Это не твоя таверна, дракон! (СИ)

– Ты же понимаешь, что произойдет! Не будь дураком! Останови ее! Или таким образом ты хочешь избавиться от всех магических существ этого города, да таверну заполучить? Ты идиот, если думаешь, что сам и твоя девчонка смогут выжить после того, что произойдет.
Несмотря на весь ужас ситуации, я почувствовала поддержку от Леннарта, которой мне так не хватало. Правильно говорят, что лучше всего судить по делам, а не по словам. Тогда, когда я делала абсолютную дичь даже по собственным меркам, он меня поддержал. Наверняка ведь не знал, что происходит, и что я собираюсь делать, но встал между мной и разъяренными людьми. Даже против Морта пошел, что может ему еще как аукнуться в нашем, магическом мире.
  
Мысленно я послала всю любовь, которую к нему испытывала, уверенная, что он это почувствует. Подошла к таверне и открыла дверь.
– Я разрешаю тебе войти, – четко и громко, так, чтобы все услышали, произнесла я.
Толпа зашумела, рванулась вперед, пытаясь пройти мимо дракона Леннарта, но тот пустил огненное пламя, пытаясь сдерживать их. В его сторону полетели магические шары, а Морт сложил руки, направляя всю свою магию на него. А абиссал не торопился. Медленно, будто за его спиной ничего не происходило, он двигался к таверне.
Аниса, придя немного в себя, рванулась ко мне и взбежала на крыльцо.
– На правах хозяйки запрещаю кого-либо пускать.
Таверна задрожала, два разных приказа хозяек были перебором даже для нее.
– Извини, дорогая. – Я отодвинула ее в сторону, кладя обе руки на косяки двери. – Сейчас я хозяйка этой таверны.
– А я хозяин! – Морт каким-то образом переместился к нам на крыльцо. – И закрываю все двери таверны, блокируя вход. А если ты не отменишь свое приглашение, точно так же положу таверну в магический сон еще на сто лет.
– И это отсрочит то, что должно случиться еще на век.
По ступеням поднялась Иллия, мягко положила руку на плечо Морту.
– Может, стоит выслушать ее, а потом рубить с плеча. Уверена, что лорд Вериан сделал единственно правильный в его случае поступок – закрыть таверну. И только потому, что хозяйка у него была неопытная. Извини. – Она поклонилась в сторону Анисы.
– И ты туда же? Ты же первая будешь под ударом! – оскалился Морт, готовый сражаться даже с богиней.
– У Вериана не было опытной хозяйки, да и любая, самая опытная фея не может знать того, что знает Ада. Расскажи им.
Иллия повернулась ко мне и мягко улыбнулась. Абиссал уже стоял у ступеней. Тут кто-то толкнул меня в спину. Вперед вышел дядюшка, чуть придерживаясь за стены,  совершенно нормальным голосом сказал:
– Расскажи им, я то у Ромула Великого сил не осталось.
Он опустился на пол рядом со мной, а все перевели взгляд с него на меня.
– Я… – Я перехватила взгляд Леннарта, который уже стал человеком, и подошел к крыльцу. Вот сейчас я расскажу то, чего не знал никто. Почему-то меня не волновало то, как к этому отнесется Морт или другие люди и магические расы. Наверняка попадантство здесь не впервые. А вот то, как воспримет это Леннарт, было важно. Поэтому я и говорила, смотря только на него, ловя каждое его движения и морщинку на лице.
– Я попала в это тело, когда Аде было около семи лет. Она заболела, и ничто не могло ее вылечить. Тогда дядюшка Ромул и мама совершили обряд, который должен вернуть душе Аде здоровье. Но получилось так, что она ушла, а ее место заняла я.
Иллия кивнула, подбадривая меня, и я продолжила, облизав засохшие от переживаний, губы.
– Переход был сложный, и дядюшка отдал все силы, которые у него были. Потом мне рассказали, что такой переход происходит, когда душа не справляется с возложенной на нее миссией, и уходит. Душа оказывается не на своем месте, и тело ее выталкивает. Также произошло и со мной: меня вытолкнуло из моего мира, потому что я не должна была там быть. Но тело Ады должно было выполнить миссию, возложенную на нее, поэтому притянуло меня, как наиболее успешного исполнителя.
Образовавшаяся тишина давила. Толпа, которая уже не бушевала, подошла и внимательно слушала. Я снова посмотрела на Леннарта. Взгляд его был тяжелый, ни улыбки, ни подбадривания. Перевела взгляд на Иллию, и она снова чуть улыбнулась. Ну, хотя бы крестная этого мира поддерживает меня.
– Я думаю, что абиссалов тоже выталкивает из этого мира, потому что они здесь лишние. Но если они лишние здесь, то где-то они должны выполнить свою миссию. И это именно иной мир. Мы же проводим души такими, какие они есть, вместе с магией. И ее должно быть слишком много. А абиссалы могут забирать излишки, чтобы не перегружать иной мир. Я думаю, они должны быть там, куда идут.
Я замолчала, но никто больше не проронил ни слова.
  
***
 
Морт потер нос ладонью и посмотрел на Иллию.
– Твоя работа?
Крестная широко улыбнулась и скрестила руки на груди.
– Мое обучение. Ада не просто фея, а человек из другого мира. Чтобы привести ее сюда, мне пришлось сильно постараться. А Ромул и вовсе отдал всю силу и мозги ради нее. Так что поуважительнее, пожалуйста, с моей крестницей.
– А если она не права? – позади раздались голоса жителей Османа. – Если впустить абиссалов, они уничтожат всех нас?
Иллия посерьезнела и спустилась с крыльца.
– Если это сделает любой из вас, даже ты. – Она показала на Анису. – Будет именно так. Но у Ады есть то, чего нет ни у кого из вас. Искра другого мира. Она сама является сосудом, связывающим миры. И это поможет провести их безболезненно на ту сторону, не дав задержаться здесь. Если уж вы так их боитесь, – добавила она в конце.
Я глубоко вдохнула, пытаясь заглушить тревожное биение сердца. Воздух был пропитан дымкой, пахнуло влажной землей и чем-то острым, металлическим — магия. Толпа вокруг шевелилась, напряженные лица, шепот страха. Позади — теплая, пахнущая древесиной и пряностями таверна. Впереди — абиссалы, их тени колебались, словно пламя на ветру, смутные, чуждые.
Я сглотнула. Во рту пересохло, а ладони были влажными от пота.
– Хорошо, – мой голос прозвучал ровно, хоть внутри все дрожало. – Мы начинаем.
Я шагнула вперед, и по позвоночнику пробежала дрожь — не от холода, а от мощи, разгорающейся в груди. Она разлилась горячей волной, словно я пью крепкий, терпкий эль, разогревающий кровь. Это была сила, данная мне Ромулом и Иллией. Я сжала кулаки, вбивая ногти в ладони, чтобы собраться. Сейчас нельзя было сомневаться.
Рядом Леннарт сжал рукоять кинжала. Я чувствовала его взгляд, напряженный, почти физический, как прикосновение.
– Я – связующая нить между мирами, – сказала я, и воздух затрепетал. – И я провожу вас туда, где вы должны быть.
Я вытянула руки вперед, и сквозь пальцы хлынул свет, ослепительный, словно летнее солнце, обжигающий, словно пламя кузнечного горна. На стене таверны раскрылась арка, колеблющаяся, как воздух над раскаленной землей. От нее повеяло чужим ветром — пряным, ледяным, пахнущим неизведанными просторами.
Абиссал замер, а затем тень зашевелилась. Из одного туманного человека вышел второй, они стали разделяться, будто черная дымка могла породить их великое множество. Затем первый сделал шаг вперед.
Толпа ахнула, кто-то взвизгнул, но я не отвела взгляда. Существо растворилось в свете, оставив после себя серебристый туман. Затем второй. Затем третий. Один за другим они уходили, их присутствие ослабевало, мир словно выдыхал с каждым исчезнувшим абиссалом.
Но последний... Последний был другим.
Когда он приблизился к проходу, внутри меня что-то сжалось. Воздух задрожал, арка начала мерцать, и ее границы пошли рябью, будто кто-то трогал гладь воды. Я чувствовала холод, пробирающий кости, и запахи — резкий запах гари, металла, чем-то пряным, удушливым.
– Ты, – выдохнула я, узнав в нем не просто абиссала, а нечто большее.
Мужчина в темном плаще медленно поднял голову. Теперь под капюшоном я четко могла видеть его лицо. Его глаза — глубокие, бездонные, цвета запекшейся крови — вспыхнули. Он улыбнулся, и от этой улыбки по спине пробежал ледяной озноб.