Леди греха

– Вы трус и прячетесь за ее спину.
– Я защищаю ее.
– Вы думаете только о себе. – Дружеским жестом он положил руку на плечо Марденфорда, но сжал его так сильно, что лицо того побледнело. – Слушайте, что я скажу, и поверьте, что это правда. Я вовсе не хочу сделать эту историю всеобщим достоянием. Однако если вы не примете предложение, которое я сделаю, я позволю ей выйти наружу. И позволю церкви принять решение относительно того брака, палата лордов решит вопрос о вашем титуле, а суд рассмотрит случившееся в тот день на Темзе. Будущее Шарлотты в любом случае не пострадает, потому что она будет моей женой.
– Вы не женитесь на женщине с такой подорванной репутацией.
– Я принял бы ее, даже если бы она пришла ко мне в дерюге с улицы.
– Она не захочет вас позорить. Посмотрите на нее с моим сыном. Она отвергнет вас, если из-за меня вы нанесете вред ему.
– Теперь вы используете собственного сына в качестве щита. Вы отвратительны мне. – Натаниел отпустил плечо Марденфорда, едва сдерживая желание основательно поколотить этого ублюдка. – Пойдемте в дом. Я объясню, что вы должны сделать. И не рассчитывайте, что я пощажу вас, если вы откажетесь.
Наконец Амброуз устал от беготни и игр. Шарлотта присела на траву и взяла малыша на колени. Он весело смеялся, дергая ее за ленточки шляпки и гладя ее лицо.
Натаниел провел Джеймса в дом. Шарлотта поняла, что Джеймс узнал об их открытии. Возможно, узнал и о других вещах, о которых знал только один Натаниел.
Она крепко обняла Амброуза. Его приезд был замечательным подарком. Она почувствовала такое облегчение, что ее теперь не очень заботило происходящее в доме.
Амброуз заерзал у нее в руках. Его внимание привлек посторонний звук. Освободившись из объятий Шарлотты, он побежал к слуге, который только что вошел в сад. Слуга был молодым человеком, почти мальчишкой, и он засмеялся, когда Амброуз обхватил ручонками его ногу. Он остановился, велел ребенку держаться покрепче, затем направился к Шарлотте, осторожно покачивая маленькое тельце, мешающее его шагам.
– Миледи, джентльмены хотят видеть вас в библиотеке, – сказал юноша, пытаясь не обращать внимания на то, что Амброуз требовал продолжить игру.
– Будьте любезны, отведите моего племянника к домоправительнице. Скажите ей, что я скоро приду за ним.
– Если хотите, я отведу его на кухню. Повариха обожает маленьких. – Его предложение означало, что строгой домоправительнице вряд ли понравится этот активный и шумный малыш.
– Полагаюсь на ваше решение, – улыбнулась Шарлотта.
Слуга направился к дому, и воздух наполнился визгом Амброуза, пока тот нес его на ноге.
Шарлотта вошла в дом через дверь террасы и проследовала в библиотеку, где ее ждали Натаниел с Джеймсом. Похоже, одна глава книги жизни закончилась, и они ожидали, что страница будет перевернута.
Джеймс быстро и безразлично взглянул в ее сторону. Шарлотта почувствовала: он предпочел бы не видеть ее вовсе.
Наступила неопределенная пауза.
– Меня пригласили, но никто не хочет ничего сказать? – спросила она.
– У Марденфорда есть что сказать, не так ли? Думаю, он колеблется, потому что от тебя потребуется сделать большое одолжение.
– Я буду рада помочь тебе, Джеймс, во всем, в чем только смогу.
Марденфорд слабо улыбнулся. Он не выглядел довольным. Несомненно, его смущало, что приходилось просить одолжения у той, кого он недавно так оскорбил.
Он подошел к письменному столу, на котором лежала стопка бумаг. За время встречи мужчин было исписано немало листков.
Лицо Джеймса вытянулось. Рот сложился в тонкую линию. Он смотрел мимо Шарлотты – в никуда.
– Я решил уехать за границу. Я согласился… Я буду очень признателен, если ты позволишь Амброузу жить с тобой до моего возвращения.
– Ничто не доставит мне большего удовольствия, Джеймс. Тебе это прекрасно известно.
Джеймс взял со стола бумагу.
– Я в письменной форме заверил, что ему разрешается остаться с тобой на время моего отсутствия, так что семья не сможет воспротивиться этому. – Он указал на другую бумагу. – Это обращение к моему поверенному и документы, устанавливающие опеку над мальчиком, и средства на его содержание.
 
Она взглянула на Натаниела. Он безразлично наблюдал за происходящим, но его взгляд пригвоздил Джеймса к месту.
– Опека? Сколько же времени ты собираешься отсутствовать?
– Полагаю, какое-то время. Право, я не знаю точно. – Он посмотрел на Натаниела, но пламя бунта было погашено холодным взглядом последнего. – Это будет длительным приключением. Думаю, я заслуживаю его, – пробормотал Марденфорд.
Шарлотта задала несколько уточняющих вопросов, но узнала очень немногое. Это приключение должно было начаться немедленно. Джеймс даже не собирался взять с собой Амброуза домой.
– Пока я пошлю к тебе его няню, а потом ты сможешь сделать собственный выбор.
– Даже не знаю, что сказать, Джеймс. Я благодарна тебе за то, что ты назначил меня опекуншей Амброуза.
Он внимательно посмотрел на нее. Причем взгляд его задержался на пятнах на платье Шарлотты, появившихся во время игры.
– Что ж, не балуй его.
Воцарилось молчание. Джеймс по-прежнему наблюдал за Шарлоттой. Натаниел откашлялся, нарушая тишину и выводя Джеймса из задумчивости.
– Ах да, дом… Он снова твой, если пожелаешь. Я действовал грубо и опрометчиво, и поскольку Амброуз будет жить с тобой…
– Благодарю, но не думаю, что я вернусь туда. Благоразумнее всего продать его. Видишь ли, я поняла, что жила там слишком долго. Обещаю тебе, что, куда бы я ни отправилась, Амброуз будет любим и хорошо устроен.
Джеймс вопросительно посмотрел на Натаниела. Тот лишь пожал плечами.
– Ну что ж, значит, все решено. – Джеймса было еле слышно. Слова вырвались на выдохе. – Теперь я отправляюсь. Не думаю, что мы увидимся до моего отплытия из Лондона. – Он решительно и торопливо направился к двери.
Шарлотта встала так, чтобы он прошел мимо нее.
– Джеймс.
Он остановился.
– Амброуз на кухне, если хочешь, можешь попрощаться с ним, – сказала она.
Он лишь тупо кивнул. Шарлотта потянулась и поцеловала его в щеку.
– Будь осторожен, дорогой брат.
Он схватил ее руку и жарко поцеловал. Затем выпрямился и вышел из комнаты. Она смотрела, как дверь захлопнулась у него за спиной.
Натаниел молча наблюдал за концом представления. Ведь именно он устроил эту маленькую драму.
– Он не скоро вернется в Англию, не так ли? – спросила она.
– Да.
Она прошла по ковру к окну. Внизу она увидела Джеймса, который направлялся к своему экипажу. Он даже не сказал «до свидания» собственному сыну.
Она подошла к письменному столу и начала перебирать бумаги.
– Вы не теряли зря время. Вот еще одно распоряжение насчет солидного содержания Джозефа, он же Гарри.
– Джеймс понял, что обязан обеспечить мальчика. Шарлотта могла себе представить, что произошло здесь, в библиотеке.
– Амброуз увидит когда-нибудь своего отца?
Натаниел приблизился к ней и взял бумаги у нее из рук.
– Когда он вырастет, то сможет посещать Марденфорда там, где тот будет жить. От его отца будет зависеть, объяснит ли он Амброузу случившееся.
– А ты собираешься рассказать мне, что случилось?
– Я не шантажировал его, если это то, что тебя интересует.
– Это было бы странным шантажом, ведь в результате ты не получил бы ничего в придачу к нашему браку, кроме маленького мальчика, который вовсе не твой сын. – Она пожала плечами: – Он достаточно милый маленький мальчик. Через год-другой он перестанет хныкать и плакать.
Она взглянула на документы. Денежные трасты и гарантийные письма, обеспечивающие сына Джеймса и касающиеся его имения. Это были законные распоряжения человека, приводящего в порядок свою жизнь.
– Он не собирается покончить с собой?
– Нет. Однако он не вернется в Англию.
– Не вернется. Никогда. – Шарлотта посмотрела на жениха. Не шантаж, но сделка. Компромисс. Джеймс согласился на это, чтобы избежать скандала, связанного с Изабеллой и Гарри. Чтобы избежать формальных расследований о браке в Испании.