После выпускного (СИ)

— Ты понятия не имеешь, о чем я думала, — Эльза вздохнула. — Я видела, что вы не можете вырваться, но выражения на ваших лицах недовольными не были. И я поэтому спрашиваю, Андре Керн красивее меня?
— Что за кошка между вами пробежала? — я проверил на месте ли пистолет, и решительно подошел к Эльзе, чтобы уже вывести ее отсюда.
— Неважно, — она отмахнулась. — Сава, ты ответишь на мой вопрос или нет?
— Андре очень красивая женщина, — я не стал отрицать очевидного. — А некоторая фанатичность и легкая безумность делают ее особенной и еще более привлекательной. Но я никогда, глядя на нее, не мечтал прижать к стенке и сделать то, что только что сделал с тобой. Особенно, это приносило некоторые неудобства на уроках. Ваша школьная форма — это просто квинтэссенция сексуальности. Особенно плиссированная юбочка, до середины бедер. По-моему, ее разрабатывал старый педофил, основываясь на свои влажные фантазии.
— Прекрати, — Эльза фыркнула и стукнула меня кулаком в бок.
— Ты сама спросила, — я ухмыльнулся. — Знаешь, как это было ужасно, со стояком на уроках сидеть? Ну, а если серьезно, то я вовсе не против повторить. Только на этот раз в постели и довольно продолжительное время, желательно без катаклизмов локального характера. Хотя свою школьную юбку можешь перед этим надеть. А теперь пошли отсюда, мне вот прямо позарез надо кое-кого убить.
Эльза кивнула и сделала шаг впереди меня. Как оказалось, пол не просто выглядел херово, он таким и был на самом деле. Послышался громкий треск, и мы ухнули в образовавшуюся яму. Летели мы не слишком долго и приземлились, не переломав себе ничего. Я сразу же вызвал дар и продиагностировал как Эльзу, так и себя. Никаких повреждений, кроме пары синяков мы не заработали, что не могло не радовать. Отстраненно я подумал, что, наверное, нам повезло, что случилось это именно сейчас, а не в самый разгар довольно приятного, чего уж тут говорить, процесса. Тогда мы вряд ли отделались бы так легко. Рядом с нами упал стол все еще будучи пришпиленным к той части пола, на которой он стоял. Я встал и, задрав голову, посмотрел наверх.
— Та-а-а-к, а ну колись, что у тебя произошло с Андре, раз это вызвало такую мощную реакцию? — я повернулся к Эльзе. Здесь было довольно светло. От стен шло легкое сияние и воняло канализацией. Где, мать вашу, мы очутились?
— Я однажды застукала ее в аналогичной ситуации. Вот только магнита там не было, а на твоем месте стоял мой отец… без штанов, — резко ответила Эльза, а в ее голосе прозвучала горечь.
— М-да, — я потер подбородок. — Ну понятно, почему ты ее недолюбливаешь. Только, Эл, это личные дела Андре и твоего отца. Я бы еще понял, если бы ты ее со своим парнем в такой ситуации застукала. — Хотя если бы она застукала Андре со своим парнем, то сомневаюсь, что у меня был бы сейчас хороший адвокат. От всплывшей в мозгу картинки разорванного в клочья тела адвокатессы стало немного не по себе. — Ладно, как выбираться будем?
Не успел вопрос прозвучать, как сверху раздался легкий гул, и прямо на нас полетела откуда-то из глубины туннеля, в котором мы оказались, металлическая решетка, подобная той, к которой я приклеился в комнате наверху.
— Ложись, — схватив Эльзу, я повалил ее на пол, чувствуя, давление на палец. Вдобавок ко всему, пистолет попытался прорвать карман, чтобы полететь вместе со всем металлическим хламом, который летел теперь со всех сторон наверх к включенному магниту. — Какой козел снова его активировал? Я им все ноги вырву и в уши воткну!
Чтобы избавиться от давления, я принялся медленно отползать в зону, где этот чертов магнит действовать не будет. Видимо, сломавшийся пол нарушил какой-то изолирующий контур, раз излучение начало действовать на металл здесь в канализации.
Вскоре от самого пола до потолка возвышалась огромная куча разного барахла, наглухо закупорив выход. Давление исчезло так же внезапно, как и появилось, до этих баранов, похоже, дошло, что они херню какую-то наделали. Вот только нам от этого было совсем не легче. Ждать, когда до нас доберутся спасатели и вытащат отсюда, мы могли бы до бесконечности. Этот мусор не просто притащило, его спрессовало между собой, создав колонну, в самом основании которой находился стол, который притащило за те самые двадцатисантиметровые гвозди и намертво прибило к чему-то, напоминающее сетку рабицу, которую когда-то на кровати устанавливали. Путь нам оставался только один — прямо по туннелю. Но это канализация, поэтому надо надеяться, что мы наткнемся на какой-нибудь выход, по идее-то их должно быть много. Правда, это сияние, идущее от стен и дающее такое приличное освещение, подталкивало мысли в пессимистическую сторону, потому что на обычный канализационный туннель походило мало, несмотря на стоявшую вокруг вонь
 
— Так кто, говоришь, включает этот магнит? — я обернулся на Эльзу, которая держала в руке мой пистолет. Надо же, он все-таки вырвался из кармана. Но Эл молодец, не дала ему сгинуть в этом Эвересте.
— А тебе это зачем? — я протянул руку, но она только покачала головой, и сунула пистолет за пояс юбки.
— Не только у тебя появилась потребность в обязательном убийстве, и желательно максимально жестоком, — очень спокойно ответила Эльза.
— Есть у меня на примете один большой котел, для осуществления задуманного. Тебе должно это понравиться. Но надо сначала выбраться отсюда, — и я направился по туннелю, молясь про себя, чтобы мы не наткнулись на крысюков, встреча с которыми может существенно наши шансы уменьшить, или на что-нибудь похуже.
  
Глава 7
 
Уже примерно через полчаса ходьбы, судя по ощущениям, запах перестал ощущаться. Мы просто принюхались и теперь не ощущали витающих вокруг нас миазмов. Вот только подозреваю, несло от нас так, что любой бомж позавидует. Эльза шла молча рядом со мной, сосредоточенная и очень серьезная. Похоже, что сегодняшний день пошел ей на пользу во многих аспектах, и она уже не выглядела тенью самой себя, лишь отдаленно напоминавшую ту Эльзу, о которой я помнил. Плохо то, что если мои самые худшие опасения подтвердятся, то она снова может замкнуться в себе. Ну, при условии, что мы вообще в живых останемся.
Однообразие пейзажа начало действовать на нервы, куда раньше, чем пропало ощущение канализационной вони, к тому же, усиленное постоянным ожиданием нападения. А в то, что нападения не будет, я не верил. Не с моим везением. Я всю свою сознательную жизнь живу по законам Мерфи, и в том мире, который уже и не вспоминаю, и в этом. Уже просто привык к тому, что если есть хоть малейший шанс случиться основательной такой херне, то она обязательно на меня свалится, как тот совершенно случайный самокат. Или этот гребанный магнит, который включили именно в тот самый момент, когда я находился в зоне его действия наедине с собственным адвокатом, и мы оба была как назло обвешаны металлическими предметами, как металлисты седьмого разряда, что делало и так непростую ситуацию еще более запутанной. Поэтому рассчитывать на то, что мы выберемся отсюда без приключений, я бы не стал. Вот только никак не мог представить, нападение кого с большей степенью вероятности произойдет на наши головы, или, скорее не головы, а совсем на другие части тела, что тоже будет не слишком приятно. В том, что в этих туннелях есть не только крысюки, но и может водиться что-нибудь пострашнее, я был практически уверен, а мое чутье завывало на разные голоса, высказывая предположения одно круче другого, что как-то не слишком прибавляло уверенности. Покосившись на Эльзу, я придержал язык, чтобы не нагнетать и не пугать ее раньше времени.
 
Но вообще-то, если рассматривать картину в целом, что-то положительное в этих законах всемирного мудачества все же было, взять хотя бы тот же магнит: если бы его не было, то с Эльзой и ее даром мы бы все еще не разобрались, а затягивание неизбежного, наверняка привело бы к более фатальному концу, нежели блуждание по канализации.
— Здесь очень холодно, — наконец произнесла она, и я поежился, поведя обнаженными плечами, кожа на которых после ее слов покрылась мурашками. За то время, которое я провел в этом мире, мясо нарастить удалось, сейчас хоть не стыдно идти в таком виде с красивой девушкой, пристально меня разглядывающей.