Кровь черного мага 4 (СИ)
— Вряд ли подобное место подойдет Вашей Светлости, — заметил Карлфрид.
— Ничего, это я как-нибудь переживу.
Мы покинули район старого города, перешли через мост реки Прегель и углубились район Кнайпхофа, старинный район, в котором некогда был вотчиной купцов, а теперь превратился в довольно зажиточную часть города, где жили предприниматели, банкиры, владельцы складов и торговых кораблей.
— Хм, по-моему живущим тут все равно на те шестьдесят процентов налогов, — заметил Финбарр, указав на вполне себе зажиточного вида особняки.
— Если они их платят, конечно, чего я не исключаю, — Карлфрид с сомнением разглядывал улицу. — Кстати, в здании старой ратуши располагается местная Гильдия.
Маг указал на трехэтажное здание в барочном стиле с тонкой и изящной башенкой колокольни. У входа, кутаясь в шубы, стояли два-мага охранника.
— Зайдем, Ваша Светлость? — предложил Карлфрид.
— В надежде, что у них есть свой ресторан без янтарной приправы? — поинтересовался я. — Нет, как-нибудь в другой раз.
Мы прошли Кнайпхоф, как выяснилось, располагавшийся на острове и вышли к очередной набережной. Дома тут стали сильно проще и видно, что тут уже жильцов затронул общий упадок города.
На причале стояло множество кораблей. Реку у набережной немного сковало льдом, но основное русло оставалось судоходным.
— Суда принадлежат мелким торговцам, — пояснил Карлфрид. — Ну как мелким: обычно тем, кто специализируется на каком-то небольшому по объему товару, но весьма дорогому. На том же янтаре, к примеру. Ниже по течению реки уже на выходе в залив есть большой порт, там суда повесомее стоят. Настоящие контейнеровозы.
— То есть, имея огромный порт, тут такие налоги?
— Наверное, именно поэтому. Хотя такой налог возможно было справедливо разве что только для морских торговцев установить.
Я поглядел на Карлфрида.
— С экономикой, я вижу, вы так себе знакомы. Но давайте вернемся к тому, зачем мы тут.
— Да, простите, Ваша Светлость, немного увлекся, — Карлфрид указал на неприметную таверну. — Тут всегда свежие рыбные блюда, — и, увидев как скривился Финбарр, добавил: — Впрочем и мясные тут тоже имеются.
— Мне кажется, я уже чую запах кильки, — с отвращением в голосе заметил кузен.
— Ты же с килькой вроде уже смирился, Барри, — заметил я, засмеявшись. — Нет?
— Ну, почти. Все-таки я не сам ее ел, а кормил ею твоих болотных змеев.
Мы двинулись в направлении таверны, которая тоже не обошлась в названии без янтаря — «В трюме янтарного когга*», но тут мой взгляд остановился на одном из кораблей на набережной.
— Не может быть, — произнес я и указал кузену. — Барри, как тебе такое? Не оттуда ли запахло килькой?
Финбарр уставился на хорошо знакомый тьялк, на котором мы плыли из Ирландии в Эмдем.
— Проклятье, — только и сказал Финбарр. — Я даже подходить к нему не хочу.
— Брось, Барри. На корабле точно есть наш хороший знакомый. Спросим, что он тут делает.
— Вы сейчас про что? — спросил Карлфрид, ничего не понимая.
Но мы, проигнорировав, направились к судну.
— Тим, — позвал я, постучав по борту тьялка.
Откуда-то возник клабаутреман, в своей неизменной форме матроса, с трубкой в зубах, разве что накинувший теплый полушубок из овчины.
— Ваша Светлость? — удивился он. — Что вы тут делаете?
— Я вижу, ты следишь за новостями, однако можешь по-прежнему называть меня по имени, — сказал я, улыбнувшись. — Тебя тоже хотел спросить то же самое.
— На корабле теперь новая команда, Ваша Светлость, — Клабаутерман улыбнулся в ответ: было видно, что мое предложение его порадовало, но он все же решил придерживаться субординации. — Капитан — успешный торговец, занимается продажей янтаря, сбывает его в городах Северного и Восточного морей. Сейчас как раз поехал забирать заказ на янтарный карьер, повезет аж в Российскую Империю. У нас будет долгое путешествие. Команда хорошая и опытная, с такой любые шторма не страшны.
— Что ж, рад, что у тебя все хорошо, — сказал я.
А потом вдруг заметил как что-то блеснуло на шее клабаутермана. Что-то очень похожее на рабские тонкие ошейники, которые были у моих кобольдов. Я, продолжая улыбаться, положил руку на плечо Тиму и тут же ощутил магию, которая подчиняла его себе.
— Что это такое, Тим? — спросил я, указав на ошейник.
— Капитан подарил всей команде за хорошую работу и одновременно в честь одной успешной сделки, — ответил клабаутерман. — Он очень щедр, не поскупился на такую дорогую вещь. Из чистого золота.
— Вижу. Действительно, он очень щедр.
Я понял, что Тим даже не догадывается, что надели ему на шею.
— И когда ваш капитан вернется? — спросил я.
— Он ушел недавно. Так что не раньше чем через часа три.
— Вот и хорошо. Значит у нас будет время поболтать более обстоятельно и заодно пообедать. Сможешь ведь отлучится с тьялка? Недалеко, не беспокойся, вон в ту таверну. Корабль точно будет из окна видно.
— Что ж, если недалеко, то могу, Ваша Светлость.
Тим ловко, несмотря на свой низкий рост, перепрыгнул через борт тьялка на причал и мы направились к таверне.
— Что вы намерены делать, Ваша Светлость? — спросил шепотом Карлфрид.
— Будем ждать возвращения «капитана». Поскольку… — я еще раз пригляделся к золотому обручу, что сковывал шею Клабаутермана, и понял что не ошибся. — … знаю, чье это заклинание.
* * ** Когг — средневековое одномачтовое палубное парусное судно с высокими бортами и мощным корпусом, оснащённое прямым парусом. Использовалось как основное торговое, а также военное судно союза ганзейских городов.
Глава 20
Мы подошли к таверне и спустились вниз по ступеням в полуподвальное помещение. И как раз вовремя: на город обрушился снегопад. Финбарр, шедший последним, захлопнул дверь и на нас резко дохнуло теплом.
Внутри таверна выглядела гораздо привлекательнее, чем снаружи. Помещение было вполне просторным: под сводчатым потолком висели макеты парусников и чучела диковинных рыб. Стены, обшитые деревом, украшали старые морские карты и черно-белые ретро-фото кораблей и известных местных капитанов. У дальней стены жарко пылал камин. Посетителей несмотря на обеденное время, почти не было.
На входе даже имелась рецепция, сделанная из половины огромной бочки. На бочке стоял деревянный макет когга с янтарной инкрустацией. Я очень надеялся, что на этом присутствие янтаря в таверне будет исчерпано.
А вот дежурный официант на рецепции поглядел на нас крайне неприветливо.
— Добрый день, — поздоровался Карлфрид. — Скажите, в ваших блюдах вы используете «Особую янтарную приправу»?
— Думаю, господа маги ошиблись заведением, — процедил сквозь зубы официант. — Все новомодные рестораны вы найдете в центре Альтштадта или Кнайпхофа. У нас этой дряни нет.
— Как раз то, что нам нужно, — произнес Карлфрид и, поглядев на меня, невозмутимо наблюдавшего за разговором, добавил: — Хотя вы могли быть повежливее.
— В честь чего? — официант обвел нашу компанию взглядом. — Тут не заведение для магов.
— Вы что, телевизор не смотрите и газет не читаете? — голос Карлфрида заледенел: видимо от меня научился.
— Нет. Зачем мне тратить время на чушь или еще хуже — ложь?
— Какая прелесть, — заметил я. — Что ж, тогда мы пожалуй зайдем, господин Мюллер, если вы не против.
Официант уставился на меня с изумлением. На его лице был написан вопрос, откуда я знаю его фамилию, одновременно с этим он пытался напрячь память, соображая не встречались ли мы раньше.
— И кстати, озвучьте процент налога, который бы вы платили без проблем и не проклиная при этом короля, — поинтересовался я.
Удивления на лице официанта стало больше. Вместе с этим неприветливость почти испарилась.
— Был бы рад, если бы налог снизили хотя бы до пятидесяти процентов.
— А если его снизят в два раза?
— До тридцати⁈ Что ж, я тогда ежедневно буду прославлять этого человека! Погодите, вы можете как-то повлиять на это⁈