13-й демон Асмодея. Том 3

– Но он тоже открыл охоту на лук, – ответил Гавриил. – Если уж Люцифер выпустил Велиала погулять, то та сторона явно что-то затевает.
– На земле тринадцать? – Михаил оторвал взгляд от отчёта и посмотрел на брата. – Ты вообще знаешь, почему почти десять веков двери в этот мир для ангелов были закрыты?
– Ангелы на этой земле не могут пользоваться всей доступной им силой, – Гавриил лишь пожал плечами. Даже тех крох, что доступны ангелам на этой проклятой земле, вполне хватит, чтобы противостоять людям, к примеру. Или демонам.
  
– Ты сам ответил на свой вопрос. Сворачивай операцию, незачем подвергать ангелов опасности. Только…
– Да, Михаил, кто-то может помимо Велиала пользоваться артефактом. И кто это, пока ускользает от меня, – Гавриил выхватил папку из рук своего собеседника. – Всех Падших проверили. Никто на земле тринадцать не обитает, собственно, как и до Ада никто не долетел.
– Интересно, – задумчиво проговорил Михаил. – На эту землю я не спущусь ни при каких обстоятельствах. И запрещаю вам туда соваться без моего согласования, пока у меня не будет достаточно информации, чтобы санкционировать эту прогулку.
– Но Велиал…
– Что Велиал? Он ангел, такой же как и мы. И знаешь, за этим даже будет любопытно понаблюдать.
***
– Я так и знала, что между вами что-то есть, – голос сестры вырвал меня из полудрёмы, в которой я пребывал.
Приоткрыв один глаз, посмотрел на стоявшую надо мной Ольгу. Потом повернул голову к пискнувшей что-то неразборчивое Насте, пытающейся в это время поглубже забраться под одеяло.
– Молодец, возьми с полки пирожок, – я потянулся и снова посмотрел на сестру. – И нет, я перед тобой отчитываться не собираюсь. И вообще, что ты забыла с утра пораньше в моей комнате?
– Я не требую от тебя отчёта. Я хочу знать про твои планы, – Ольга скрестила руки на груди, проигнорировав мой вопрос.
– И это тебя тоже не касается. Ты замужняя женщина, и у тебя своя семья…
– Денис, я сейчас не о тебе говорю, – Ольга нахмурилась. – И всё-таки надеюсь, что мой брат порядочный человек.
– О чём это ты? – Настя перестала прятаться и села, удерживая одеяло на груди, удивлённо глядя на Ольгу.
– Она говорит, что мы должны пожениться, раз уж додумались спать вместе, – я снова потянулся и зевнул. – Лично я не против. Если ты согласна, то мы найдём того типа, который их поженил, и избавим мою сестрицу от мук совести. Тем более, что Контроль ещё не упразднён официально.
– Я не понимаю, – Настя теперь смотрела с удивлением на меня.
– Настя, если ты не хочешь, чтобы меня наказали вплоть до смертоубийства, то должна проникнуться и выйти за меня замуж, – я улыбнулся, притянул её к себе и поцеловал в лоб, потом посмотрел на Ольгу. – Я собираюсь вставать и настоятельно рекомендую тебе отвернуться.
– Зачем? – она всё ещё хмурилась, но уже не так интенсивно.
– Затем, что я голый! Нет, ну если ты хочешь сравнить тела своего брата и муженька, то пожалуйста, я излишней стыдливостью не страдаю…
– Кретин! – прошипела Ольга, резко отворачиваясь.
Я же быстро встал, нашёл под кроватью штаны и натянул их на себя. Трусы сунул в карман и без лишних слов направился в душ. Уже под аркой меня нагнал голос Насти.
– Как и все девушки на свете, я иногда мечтала о том, как мне сделают предложение, но не думала, что оно прозвучит вот так.
– Настя, – я повернулся к ней. – Ты знала, кого в свою постель пустила. Я догадывался, чем всё это закончится в итоге, и был изначально готов. Потому что попадать под пресс нравственного Контроля мне совсем не хочется. Неужели ты даже предположить не могла, что возможен такой исход? Глупой ты мне никогда не казалась.
– Мой брат – идиот, – вклинилась Ольга, садясь на краешек дивана рядом с Настей, – но в одном он прав. Если Денис так демонстративно себя повёл, значит, уже обдумал все последствия. Думаю, когда Дима проснётся, мы всё обсудим. А пока ты мне поможешь завтрак приготовить, а то я не умею?
– Конечно, – слабым голосом ответила Настя.
Ничего, привыкнет. К тому же Ольга права: я намеренно сегодня остался на её диване и не вернулся на то убожество, что мне предназначалось. Потому что когда я, вымотанный до предела, пришёл вчера к Насте, она приняла меня без лишних разговоров. Да и с курицей моей они вроде бы подружились.
Быстренько приведя себя в порядок, я вышел из ванной, повесив полотенце на шею. Сделал я это вовремя, потому что в этот момент зазвонил телефон.
– У меня, кажется, появляется навязчивая идея, – сказал я, с ненавистью глядя на телефон.
– Какая? – в коридор вышел Дмитрий. Он шёл самостоятельно, правда, медленно, рефлекторно прижимая руку к животу.
– Я хочу разбить этот телефон, – признался я. – Нет, не так. Я хочу взять топор и медленно, с наслаждением разрубить его на сотню маленьких кусочков. А то, что останется, сжечь, а пепел захоронить на Мёртвой Пустоши, чтобы никто не смог его вернуть, починить и вновь установить в этом доме.
– Тебя можно понять, – усмехнулся Дмитрий, разглядывая меня. – Сегодня привезут тренажёры, чтобы я смог начать реабилитацию. Думаю, тебе они тоже пригодятся.
– Не впечатляю? – довольно равнодушно спросил я, разглядывая продолжающий звонить телефон. Все мои планы по совершенствованию собственного тела, которые я строил в тот самый момент, когда ехал в это место, разлетелись в труху. Как телефон в моих мыслях.
– Ты гармонично сложён. Немного связки развить да мяса на мышцы нарастить, – он пожал плечами. – И тебе это практически ничего не будет стоить, и Насте будет приятно. Если тебе, конечно, дадут на тренировки хотя бы час свободного времени, – и он перевёл взгляд на телефон, который начал звонить по новой.
– Ольга уже рассказала? – я посмотрел на него.
– Да я сам слышал, не глухой. Вы с Олей очень эмоционально отношения выясняли. Сразу видно, родственники. Я, кстати, сегодня утром оформил имперский запрос, чтобы тебя перевели на время практики в другое место, более, хм, спокойное, – усмехнулся он, глядя мне в глаза. – А сюда я планирую направлять уже квалифицированных специалистов и штат полностью укомплектовать. Из всего того, что я увидел, в Аввакумово не хватает как минимум двух врачей, не считая реаниматологов. Всё-таки моя проверка принесла определённые плоды.
– Наказывать особо провинившихся будешь, ссылая сюда? Тебе не кажется, что это слишком жестоко, – хмыкнул я, уже другими глазами глядя на цесаревича. То ли такое небольшое количество времени, проведённое рядом с моей стервозной сестрой, дало такие плоды, то ли он изначально отличался изощрённой жестокостью по отношению к своим подданным, просто искусно скрывая свою истинную сущность за маской патологической порядочности.
– Сначала будем поощрять материально, – ответил Дмитрий. – А дальше как карта ляжет. Но Аввакумовский куст больше без квалифицированной помощи я оставлять не намерен. Ты отвечать будешь? – и он кивнул на телефон.
Я не ответил и, схватив трубку, прорычал: – Давыдов!
– Денис Викторович, тут такое дело, – раздался жизнерадостный голос Саши, от которого я только крепче сжал в руке трубку. – В Петровке живёт такой крендель, Митька Савин. Помните, Вовчик говорил, что у него загул начал. Но Митька какой-то грустный был, поэтому он к Гальке перекочевал.
– Да, помню. Вовчик сказал, что у этого Митьки рот болит, – ответил я.
– Да-да, тот самый, – Саша запнулся, а потом продолжил. – Я сегодня у него был. Во рту у этого Митьки какое-то образование на языке. Он отказался ехать, но надо бы посмотреть. Съездите в Петровку, осмотрите Митьку, а?
  
– Зачем? – я потёр лоб. – Если он отказался, то дальнейшее – это его проблема.
– Да, но нужно запись сделать, чтобы никто за неоказание помощи не смог предъявить, – быстро добавил Саша. – Моя запись да ваша, и пускай помирает дома, раз ему так хочется.
– А что, твой отец уже сможет сидеть на приёме? – спросил я, прикидывая, что же делать.