Принцесса в Бодунах

Машина сворачивает и едет мимо маленьких деревянных домиков, которые до этого я видела только в книжках со сказками. Сердце проваливается в желудок, а когда наперерез нам дорогу перебегает огромная грязная свинья, и вовсе уходит в пятки.
– Даже не пытайся…
– Это очень милое место… мне здесь заранее все нравится, но я домашняя девочка, папа… Поехали домой, а!.. Я по маме соскучилась.
  
Доехав до конца улицы, отец поворачивает налево, потом еще несколько раз в обе стороны, пока не тормозит у распахнутых деревянных ворот, из-за которых с прохладным безразличием выглядывает лохматый пес.
– Вылезай, – говорит отец, выходя из машины.
– Я тебя здесь подожду, – пищу, отползая в противоположную сторону.
Однако сегодня он явно не в духе. Распахнув дверь, снова ловит мою лодыжку и безжалостно тащит наружу. Я хватаюсь за спинку сидения, лягаюсь, сцепив зубы, но силы не равны. Мой жестокий отец выдергивает меня из внедорожника, а следом выбрасывает из него три моих чемодана.
– Папа, остановись! – выкрикиваю я, но осекаюсь, когда замечаю, как со стороны огромного одноэтажного строения к нам направляется бородатый мужик в клетчатой рубахе.
– Вот, Антоныч, принимай… – вздыхает отец, – Привез на перевоспитание.
– Папа!..
Что он творит?! Какое еще перевоспитание?! Я прекрасно воспитана! Зачем он так позорит меня?!
Мужик, которого папа назвал Антонычем, почесывая густую бороду, осматривает меня так, будто корову покупает. Я вздергиваю подбородок и, тряхнув волосами, устремляюсь обратно в машину.
– Стоять! – рыкает отец.
– Я здесь не останусь! Вези меня домой! Быстро!..
– Слушай, Антоныч, ты ее не жалей… – говорит он, ловя меня за руку, – Голова у нее рабочая, руки-ноги тоже на месте. Эксплуатируй по полной.
– Папа шутит! – смеюсь кивающему Антонычу.
– И что я тут с ней делать буду? – спрашивает тот с сомнением, – Мух от нее отгонять?
– Найдешь ей работу. Пусть вкалывает.
Вручив мое запястье этому мужику, отец посылает мне предостерегающий взгляд, разворачивается и садится в машину.
Застыв на месте, я ошарашенно за ним наблюдаю.
Ну, нет!.. Не может быть! Не верю!
Мотаю головой, когда внедорожник сдает назад, а затем резко стартует с места.
Я смотрю вслед, пока в воздухе не растворяется поднятое им облако пыли.
– Он сейчас вернется, – сообщаю Антонычу, – Это тактика такая. Запугивание.
Он отпускает мою руку и тянется к чемоданам.
– Нет-нет, – улыбаюсь я, – Оставьте. Папа сейчас вернется. Он не поступит так со мной.
– Как знаешь, – пожимает плечами мужик и, развернувшись, не спеша, шагает к дому.
Сцена выгрузки меня из отцовского джипа, увы, не прошла без свидетелей. Кроме старого пса и Антоныча мой позор видели еще несколько человек – пара особей мужского пола, разглядывать которых я ни за что не стану, и откровенно ухахатывающаяся надо мной женщина необъятных размеров.
Стрельнув в нее взглядом, я демонстративно отворачиваюсь. Давай, смейся. Только я через пару часов буду дома, а ты так и останешься толстой.
Подхватив один из чемоданов, я качу его к дороге. Гипнотизирую глазами поворот, ожидая, что вот – вот из-за него покажется машина отца.
Однако минуты идут, а папа все не возвращается. Я злюсь. Мне жарко, обидно и неприятно пахнет. Такой выходки я отцу не прощу. Он не имеет права со мной так поступать!
Подождав еще пять минут, я достаю телефон и набираю его.
В трубке длинные гудки, а затем голос отца, копируя механическую дикцию автоответчика, издевательски сообщает:
– Данный абонент вне зоны действия сети.
– Что?! – ахаю я, – Папа!..
Однако он сбрасывает вызов, и на следующие попытки мой телефон отвечает гробовым молчанием.
Внес меня в черный список?! Родной отец?! Родную единственную дочь?!..
Ну, держись, папуля! Не я начала эту войну!.. Я приеду домой и тебе мало не покажется!
Жму на иконку приложения такси и вдруг понимаю, что со связью здесь беда. Оно не загружается, что бы я ни делала.
– Что за черт!.. – ругаюсь я, подпрыгивая на месте с задранной вверх рукой, – Давай, открывайся!.. Мне срочно нужно свалить отсюда!
Мои попытки не увенчиваются успехом, и это злит еще больше. Я выберусь отсюда, чего бы мне это не стоило!
Запихав Афоню в кармашик чемодана и собрав растрепавшиеся волосы в хвост, решительно направляюсь в сторону того самого поворота.
Меня не окликают и не догоняют. Это значит, все заранее знали, что я здесь не останусь.
Иду по обочине, заранее прощаясь со своими Джимми чу. Такого отношения к себе они точно не переживут. Хочется оплакивать их и те оставшиеся два чемодана, но я держусь из последних сил. Я этого так не оставлю. Дорогой папулик компенсирует все в тройном размере.
Вскоре дохожу до перекрестка и останавливаюсь. И?.. Куда дальше?
Я была в таком состоянии, что совершенно не помню, с какой стороны отец вез меня сюда.
– Простите! – кричу, заметив около одного из домов старушку, – Вы не подскажете, где выезд из вашей деревни?
Она поправляет косынку на голове и уточняет:
– А те куда надо?
– В город.
– В райцентр, что ли?
– Эмм… Наверное, да.
– А!.. Ну это… – подозрительно крутит головой по сторонам и указывает кивком вправо, – Туда иди.
– Спасибо, – бормочу я и направляюсь в указанном ею направлении.
Через почти час ходьбы я понимаю, что натирать ступни могут даже Джимми чу. Останавливаюсь на обочине, чтобы оценить ущерб и вдруг слышу приближающуюся ко мне сзади машину.
Тоже джип, но не отцовский. Особо не задумываясь, я вскидываю руку, и внедорожник начинает тормозить.
Боже!.. Счастье-то какое! Неужели сейчас меня увезут отсюда?!
За рулем парень. Поравнявшись со мной, он опускает стекло с пассажирской стороны и вопросительно смотрит на меня.
– Добрый день! – улыбаюсь как можно шире, – Вы случайно не едете в город? Я заплачу!
– Садись, – соглашается сразу.
Я едва не взвизгиваю от радости и даже не обижаюсь, что он не выходит, чтобы помочь мне погрузить в машину мой чемодан. Откуда местным знать правила этикета, если у них здесь даже интернета нет?
Его внедорожник с кузовком, который завален каким-то инструментом, поэтому я пристраиваю багаж на заднее сидение, а затем сама залезаю на переднее пассажирское и скромно натягиваю юбку на колени.
– Привет, – я буду милой и вежливой. Все ради того, чтобы он увез меня отсюда, – Как дела?
Парень не отвечает, но я не сдаюсь.
– Меня Василина зовут. Вот, приезжала в гости к бабушке, а теперь пора домой. Так не хочется уезжать!
– Так оставайся.
От его предложения мороз по коже идет. Ни за что в жизни.
– Увы, меня ждут дела, – вздыхаю с грустью, искоса поглядывая на него.
Устроить скандал отцу, выяснить, был ли Рафаэль на вечеринке Махоркиной и купить новый гардероб.
 
Глава 3
 
Василина
– А тебя как зовут?
– Антон.
Снова украдкой смотрю на него. Симпатичный. Даже несмотря на черное масляное пятно на голубых протертых до дыр джинсах и шерстяную нитку на запястье.
– Странно, что я не видела тебя здесь раньше.
Бровь парня как-то странно дергается.
– Как говоришь, твою бабушку зовут?
– Анна Васильевна, – проговариваю без запинки первое пришедшее в голову имя.
– Баба Нюра, что ли?
– Да!.. – активно киваю, – Ее все так тут называют.
– Интересно, – чешет пальцем кончик носа, – Она ж вроде еще в прошлом году померла.
Я вздрагиваю, пойманная на лжи, и чувствую, как лицо заливает краской. Терпеть не могу врать. Я очень – очень честная.
– Ой, да ну!.. – машу на него рукой со смехом, – Что ты меня пугаешь? Это, наверное, другая баба Нюра. Моя жива – здорова, до сих пор сама свиней выгуливает.
  
– Наверное…
Мое сердце дрожит как чихуа-хуашечка Мии. Если этот Антон разоблачит меня сейчас, кто знает, не выбросит ли из машины на полдороги.