Мертвецы не пьют у Лафитта (ЛП)

Джордж, поскольку у него не было дара его демонического двойника с огнём, бросился назад, врезавшись в стол позади себя и сбив с ног вампиров, которые пытались обезглавить его. Как вспышка, он перевернулся и вонзил кулаки прямо в головы вампиров, его мощные драконьи мышцы превратили лица вампиров в кашу. Оуэн радостно закричал, когда Джордж оторвал каждому голову.
Стефо просветила взглядом ещё раз, в то время как Мег убирала любого, кто был в пределах досягаемости её плети. Они вдвоём спасли нас. Вампирам приходилось держаться на расстоянии от Мег, и их глаза были закрыты. Без них у нас не было бы ни единого шанса выстоять против двадцати вампиров.
Вампир попытался добраться до двери, но одним взмахом плети Мег сорвала одежду и плоть с тела вампира. Оглядев кучу вампиров-скелетов перед собой, Мег запрокинула голову с пронзительным боевым кличем.
Вампир прыгнул мне на спину, вцепился зубами в шею и руками в лицо. Я вонзила когти в его голову и перекинула его через плечо. Удерживая его на месте одной парой когтей, я другой провела по его шее. Кровь попала мне в глаза. Я оглядела комнату в поисках Амелии.
Она подтолкнула ко мне двух своих охранников, а затем отступила в секретную комнату. Прежде чем дверь за ней закрылась, я увидела размытое пятно, а затем один из охранников рухнул на землю, голова покатилась к моим ногам. У меня была всего доля секунды, чтобы задаться вопросом, кто это сделал, прежде чем меня атаковал второй вампир. Прыгнув к нему, я хлестнула когтями по его груди, развернулась и схватила его за голову на следующем развороте.
— Красиво, — восхищённо сказал Дейв.
— Если под «красиво» ты подразумеваешь жестоко, чёрт возьми, да. Отлично сработано, малыш, — Стефо похлопала меня по спине, пока я вытирала кровь с лица.
— Всё в порядке?
Я лихорадочно сосчитала стоящих. Все ли мои люди были живы и здоровы?
Оуэн искал выключатель, пока Мег обезглавливала бесплотных вампиров у своих ног. Когда верхний свет — естественно, люстра — зажёгся, мы увидели бойню вокруг нас. Антиквариат был разбит, стены, украшенные золотом, забрызганы, а с кристаллов наверху капала кровь.
— Кто использовал ножку стола, чтобы проткнуть вампира?
— Придурок не смотрел на меня, — пожаловалась Стефо.
Наряду с кучами пепла, пыли и одежды, тут было много тел вампиров. Амелия, должно быть, спустила своих самых молодых людей. И она оставила их на произвол судьбы, пока сама пряталась.
— Амелия всё ещё жива, или, во всяком случае, не жива. Она в той комнате, — сказал Оуэн, указав на участок стены, который открылся ранее.
Дейв пнул обезглавленный труп на своём пути.
— Я бы сказал, давайте бросим этих парней в яму вместе с их жертвами, но я не хочу их трогать.
— Прямо здесь, с тобой, — сказал Джордж.
Я направилась к той части стены, за которой исчезла Амелия, в поисках панели сигнализации. Похоже, это была гладкая, оклеенная обоями стена, как и остальные четыре. Мысленно сканирую бар, я искала Амелию. Я не хотела, чтобы мы тратили время на попытки пройти через дверь только для того, чтобы обнаружить, что у неё есть запасной выход.
Закрыв глаза, я отыскала холодную, светящуюся точку вампира. Было трудно видеть сквозь стену, мой мозг был вялым. Я отчаянно нуждалась во сне. Наконец, я слабо ощутила два всплеска.
— Я видела только, как Амелия отступила. Кто-нибудь ушёл с ней? За стеной два вампира.
Я постучала по обоям под рукой.
— Там была только Амелия, — подтвердил Оуэн. — Я наблюдал.
— Может быть, изначально в комнате было четверо, но показались только трое? — решил Джордж.
— Возможно. В любом случае, они оба всё ещё там. Итак, как нам попасть внутрь?
Мы все начали водить руками по стене, пытаясь найти защёлку или углубление, что-нибудь, что могло бы вызвать высвобождение двери. После долгих минут бесплодных поисков, когда боевой адреналин пошёл на убыль, мы сдались.
— Это может быть пульт, который она носит с собой, — предположила я.
— Она должна будет выйти в какой-то момент, — сказал Дейв, опускаясь на соседний диван. — Мы подождём её снаружи.
 
Ничего не найдя, остальные принялись бродить по комнате. Мег изучала то, что осталось от наручников, которые недавно удерживали Годфри, пока Стефо рылась в карманах мёртвых вампиров.
Оуэн вывел Джорджа в холл и усадил его, чтобы он мог обработать его раны. Оуэн внезапно повернул голову вправо.
— Эй, когда ты здесь появился?
Мы все повернулись к коридору, когда стена открылась прямо за моей спиной. Дерьмо! Развернувшись, выпустив когти, я едва успела остановиться, прежде чем схватила Клайва за голову. Потом я поняла, что его рука держит моё запястье в десяти сантиметрах от его шеи. Да, его рефлексы определённо были быстрее моих.
Невозмутимо, он ухмыльнулся.
— Дорогая, осторожнее с когтями.
Я бросилась в его объятия, зная, что всё это наконец-то закончилось.
— Как, чёрт возьми, ты там оказался? — потребовал Дейв.
Клайв провёл рукой по моей спине, успокаивая меня.
— Я могу проснуться до наступления темноты, если на меня надавят. Когда я был близко, я почувствовал Годфри как маяк. Я прибыл, когда Амелия закрывала дверь.
— Ты был тем, кто обезглавил охранника.
Конечно. Я знала, что он быстр, но это было абсурдно.
— Я так понимаю, Амелии больше нет среди живых…
— Ты правильно это понимаешь. Рассел, — позвал Клайв, — как Годфри?
Рассел обнял Годфри за плечи, помогая ему войти в дверь. Ни один из них в данный момент не выглядел наилучшим образом.
— Здесь должен быть холодильник для крови. Вам двоим нужна помощь в исцелении, — сказала я.
Рассел был намного лучше, чем прошлой ночью, но всё же. Годфри, с другой стороны, казалось, едва цеплялся за свою нежить.
Годфри указал на панель рядом с дверью. Клайв распахнул её и достал пакеты с кровью для себя и своих людей, по два для Рассела и Годфри.
Через несколько минут вошёл Оуэн, неся пиво, воду и содовую.
— Как ты это добыл? — спросила я.
— Джордж ждал меня у двери, пока я ходил за провизией.
Раздав напитки, он вытащил из кармана пакетик чипсов и бросил его мне.
— Ты принц среди мужчин, — сказала я, разрывая пакет.
— Ты можешь рассказать нам, что произошло? — спросил Клайв. — Рассел не помнит, как его схватили. Он сказал, что стоял на улице перед таунхаусом, а потом оказался в камере.
Годфри прикончил свой второй пакет с кровью и затем заговорил:
— Амелия хвасталась, что у неё в кармане Сен-Жермен, потому что он мог затуманить разум вампира так же, как мы можем затуманить разум человека. Проблема, конечно, заключалась в том, что он был совершенно неуравновешен. Она ликовала, что он смог проникнуть в сознание некоторых наших людей, чтобы настроить их против тебя. Целью, очевидно, была Сэм. Дестабилизировать структуру власти в Сан-Франциско, и тогда мы были бы слишком заняты, чтобы заметить исчезновение нашего единственного волка. Она хотела отдать садисту его волка, а сама взять Новый Орлеан.
— Да, — сказал Рассел. — Вампиры, которые били меня, продолжали спрашивать о Сэм. За их жестокостью скрывалось отчаяние. Должно быть, она волновалась, что всё разваливается на части. Мы уничтожили большую часть ноктюрна, которым она хотела руководить. А потом она потеряла стержень: Сэм. Неудивительно.
— Это означало, — сказал Клайв, — что ей нужно было, чтобы ты подтолкнул меня к убийству Лафитта для неё, а затем отлучил Сэм от меня.
Годфри кивнул.
— Надёжной она не является, но у неё ум шахматиста. Она сорвалась прошлой ночью. Клайв пропал, Рассел сбежал, и вместо того, чтобы пытать Сэм, Сен-Жермен был мёртв, а Сэм исчезла.
Он попытался рассмеяться, но боль оборвала его смех.
— У неё был ведьмак Вуду… я не знаю… на жаловании, — продолжил Годфри. — Он посылал призраков за тобой, — сказал он мне. — Он позвонил вчера вечером, предупредил её о том, что Клайв жив, и таким образом начался мой вечер пыток.