"Современная зарубежная фантастика-1". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Дети. Тени, заколдованные рано, вырванные из невинного детства и аккуратно убитые. Еще одно модное поветрие в Арке. Мысли об этой моде всегда вызывали у Нилит дрожь.
Тьма снова позвала ее, но на этот раз она была наполнена голосами. Люди разговаривали о деньгах и самоцветах, о том, сколько дадут на рынке душ за вот этого и за вон того, ржали над шутками, вспоминали бурные ночи, вкусную конину и то, кто в кого воткнул меч.
Когда Нилит еще раз выплыла в мир живых, крики стихли, превратились в негромкое, еле различимое бормотание. Фигур у костра стало меньше, хотя Нилит все равно могла разглядеть большой силуэт Кроны. Несколько из ее подручных отрубились, и сейчас их животы, тихо урча, поднимались и опадали. Вонь серы сменили запахи трубочного дыма и козьего жира.
Капли жидкости попали ей на лицо; сначала они были холодными, но затем, добравшись до порезов, превратились в огненные. Нилит зашипела, свернулась в еще более плотный комок.
Какой-то мужчина завис над ней, держа в руках бурдюк с вином. В другой руке, словно приз, он сжимал белый камень.
– Крона говорит, что с тобой я должен быть осторожным, – прохрипел он. – Нежным.
Еще один ручеек, еще одна огненная волна боли. Вино воняло. Нилит промокнула раны рукавом.
– А я говорю, нежность – это неинтересно.
Сапог пнул ее в бок, и она ударила по нему. Рука схватила Нилит за волосы и оттянула ее голову назад. Через слипшиеся от крови пряди волос Нилит увидела знакомое лицо. Перед ней стоял ухмылявшийся мужчина с желтыми зубами – похожий на крысу и такой же подлый.
– Отвали!
Нилит попыталась вырваться, но он, хоть и маленький, оказался довольно сильным.
Он показал ей нож, засунутый за кожаный ремень.
– Я что хочу, то и делаю!
Она снова упала на землю ничком; руки ее были прижаты сзади. Ее раны вспыхнули; у нее в глазах взорвались белые звезды. Руки мужчины ощупывали ее. Он порвал одежду у нее на поясе и горячо задышал ей в затылок. Нилит забилась в его руках, но его костлявые ноги уперлись ей в спину, удерживая ее. Снова затрещала ткань, и Нилит почувствовала ночной ветерок на своих бедрах. Горячие руки начали лапать ее. К лицу Нилит приблизилась небритая щека.
– Она предупреждала, что ты будешь извиваться! – шепнул мужчина.
Говорят, что в минуту опасности паника передает власть в руки инстинкту. К несчастью для крысы, у Нилит были инстинкты бойца, и притом яростного.
Стирая кожу на лице о песок, она повернула голову и ее губы прижались к его уху. Она укусила его так сильно, как только могла, и этого оказалось достаточно. От его визга Нилит оглохла на одно ухо, но чем больше он сопротивлялся, тем крепче она сжимала зубы. Нилит услышала, как трещит хрящ между зубами. Ее рот наполнился горячей кровью. Нилит проглотила ее, борясь с тошнотой.
Разбойник бил ее и толкал, но это лишь ускоряло процесс. С отвратительным звуком, похожим на треск рвущегося шелка, половина его уха оторвалась, и он упал назад, обливаясь кровью.
Нилит выплюнула кусок уха, с трудом поднялась на ноги, подняла руки вверх и отцепилась от столба. Часовой, стоявший позади нее, услышал вопли и пошел к берегу озера выяснить, в чем дело. У костра тоже кто-то закричал.
К ее удивлению, первым начал действовать Фаразар. Подпрыгнув вверх, а затем вперед, он добрался до часового, схватил его за локоть и бросил в сторону озера. Для этого ему пришлось приложить усилия, но в результате часовой потерял равновесие и упал лицом вниз в воду. Озеро оказалось более глубоким, чем могло показаться на первый взгляд, и на секунду часовой полностью скрылся из виду.
Он поднялся из воды, крича и задыхаясь. От его тела исходил пар, словно вода была горячей, и Нилит услышала тихое шипение огня. Его одежда отделялась от покрасневшей кожи, превращаясь в дымящиеся обрывки. Судорожно пытаясь выбраться на берег, он снова упал и не вовремя сделал вдох, и его легкие наполнились едкой водой. Когда часовой снова поднялся, Нилит увидела, как его расплавившиеся глаза стекают по щекам. Он умер, когда его рука коснулась берега и прочертила четыре бороздки на сером песке – не плотью и кровью, а костями.
Нилит побежала к трупу Фаразара. В одном шаге от воды она резко затормозила, подняв облако песка, и выхватила из-под слоев ткани кривую саблю и помчалась к Аноишу.
Первого человека она остановила яростным рубящим ударом по животу. Его пьяные глаза закатились, а тело упало на землю вслед за вывалившимися кишками. Фаразар, следовавший за ней по пятам, отскочил от мертвого, словно голубь – от кошки.
– Надо было выбрать другую тропу! – заверещал он.
Другие «упыри» уже приближались. Мимо пролетела стрела; за ней последовал сердитый крик Кроны.
Как только путы Аноиша были перерезаны, конь повернулся так, чтобы Нилит могла запрыгнуть на него. Она погнала его туда, где лежал труп. Фаразар даже помог погрузить его на коня.
Привязывать труп было некогда, и поэтому, одной рукой крепко ухватившись за мертвеца и вплетя пальцы другой руки в гриву Аноиша, Нилит перевела коня в галоп. Аноиш заржал, когда кто-то ухватил его за хвост, но затем ему удалось высвободиться, ударив врага копытом. Через несколько мгновений они уже летели вдоль берега.
Ветер ударил Нилит в лицо, холодно и точно обозначив каждый порез и синяк. Позади нее кто-то выл, слышалось шлепанье ног по песку.
Снова полетели стрелы; не острые, а те, к которым привязаны мешочки…
Одна из них ударила Нилит в основание черепа.
…с песком.
Перед глазами у нее все поплыло. Она упала на шею Аноиша и, как ни пытался он удержать ее, свалилась с него. Песок, возможно, был мягким под ногами, но на большой скорости он был твердым, как камень. Сделав несколько кувырков, Нилит остановилась, раскинув руки и ноги в стороны.
Последним, что увидела Нилит, было ухмыляющееся лицо Кроны, которая держала в руках короткий лук.
Глава 16. Испытание
«Если жизнь дала тебе лимоны, обращайся к смерти за сахаром».
– Вот эту гнойную верблюжью задницу?
Очаровательно.
– Да, Векс. Повторяю в десятый раз: она выбрала его. – Ямак скрестил свои пухлые руки на груди, словно закрывая ворота прямо перед носом Векса. Звякнули браслеты из кости и золота.
Этот разговор безмерно меня радовал. Векс преследовал меня уже несколько дней, с тех пор как меня притащили в темноту и прохладу песчаника. Будь у него легкие, я бы чувствовал, как он дышит мне в затылок. Но вместо дыхания у него было злобное сердце, и поэтому я с удовольствием наблюдал за тем, как это сердце топчут.
– Но почему?
– У вдовы свои планы, ты же знаешь!
– Тор Баск сказал, что он опасен!
Ямак вытер пот со лба. Капли пота оставляли пятна на свитке, развернутом на столе. Ямак попытался закрыть от меня свиток, но я все равно видел какие-то линии и схемы.
– И Хорикс говорит, что это не так, – сказал он.
– Но ведь это я о ней забочусь! Этот кретин ни хрена не знает про…
– Хватит, тень! Ты забываешься. – Ямак откашлялся. – Решение уже принято. Тебя переводят присматривать за кухней.
Весьма кстати. Кухни находились на шесть этажей ниже, и, поскольку я не ел, отравить меня Векс никак не мог. Правда, там полно меди…
Векс опустил голову и устремил невидящий взгляд в какую-то точку на полу.
Ямак поманил меня, и я приложил все силы для того, чтобы не толкнуть Векса плечом, проходя мимо – но, увы, я часто становлюсь заложником своих худших черт. В свою защиту могу сказать, что я лишь коснулся Векса: сложно толкнуть кого-то, если у тебя нет ни кожи, ни костей. Но о своей позиции я заявил довольно четко, и Векс буркнул мне в спину какую-то непристойность на аркийском.
Я последовал за мастером Ямаком на самую верхушку башни. За нами, музыкально позвякивая доспехами, шли пять солдат Калида, среди которых не было ни одного призрака.