То, о чем молчат [СИ]
Весь день прошел в суматохе, студенты не желали быть серьезными в день своего праздника, да и преподаватели тоже. Вместе с третьим курсом наш преподавательский состав смеялся до слез, вспоминая веселые истории из университетской жизни на большой перемене.
- Эльвира Маратовна, вы помните, как я зажала между ног огромный исторический атлас? Я до сих пор благодарна, что вы не занизили на том тесте мою оценку! - смеялась Кариночка Перова.
- Меня тронуло, что ты принесла этот блок с первого этажа на наш пятый! - засмеялась я. Книга была просто огромной, хрупкая Карина казалась для нее слишком слабым чтецом.
- Даа, это было непросто!
- А еще мне понравилось, что ты краснела от стыда, - искренне похвалила я девушку. - Наверно, невозможно было листать эти огромные страницы под столом, да?
- Вы правы, вся информация находилась в этой книге, но воспользоваться было невозможно!
К сожалению, в то время я была просто практиканткой, и больше не довелось вести занятия у этих ребят, только если было необходимо заменить приболевших преподавателей. Они смешили нас еще и еще. А потом я заметила, что к нам присоединяются студенты других курсов и специальностей. Неподалеку от меня стоял Асарин, засунув руки в карманы черных джинсов, а запястье его держала красивая брюнетка с ярко-голубыми глазами. В этот момент я остро ощутила, как отличаюсь от нее, Александры Морозовой. Она не стеснялась своей женственности, постоянно подчеркивала фигуру и цвет глаз подходящей одеждой, ей было чуждо говорить на заумные темы, она была просто прекрасной девушкой без глупых амбиций, вроде карьера, образованность, начитанность... Я вспомнила, как страстно хотела стать мальчиком, чтобы отец любил меня. Короткие стрижки, мужские шорты и футболки, рыбалка. Ничего не помогло. Глаза резануло от колючих слез, словно я плакала не соленой водой, а острыми льдинками. Но я научилась не пускать слезы по щекам.
- Третий курс, отдайте мне Эльвиру Маратовну! Эльвира, вы мне нужны! - позвал меня заместитель декана по учебной работе, пробиваясь через толпу.
- А у нас монопольное право на нашу Эльвиру Маратовну! - заявили студенты. Мне была так приятна их привязанность, особенно в такой момент. Кто-то из девушек даже схватил меня за руку, не желая отпускать к самому Андрею Даниловичу.
- Я на вас ФАС натравлю! - с шутливой угрозой ответил заместитель.
- Что-то не верится!
- Или отменю "Золотую середину"! Прямо сейчас!
Они тут же меня отпустили.
- Все, все, мир! Сдаемся!
Я поспешно последовала за ним в кабинет, оставив шумную толпу. Но только за нами закрылась дверь, как ребята закричали стройным хором "На-ша Э-ля! На-ша Э-ля!". Мы с ним рассмеялись.
- Уже на третьем курсе... Хорошие ребята, жаль будет отпускать.
- Время еще есть.
- Ну, хорошо! - это всегда означало, что Андрей Данилович оставляет шутки и сантименты. - Давай-ка обсудим график твоих зачетов, Эля...
В такой атмосфере прошел весь день. Мои пары почти не проводились: студенты сидели и занимались своими делами, а меня вызывали то в деканат, то в библиотеку. А когда я вошла к юрфаку, меня вызвали в типографию.
- ...хотят что-то уточнить насчет вашей статьи, - объяснял Андрей Данилович, просунув голову в аудиторию. - Не опоздайте к началу мероприятия.
- Неужели так срочно?
- Да, скоро сборник сдадут на публикацию.
Но типография была далеко, в другом конце города.
- Ребята, кто на машине? - обратилась голова замдекана к студентам. Прежде чем я поняла, Асарин встал с места и пошел в нашу сторону. Я не стала спорить о том, что у него не автомобиль, а мотоцикл.
- Отлично. За полчаса управитесь. Группа! Сидите смирно, я загляну и проверю! Ну, что стоим, кого ждем? Быстрее в путь!
Я заглянула в преподавательскую за верхней одеждой, задержалась так долго, как могла. Асарин не стал комментировать это. Он сел за руль, а я села за ним.
- Ну? - требовательно спросил парень.
- Что? Не знаете адрес?
- Ты обнимешь меня или нет?
У меня закружилась голова от этих слов.
- Я могу держаться за эту штуку...
- Очень неудобно и ненадежно. Держись за меня, и покрепче.
Пришлось так и поступить. Его кожаная куртка вкусно пахла на морозе, смешиваясь с другим странным, но приятным запахом.
- Крепче же! Я не хочу, чтоб ты слетела. А голову положи на мое плечо. Извини, что нет шлема.
- Почему его нет даже у вас?
- Мне нравится, когда голова немеет от холодного ветра, и он сдувает все мысли.
- Так и умереть можно...
- Наверно. Поехали!
Но он прокатил меня осторожно, без резких поворотов, ни средней скорости. Такой стиль явно ему не шел, и я была благодарна за эту заботливость.
- У них тут есть буфет?
- Да.
- Можно выпить кофе, если вы замерзли.
- Нет, все хорошо. Я лучше скорее разберусь с делом.
Оказалось, что я допустила опечатку в собственной фамилии, но, так как меня здесь знали лично, то заметили и вызвали. Это можно было решить и по телефону... Но тогда бы я не покаталась на мотоцикле.
Асарин разговаривал о чем-то с охранником, когда я вышла на улицу. Пожав друг другу руки, они тепло распрощались.
- Может, пробьем себе окно, девушка? Давайте сбежим с пары!
Мы одновременно рассмеялись, теперь я не смущалась от его предложения.
- Я хочу присутствовать на "серединке".
- Аа... Эти ребята вас очень любят, - с теплотой сказал он.
- Это очень хороший курс.
Артур замер, глядя, как снежинки садятся на ее распущенные волосы. Темные глаза сверкали искрами, как звездами в ночном небе. Она выглядела такой юной и чистой, что у него под ложечкой снова защемило, уже который раз. И столько же раз он обругал себя за то, что не может решить, как обращаться: ты или вы?
- Вас, наверно, тоже ждут, - посмотрев на свои сапоги, а потом на его воротник, сказала она. - Так что поспешим.
На этот раз она обняла его с готовностью и намного крепче. Спину обдало жаром на декабрьском морозе. Он поспешил тронуться с места. Обычно ветер помогал забыть обо всем, кроме дороги. Но не теперь, когда Эльвира прижималась к нему. Он чувствовал ее тело, руки, дыхание так остро, как свое учащенное сердцебиение. Это счастье хотелось растянуть надолго.
- Вы не туда повернули!
- Туда! - не согласился Артур. Он просто выбрал длинный путь. К его удовольствию, она не стала спорить, как и тогда, когда он встал с места со своими ключами, готовый свозить ее в типографию. Очень раздражает в женщинах то, что они много спорят, желая в самом конце сдаться.
Они подъехали, и девушка сразу расцепила руки.
- Идем скорее, надо продолжить занятие.
Он поспешил за ней, но в фойе схватил за руку и слегка притянул ее, удивленную, к себе. Артур смахнул снежинки с ее волос, пока они не успели растаять. Жаль, ведь снежинки очень ей шли.
- Спасибо, - просто ответила она, как будто это было нормальным явлением.
Он ничего не сказал. Когда они поднимались на свой пятый этаж, Артур заметил, что ее лицо задумчиво и печально.
- Эльвира... - он не успел договорить, его прервал оглушительный звонок.
- Спасибо, Асарин. Наверно, стоит поставить вам дополнительные баллы, - сухим голосом сказала она, и оставила его в коридоре совершенно ошарашенным, скрывшись за дверью преподавательской.
Баллы! Она оценила это в несколько проклятых баллов! Парень ударил кулаками в стену и застыл, опершись на нее. Да, она нашла, чем его прибить, если бы он поверил ей. Первая обида быстро схлынула, когда он догадался, что Эльвира Маратовна хочет оттолкнуть его от себя. Она специально это придумала, но это на нее не похоже. Сначала он улыбнулся, а потом рассмеялся в голос.