Благословенный. Книга 7 (СИ)

— Продадим — сдержанно улыбнувшись, произнёс патер. — Продадим, мой друг. Пушки, ружья… что угодно!
— Но не умрёт ли моя армия с голоду? Снабжать продовольствием многочисленные войска в столь отдаленных местах крайне затруднительно…
— Мы можем помочь в этом. Морские перевозки вдоль полуострова позволять вам иметь неограниченные запасы продовольствия. Русские корабли из Сингапура окажут вам всё необходимое содействие. Вам только надо будет захватить одну или две удобные бухты! Ну и, конечно же, очень желательно, чтобы выступление состоялось до начала сезона дождей!
  
Лицо принца вдруг приняло холодное выражение.
— Мы уведомим вас о принятом решении.
Жена принца тотчас церемонно поклонилась, давая понять, что аудиенция закончена.
Патер нижайше поклонился, пряча в ладонях невольную улыбку. Он был уверен в результатах переговоров. В конце-концов, если не сиамцы, то правители Бирмы — кто-нибудь да ворвётся на полуостров!
И тогда наступит время протянуть несчастным малайцам руку помощи…
* * *
Патер не ошибся. Уже через два дня в королевстве Сиам был объявлен Великий поход на юг. Армия Раттанакосина, числом более 23 тысяч человек, под командованием принца Нана пришла в движение, втягиваясь через узкий Малаккский перешеек на полуостров Малайя. Трубя, вышагивали боевые слоны с фальконетами в наспинных башнях; быстро двигался корпус монсов**, маршировал корпус «японской» гвардии, набранный из ронинов, и снаряжённый точь-в-точь как японские самураи. Шагали, глотая пыль, солдаты тахаан — становый хребет армии Сиама; гомоня, гремели деревянными башмаками разношёрстные контингенты вассальных княжеств Чиенгмай, Лабонг, Лагонг, Нань и Пхра Луангпхабанг и Вьентьян на северо-востоке. Каждый нес на плече бамбуковую палку, на обоих концах которой был подвешен весь их багаж, кухонные принадлежности и рис на несколько дней, завязанный в мешок с небольшим количеством соли. Воду несли в бамбуковой веревке, висевшей на шее. Провизию, состоящую из риса, который после варки высушили на солнце, несли на себе в длинных мешках, также как и соль, сушеную рыбу, перец чили и другие мелкие припасы. Солдаты шли пешком, в то время как их офицеры ехали на пони или, если они имели достаточно высокий статус, на слонах. В авангарде шел небольшой отряд из приблизительно 300 человек, называемый «суа па», или «тигры из леса», разведуя местность и попутно наводя ужас на местное население.
И на султанаты Малайзии опустился страх.
* майсуры — государство на юге Индостана, разгромленное армией Британской Ост-Индской компании в 1799 году.
** монсы (моны) — этническая группа, живущая в Тайланде и Бирме, в средние века отличавшаяся воинственностью.
 Глава 3 
Совещание с военными было первоочередным в списке моих задач. Генерал-фельдмаршал Суворов и генерал Кутузов уже присутствовали в Эрфурте, через три дня приехали из Потсдама генерал Бонапарт и полковник Толь. На следующий день появился Лазар Карно — он также вынужден был бежать от наступающих французских войск. Я тотчас назначил с ними совещание, пригласив также представителей союзников — генералов Блюхера и престарелого фельдмаршала Калькрейта.
Речь пошла об организации сопротивления французам. По данным армейских шпионов, баварская армия Моро пока еще не покидала зимних квартир, но подготовка к весенней компании шла там полным ходом.
Сначала нам следовало обсудить вопросы материального снабжения армии, с тем, чтобы скорее отдать необходимые распоряжения гражданским властям и Германии, и России. Вопрос этот относился к списку самых острых. Я знал, что война с Францией неизбежна; эта страна не могла бы смириться с нашим господством в Северной Германии. Но ни я, ни мои военачальники и министры никак не могли предположить, что французы начнут ее так скоро — ведь они только что закончили тяжелую войну с Австрией! По всем признакам выходило, что мы сможем оттянуть конфликт на год или два; но, как оказалось, в дело вмешались какие-то посторонние неучтённые факторы. Министр иностранных дел Северо-Германского Союза граф фон дер Гольц клялся, что послание президента Вильгельма в адрес парижского Консулата не содержало решительно никаких оскорбительных заявлений. Разумеется, я мог поручить Строганову и Скалону разобраться в произошедшем, но, увы, на результат эту уже никак не влияло.
Так или иначе, война разразилась и застала нас «со спущенными штанами». Армия находилась в процессе переформирования: мы переходили с рекрутской системы набора на систему воинской повинности, которая должна была дать нам огромные человеческие ресурсы, но пока не была должным образом налажена. Силы Северо-Германского союза, несмотря на все усилия генерал-фельдмаршала Суворова, в прошлом году отправленного мною на переобучение бывших прусских полков, еще не оправились от нанесённых им поражений и не получили должной переподготовки. В общем, с людьми всё было крайне скверно; но ещё хуже обостряло дело с оружием.
Тульский завод переводился на производство новых моделей оружия — казнозарядных нарезных винтовок под пулю Минье. Ружья эти весьма хороши — стреляют в два раза быстрее и в три раза дальше обычного, но стоят в два с половиною раза дороже, а главное — производство их пока еще нисколько не налажено, выпущенного количества не хватит даже на батальон. Сестрорецкий завод три года назад начал производство другой модели — «двухпульных» ружей, коих произведено уже более двадцати тысяч. Сейчас ими перевооружена вся гвардия и часть гренадеров. Но, опять же — этого мало! Между тем, завод почти прекратил выпуск обычных ружей — а они крайне нужны!
Ещё имеется несколько тысяч дульнозарядных нарезных ружей — ими вооружены четыре полка егерей. Но, бросить их сейчас в бой — значит раскрыть секрет этого оружия перед всей Европой!
Стоит ли оно того? Нарезное оружие пока малораспространено в Европе. Стоит нам показать свои наработки — и всё изменится…
Перевооружение артиллерии тоже еще не закончено. На сегодняшний день нами отлито более 500 орудий нового типа, а нужно их полторы тысячи! Старая артиллерия соседствует в армии с новой, что не способствует её эффективности.
Поэтому обсуждение предстоящей войны я начал именно с вопроса снабжения войск.
Мы собрались в Потсдаме, во дворце Фридриха Великого. Присутствовали генералы Бонапарт, Кутузов, Блюхер, Тормасов, Толстой, фельдмаршалы Суворов и Калькрейт, а также гражданские чиновники: Румянцев, Сперанский, недавно прибывший из Петербурга министр промышленности Барклай-де-Толли (брат знаменитого генерала)
Первым делом обсудили нашу «оружейную драму». Иван Богданович с сожалением пояснил, что быстро нарастить производство ружей невозможно — иначе придется отказаться от перевооружения армии на новые образцы.
— Что же — решил я — раз так, оружие придётся закупить в Англии. Они могут поставить нам сто тысяч ружей в течение ближайших шести месяцев — их мы обратим на вооружение наших германских союзников.
По следующему вопросу — стоит ли раскрывать секрет наших нарезных стволов, генерал Бонапарт оказался вполне категоричен:
— Несколько тысяч даже очень хороших ружей не решат исход войны. Поверьте, мы справимся и так! Дайте этим егерям обычные ружья, и отправьте их в Резервную армию!
Остальные присутствующие поддержали мнение Николая Карловича.
Перешли к вооружению артиллерии. Большие надежды я возлагал на шрапнельные выстрелы. Они прекрасно показали себя в предыдущей войне, но производство из пока ещё оставалось очень ограниченным. Нашли решение и здесь:
  
— У нас есть некоторая замена шрапнельным снарядам — пояснил Бонапарт — это так называемая «стержневая картечь». Её производство несложно наладить прямо в Германии, — любая мастерская, способная производить добротные гвозди, справится и с этой работой. Стоит поторопиться разместить заказы на нее, имы непременно получим отличное вооружение, способное прекрасно работать против французских колонн! Если же мы привезём морем чугун и железо из Петербурга в Магдебург и Берлин, то сможем произвести из него огромное количество ядер, картечи, и прочих припасов. Оружейные мастерские в Магдебурге, Берлинский арсенал способны снабжать нас в потребном количестве всеми основными видами боеприпасов. Надобно пользоваться возможностями завоёванной страны!