момент врагом…
— Вперед, «черноморцы»! — смело прокричал он по громкой связи, обращаясь к своим командам. — Время мести пришло!
10-я «линейная» развернулся и, выстроившись в атакующий «конус», ринулась по направлению к своей новой цели — моей дивизии…