Так не бывает. Шепот противоречий (СИ)

Какое-то время просто сижу. Просто смотрю по сторонам и думаю: какого лешего я вообще тут делаю? Почему мы здесь? Не в каком-нибудь охреневшем дорогущем ресторане с мишленовскими звёздами, а в обычном, самом обычном, но разумеется очень популярном фастфуде. Который, кстати, тоже считается рестораном. Всегда удивляло это маленькое и очень странное для меня обстоятельство.
И мы ведь однажды уже ели так. Только тогда это было мало знакомое для меня кафе. Ян сделал это из-за меня? Типа знал, что буду чувствовать себя неловко, если повезёт в какое-то дорогое место? Или наоборот… «Лягушку» вроде меня можно и в фастфуд привести? Норм. Сойдёт. Или он сказал правду и просто остановился у первого попавшегося места? И я в очередной раз ошибаюсь на его счёт?
Хотя о чём я?!
Что я вообще знаю об этом человеке?
О великом и ужасном Яне, мать его, Валерьевиче Вольских. Я даже фамилию его узнала буквально несколько недель назад.
Знаю, что он мудак с охреневшими связями и блядским характером. Знаю, что может стереть меня в порошок лишь по щелчку пальцев. Да и не только меня. Знаю, что у него есть два ублюдских дружка, которые время от времени любят ломать и унижать обычных девчонок. Типа Риты, или меня же. Избивать. И, думаю, насиловать тоже. Нет. Уверена.
А Ян?
Он ведь такой же?
Был таким же. Тогда… А может, и хуже. Возможно, он и сейчас такой же…
Ещё я знаю, что у его семьи есть офигительный особняк фактически в черте города. В красивой озеленённой местности, куда простому смертному путь заказан. Земля там стоит просто нереальных денег. Знаю, что также он имеет шикарную квартиру в несколько комнат с мансардной в одном из самых зажиточных и элитных районов. А ещё Ян владеет какой-то компанией. Имеет свой бизнес. Кажется, связанный со строительством. Только вот чего? Этого не знаю. Его отец безумно богатый и влиятельный крендель в этом городе. Да и не только. Его знают по всей стране, в определённых кругах. И за границей тоже.
«А ты бы хотела?» — в голове низким, чуть хрипловатым, бархатистым голосом звучат его слова, сказанные как-то, когда-то. Они отдаются приятной вибрацией во всём теле. — «Понять меня».
Как будто это возможно…
Усмехаюсь собственным мыслям, наплевав на то, как это может выглядеть со стороны. Какая-то идиотка улыбается сама с собой.
А ещё я знаю, что у этого парня… есть невеста. И я не сомневаюсь, когда-нибудь они поженятся. И плевать, что этот тип ведёт себя как долбаный плейбой и трахает всё, что движется. Они идеально подходят друг другу. Вынуждена признать, но за все разы, что видела их вместе — Ян и Оксана шикарно смотрятся. Словно с самого начала были созданы друг для друга. Такие безупречные, красивые, богатые, высокомерные… Словно какая-то иная раса существ. Как высшие эльфы в классическом фэнтези или что-то типа того.
Тогда почему?
Зачем он сейчас здесь? Со мной?
Почему всё это делает?
Я не понимаю… Устала понимать и гадать.
Мой мучитель возвращается с подносом, полным всяческих вкусностей. Ставит его на стол.
— Соскучилась? — садится напротив, загадочно улыбается.
— Серьёзно? — выгибаю бровь. — Тебя не было минут семь.
Ян кивает, каким-то своим собственным мыслям. Ставит передо мной молочный коктейль в длинном пластиковом стакане с округлой крышкой и такой же длинной трубочкой. Пододвигает коробку с картошкой, соусы, чизбургер, салфетки.
Какая забота…
— И сколько же мне нужно отсутствовать, чтобы ты начала по мне скучать? Недели три? Как в прошлый раз.
Ага, новая порция бредовопросов.
— В какой «прошлый раз»?
Недоверчиво наблюдаю за парнем. Как открывает один из соусов. Кажется кисло-сладкий. Макает в него картошку, отправляет в рот, жуёт.
— Когда я отпустил тебя домой, а ты жутко расстроилась.
— Не было такого, — отмахиваюсь. — И вообще, ты первый припёрся к нашей общаге и торчал там посреди ночи, как долбаный маньяк.
Ян медлит с ответом, а после говорит с ехидной улыбкой:
 
— Я соскучился.
— Ага. Заливай больше, — фыркаю, достаю из упаковки свой вреднющий чизбургер. —  Да и с чего бы мне вообще по тебе скучать? Ты моё проклятье. Казнь египетская. По проклятьям не скучают.
— Не будь ты такой упёртой занудой… — Ян кивает, снова отправляет в рот картофельную палочку. — Это проклятье могло бы стать для тебя манной небесной.
— Что-то сильно сомневаюсь.
— А ты попробуй. Уверяю, потом тебя за уши не оттащишь, — говорит с таким видом, словно предлагает какой-то сильнодействующий наркотик с бешеной силой привыкания. Одного единственного раза достаточно, чтобы подсесть на всю жизнь. — Просто расслабься, лягушка. И получай довольствие.
Теперь моя очередь кивать.
— Лягушка, малышка, детка… Ты хоть определись, наконец, кто я. А то уже теряюсь во всех этих прозвищах. И вообще, у меня имя есть. Так-то.
— А как тебе нравится больше? Малышка, детка или… лягушка? — на последнем слове улыбка парня становится шире. В глазах появляется бесноватый блеск.
Ну-у, как ему нравится уже и так понятно…
— Никак, — отмахиваюсь и опускаю глаза, чтобы избавиться от гипноза. Мне вдруг жарко. Но куртку хрена с два сниму. Беру свой молочный коктейль, ощущая спасительный холод пластикового стакана, делаю несколько больших глотков. Затем какое-то время молчим. На Яна стараюсь не смотреть, хотя это капец как сложно. Особенно когда бледно-голубые глаза едва ли не в душу тебе смотрят и ты никуда не можешь спрятаться от этого пристального взгляда. Покончив с чизбургером, открываю один из сырных соусов, беру картофельную палочку, макаю, отправляю в рот.
— Ну вот, — с нескрываемым смешком нарушает молчание Ян. — А говорила, что не голодная. — Затем берёт из моей упаковки картошку, макает в мой соус и тоже закидывает себе в рот. — Маленькая врушка.
— Ешь свой гамбургер. И убери грабли от чужого добра, — хмурюсь. И почему он вечно так и норовит нарушить моё личное пространство? Бесит…
— Тебе жалко?
— Да.
— Ещё и жадина.
— Ага. Говядина.
Некоторое время ничего не происходит, а затем:
— Ну так что? Теперь ты отдашь мне свою девственность?
Я чуть не подавилась. Поднимаю на парня просто охреневший взгляд. Благо слишком близко к нам почти никого нет.
— Чего? —  сиплю в ответ. — Совсем головой тронулся? Какую девственность?
— Ту, что хранишь для своего принца на белом коне, — в светлых глазах издевательские смешинки.
— Ты совсем придурок? Какого, на фиг, принца?
— Твоего музыканта…
Осекаюсь.
— А Сашка тут при чём? И чего ты прицепился ко мне со своей девственностью?
— Сама же говорила, — хмыкает Ян.
— Когда это я такое говорила?! — возмущаюсь, но затем понижаю голос, вспомнив, что мы всё-таки не одни и вокруг люди. Хоть и на относительном расстоянии. — Тебе потрахаться, что ли, не с кем? Позвони Оксане.
Парень молчит, а затем задумчиво произносит:
— Я думаю, с тобой будет интереснее…
— Интереснее? Тебе это что, как кино посмотреть?! — у меня отваливается челюсть от такой наглости.
— Так девственница или нет?
Ловлю паузу. Некоторое время смотрю Яну в глаза. Это что? Какой-то чисто спортивный интерес? Типа если я девственница, то трахнет меня прикола ради? Для галочки?
Ага, как же… Хрена ему лысого!
Тёмная сущность, почуяв неладное, выбирается из самого тёмного угла, какой только можно отыскать в моей бедной истерзанной душе. Достаёт самый длинный и самый острый нож.
— И что это вообще за херня такая? — пытаюсь сдерживаться, ибо не хочется привлекать к нам лишнее внимание.
— Что?
— «Теперь ты отдашь мне свою девственность»? — я развожу руками, пытаясь показать степень моего возмущения. — За картошку, чизбургер и молочный коктейль? Ты совсем охренел?!
Ян не отвечает. Ему уже не так весело, как было до этого. Но кто виноват? Снова скажет я?! Вывернет всё наизнанку и преподнесёт себя как чистейшую и ни в чём не повинную добродетель?