Темный голод (ЛП)

Кэтрин Диан
Тёмный голод
(Вампирское Оборонное Агентство #2)
Перевод: Rosland
Редактура: Бреган Д'Эрт
Русификация обложки: Rosland
Глава 1
Из пентхаусных окон от пола до потолка открывался элитный вид на город. С этой точки зрения центр Портиджа, штат Нью-Гэмпшир, сверкал огнями. Нетронутый. Возвышающийся над грязью и копотью улиц.
  
Нокс, однако, не наслаждался видом.
Стоя у ряда окон, скрестив руки на массивной груди, с оружием в кобурах, он смотрел в никуда.
Это был его трюк — такая оторванность от окружающего мира, которую он отточил за десятилетия заключения.
Он едва ощущал кипящую в нём ярость, настолько глубоко она таилась под поверхностью. Внешне он выглядел спокойным, таким же холодным, как ноябрьская ночь за безупречно чистыми окнами.
Когда его телефон завибрировал, уведомляя об смс-сообщении, Нокс вытащил его из кармана.
Рис: Он поднимается.
Чёртов Рис. Предполагалось, что он уже ушел.
Нокс не знал, как далеко ему придётся зайти, и он находился здесь не с благословения их комудари. И без его ведома.
Но женщина в опасности, и для Нокса это было одним из главных принципов. Он сделает всё, что необходимо, даже если это будет означать, что ему придётся быть грубым с мужчиной, в чей пентхаус он вломился.
Две ночи назад Нокс и остальные члены «Тиши», элитной боевой команды, работавшей на Вампирское Оборонное Агентство, уничтожили ячейку демонов.
В ВОА эту операцию назвали успехом, и так оно и было. По большей части.
Во всяком случае, на бумаге.
«Тишь» отправила в Бездну 52 демона, включая демонического лорда. Они освободили женщину, которую держали в плену. Они помогли обрести покой семьям двух других вампиров, которым не так повезло.
Но ещё одна вампирша, женщина, осталась без вести пропавшей. Она была пленницей — они знали это наверняка, потому что демонический лорд относился к тем особенным тварям, которые любили фотографировать. На десятках снимков была изображена стройная испуганная блондинка.
Её забрали из дома незадолго до прибытия «Тиши». Это всё, что они знали. Они даже не располагали её именем.
Нокса чертовски сильно беспокоило, что он не знал её имени. Как будто у неё вообще не было имени. Как и у него самого.
Он сделает всё возможное, чтобы найти её.
Да, он знал, что она, возможно, мертва. Он слишком долго проработал в этой сфере, чтобы не понимать этого. К тому же агенты ВОА, занимавшиеся поисками, говорили ему об этом десятки раз — до тех пор, пока он не проделал дыру в гипсокартоне. Это заставило их заткнуться. А ещё этим он заслужил от директора приказ «отправляться домой».
К чёрту всё это.
Он молился Идайос, чтобы его женщина была жива, но даже если…
Даже если.
Он всё равно собирался найти её, чёрт возьми.
И он не стал поправлять себя на слове «его». Она была его. Его, чтобы найти. Его, чтобы помочь. Бл*дь, она была его, пока не…
Нокс не знал, и не испытывал желания развивать эту мысль. Она принадлежала ему, и на этом все.
Поэтому он не пошёл домой. Он не «попытался посмотреть на ситуацию в целом», как ему советовали.
Он позвонил Рису.
И его брат, помешанный на технологиях, не подвёл его. Рис нашёл этот адрес. Затем он обошёл сложную систему безопасности здания, чтобы провести Нокса внутрь.
После этого Рис пообещал уйти.
На самом деле, он сказал «да, да», когда Нокс велел ему уйти. Очевидно, это была отмашка, а не выражение согласия.
Нокс должен был понять.
Он не хотел, чтобы Рис ещё сильнее втягивался в это дело. Всё могло обернуться плохо. Не то чтобы Рис не мог с этим справиться, но Нокс не хотел, чтобы последствия этого… неофициального интервью… пали на его брата.
Это было решение Нокса.
Кир, их комудари, их лидер, мужчина, которого Нокс чертовски уважал, был отличным воином, но у него были более строгие моральные принципы, чем у Нокса. Кир мог ограничить, насколько далеко Нокс зайдёт в этом деле сегодня вечером, но с точки зрения самого Нокса?
Не было никаких бл*дских ограничений.
Замок входной двери открылся с электронным сигналом, когда владелец пентхауса ввёл пароль.
Дверь распахнулась, из коридора хлынул свет, обрисовывая силуэт хорошо сложенного мужчины в хорошо сшитом костюме.
Большинство из них наложили бы в штаны при виде такого крупного мужчины, как Нокс, притаившегося в их доме — если бы у них вообще была возможность заметить его, учитывая, что чёрная тактическая одежда делала его почти невидимым в темноте.
Только не для Вэса.
Менее чем за четыре секунды он призраком перенёсся в пентхаус, заняв позицию в самой глубокой тени, и прицелился в голову Нокса из сороковки.
Нокс, уже видевший Вэса в действии, не удивился. Он продолжал стоять, скрестив руки на груди.
— Как, чёрт возьми, ты сюда попал? — потребовал ответа Вэс.
— Тебе не кажется, что «зачем» немного важнее?
— Не особенно, — парень казался раздражённым. Нокс не винил его, но у него не было времени на это дерьмо.
— Мне нужно поговорить с твоей кузиной.
Двоюродная сестра Вэса, Ана, была той самой женщиной, которую «Тишь» освободила из плена демонов. Ана была единственной, кто мог бы дать ключ к разгадке того, куда увезли женщину Нокса.
Потому что, несмотря на всю одержимость демонического лорда фотографированием своих пленников и сниманием на видео их пребывания в камерах, у него не было видеозаписи из бального зала, где проходила его вечеринка, — той самой, на которую «Тишь» заявилась без приглашения.
Следовательно, все, кто видел уход женщины, были мертвы.
Все, кроме Аны.
— Чёрт возьми, нет, — прорычал Вэс, не опуская пистолета.
Нокс ожидал отказа — иначе он не заявился бы сюда вот так — но всё равно что-то горячее и неприятное вырвалось из глубокой ямы у него в груди. Он крепче сжал руки, желая, чтобы порыв насилия отступил.
Для этого не время. Ещё нет.
— Она — наша единственная зацепка. — Нокс услышал, насколько ровным стал его собственный голос. Любой из его братьев распознал бы в этом опасность. Вэс этого не сделал.
Или ему было всё равно.
Или он думал, что пистолет 40 калибра, нацеленный на Нокса, что-то да значил.
— Мне насрать, — отрезал Вэс.
— Она была не единственной в том доме.
— Мне насрать.
Его вывело из себя повторение заезженной пластинки, его отстранённость. Как будто его женщину можно было выбросить, как будто поступить так с ней — сущая ерунда.
Ярость странным образом действовала на Нокса. При росте два метра и весе почти 120 кг он и в лучшие времена был крупным парнем. Но ярость, казалось, удваивала его габариты. Она вырывалась из той обычно тесной ямы, расширялась внутри него, разливалась по всем мышцам и наполняла его энергией как чёртова Халка.
Осознанные мысли исчезли.
Он не услышал тихого «пиф-паф» выстрелов с глушителем, не заметил собственного движения.
Нокс не был замысловатым бойцом, как Лука. Он не был спортсменом мирового класса, как Рис, или блестящим тактиком, как Кир. Он не был хитрым ублюдком, каким бывал Ронан.
Он был грёбаным танком.
Или, как однажды сказал Рис, «одним из этих безумных викингов-берсерков, с пеной у рта и прочим дерьмом».
Нокс набросился на Вэса в считанные секунды, обнажив клыки, хватая руками, напрягая плечи, и впечатал мужчину в стену. Грохот от удара разнёсся по пентхаусу, заставив дорогие окна от пола до потолка задрожать.
  
Нокс никогда не чувствовал боли, когда терял контроль, но глухие удары кулаков об его плоть подсказали ему, что Вэс действовал вовсе не вполсилы.
Развернувшись, Нокс плечом отбросил массивного мужчину на диван. Грохот, падение и звон разбитого стекла возвестили о кончине журнального столика.