Петля времени
Гай сходил с ума от безделья и с каждым днем все больше склонялся к мысли, что надо уносить ноги, пока вязкая трясина Салмона не засосала его окончательно. Глядя на толстую тушу шерифа, свисающую из облезлого кресла, парень понимал, что если не найдет в себе силы удрать прямо сейчас, то в перспективе станет таким же ленивым бегемотом. Но, как только он поднимал разговор об отъезде, мать начинала рыдать и стонать, что не хочет умирать в одиночестве. Шантаж был грубым, а истерика постановочной, но Гай не мог видеть матушкиных слез и снова давал обещание не покидать родные стены. Хотя его родительница была не такой уж немощной, как хотела казаться. Она работала на почте, запросто могла обматерить местных алкоголиков, регулярно встречалась с соседками за стопочкой наливки и от одиночества совершенно не страдала.
В какой-то момент Гай принял окончательное решение, что еще год просидит в провинциальной глуши из уважения к шерифу и матери, а потом сбежит в большой город. Конечно, ему придется туго: нищеброды из провинции на фиг никому не нужны, но это все равно лучше, чем спиться на выселках. Для начала он попробует устроиться в полицию, хотя в столице его вряд ли возьмут даже в самый затрапезный участок. Из серьезных достижений – только поимка школьников, насравших в кабинете директора. С таким послужным списком он не самый ценный специалист на рынке труда. В крайнем случае можно пойти вышибалой в ночной клуб, а параллельно искать работу получше.
От грустных мыслей парня отвлек невысокий мужчина, который вошел в кабинет. Внешность собеседника была совершенно непримечательной, словно его вываляли в пыли. Бесцветные волосы, невыразительные глаза, унылый серый костюм – такого человека уже через пять минут не вспомнишь. Хотя Гай был очень наблюдательным и сразу запоминал мельчайшие приметы, но человек из центра не обладал ни одной: у него не было родинок, шрамов, бородавок, усов и даже лысины.
«Человек-моль», – мысленно дал прозвище бесцветному собеседнику Гай.
– Простите, что задержал Вас, пробки на дорогах, – дежурно извинился человек из центра.
«Что за нелепая брехня? – снова подумал Гай. – В нашем городишке и на много миль вокруг никогда не было пробок. Лучше вообще ничего не говорить, чем так нагло врать».
Мистер «серый костюм» представился таким же невыразительным именем и начал с пристрастием допрашивать Гая о вчерашнем крушении самолета. Когда он увидел в небе белоснежный лайнер, каким был звук турбин, как именно падал самолет, куда упал (словно обожженное поле и разбросанные по нему фрагменты корпуса не были убедительным доказательством неудачного приземления), что увидел Гай на месте катастрофы и какие предпринимал действия поминутно.
Через три часа дурацких расспросов нервы парня были на пределе. Он впервые понял, почему невиновные люди признаются в преступлениях, которых не совершали: после многочасовых допросов хочется прекратить эту пытку любой ценой.
В какой-то момент Гай тоже не выдержал и с вызовом спросил занудного мужика:
– Вы думаете, что это я сбил лайнер, а теперь пытаюсь скрыть следы преступления?
Собеседник юмора не оценил, перекосился и начал что-то усиленно строчить в своем блокноте.
В этот момент дверь кабинета распахнулась и на пороге появился другой господин – полная противоположность «серой моли». Немолодой мужчина напоминал манекен из магазина элитных костюмов. Седые волосы красиво уложены, белоснежная рубашка выглажена, черный пиджак сидит как влитой, а начищенные ботинки сияют, словно их только что обработал чистильщик обуви. Гай невольно спрятал ноги под стол и впервые застеснялся своих растоптанных кроссовок. Идеальный образ франта довершал тонкий аромат парфюма. Со стороны казалось, что мужик собирался на свадьбу в качестве жениха, но промахнулся с адресом и по ошибке заскочил в полицейский участок.
– Спасибо, Тони, дальше я сам, – седовласый красавчик заулыбался, как кинозвезда, и выпроводил «серый костюм» за пределы кабинета.
– Простите, что натравил на вас эту занудную собаку, – собеседник сел напротив Гая и небрежно бросил на стол дорогую кожаную сумку. – Тони туповат, но в некоторых случаях просто незаменим. И еще мне было любопытно посмотреть со стороны на вашу реакцию.
Гай засопел и глянул на мужика исподлобья. Значит, это франт наблюдал за его допросом через специальное стекло. Интересно, с какой целью? И чего они все к нему прицепились? Ладно бы дело шло об обычном преступлении, или его подозревали в превышении должностных полномочий. Но тут речь идет о крушении огромного самолета! Зачем несколько часов допрашивать рядового копа, который стал обычным свидетелем трагедии? Да, он прибежал на место крушения первым, и что с того? Может, на воздушном судне перевозили какой-то ценный груз и его кто-то спер? Но самолет так полыхал, что от вещей почти ничего осталось. И потом надо быть полным идиотом, чтобы подозревать полицейского в краже чемоданов.
Видимо, вся гамма чувств отразилась на лице Гая, потому что собеседник поспешно добавил:
– Мы вас ни в чем не подозреваем.
Затем помолчал и продолжил:
– Меня зовут Барри, Барри Калвер, – он протянул руку, – рад знакомству.
Гай не мог сказать, что сильно рад встрече, но руку все же пожал.
– А теперь расскажите мне все, что видели в тот день в небе и на месте катастрофы, – снова заулыбался мистер Калвер.
– Что, опять?! – не выдержал Гай. – Я все в деталях рассказал вашему напарнику, можете послушать аудиозаписи.
– О-о нет, Тони не мой напарник. И слава Богу! Я бы с ним застрелился уже через час.
«А меня дал терзать целых четыре», – зло подумал Гай.
– Я прекрасно слышал ваш рассказ, так что повторять необязательно. У меня к вам вопросы иного характера. Заметили ли вы в момент катастрофы какие-либо странности? Неопознанные объекты в небе или на месте аварии?
– Вы имеете в виду дроны или военные ракеты? Нет, ничего такого я не видел, – ответил Гай и нахмурился. – Я, конечно, не специалист, но мне показалось, что у лайнера была какая-то проблема с двигателем. Турбина горела… и самолет взорвался, когда упал на землю, а не в воздухе.
– Я не про ракету… Были ли в небе какие-то воронки, возможно, всполохи? Северное сияние? Цвет неба не менялся? Может, оно стало розовым?
Он вообще в своем уме? Или уважаемый мистер Калвер принял его за наркомана?
– Нет. Небо было голубым, никаких воронок и северного сияния, – буркнул оскорбленный парень.
Да что такое, в конце концов? Он никогда в жизни не употреблял дури! Прилежно служил в армии, даже побывал в горячей точке, пусть и недолго. Теперь вот работает в полиции – туда наркоманов обычно не берут. А сейчас его спрашивают про розовое небо и северное сияние.
– Нет, парень, мои вопросы не имеют к наркотикам никакого отношения. Я знаю, что ты никогда не баловался этой дрянью.
На недоуменный вопрос Гая Барри ответил:
– Я вообще много чего знаю. И про тебя в том числе. Кстати, не желаешь сменить сферу деятельности? Мне очень нужен помощник, молодой, шустрый, с устойчивой психикой и адекватным взглядом на мир. А то все наши городские мальчики через одного неврастеники. Вдобавок настоящие фантазеры, вечно напридумывают того, чего не было и в помине.
Гай в недоумении молчал. Не об этом ли он мечтал всего несколько часов назад? Свалить подальше из унылой дыры, найти работу поинтереснее. И даже был готов идти вышибалой в ночной клуб. А тут появился джентльмен из центра и с ходу предлагает ему работу. Что-то тут нечисто.
– Ну… я… в общем не против, – осторожно ответил Гай. – А в чем именно заключается работа?
– Да, ты правильно сомневаешься, – совершенно серьезно произнес Барри, – я бы тоже на твоем месте решил, что меня втравливают в какое-то дерьмо.
Он внимательно посмотрел на парня и продолжил:
– И я действительно втравливаю. В полное дерьмо. Без просвета. Так что, ты согласен?
Гай на минуту задумался. В конце концов, что он теряет? В сраный Салмон он может вернуться в любой момент. Будет сидеть рядом с шерифом, жрать пончики, толстеть и бухать по пятницам. А сейчас жизнь подкидывает шанс, хотя и весьма сомнительный. Накануне допроса шеф его предупредил, что люди приедут из очень секретной конторы, о которой не принято говорить вслух. Так что седовласый пижон не рядовой клерк в полицейском участке. И, судя по внешнему виду, даже не коп. Интересно, откуда он? Федеральная служба безопасности? Разведка? Прокуратура?