Мертвецы не пьют у Лафитта (ЛП)

— Что происходит?
Стефо, слава Богу.
— Ничего. Я в порядке. Ты можешь вернуться наверх.
Мне не нужна была аудитория.
— Я слышала, как бьётся твоё сердце наверху. Я спустилась, желая убедиться, что один из кровососов не грызёт тебя. И нахожу тебя, стоящей в углу с обнажённым оружием и незрячей. Какого чёрта, Сэм?
Был ли вообще смысл лгать? Я не хотела, чтобы она — да и вообще кто бы то ни было — знала о моих делах. Как сказал Клайв, если бы люди знали, на что я способна, это нарисовало бы на моей спине ещё большую мишень.
— Сэм? — голос раздался в нескольких сантиметрах от моего лица. Он исходил в облаке дыхания Дорито8.
— Это временно. Мне нужно просто переждать. Тебе следует подняться наверх. Мне будет легче справиться с этим в одиночку.
— Понимаю, — теперь голос прозвучал дальше. — Если я тебе понадоблюсь, позови меня.
Мгновение спустя дверь закрылась. Наверху послышались шаги, направлявшиеся в заднюю часть дома.
Как долго это было? Соотносилась ли продолжительность времени, в течение которого я была ослеплена, с тем, насколько агрессивной я была или насколько глубоко я нарушила чужую свободу воли? Это накапливалось и с каждым разом становилось всё хуже? Я беспокоилась, что это был магический способ сказать мне, что я была очень неправа.
ГЛАВА 17
Да будет свет
В итоге прошло, наверное, всего пять минут, но секунда становится целой вечностью, когда ты напугана и заперта в темноте. Мне то и не знать.
Всё ещё стоя в углу коридора, я спрятала когти и только потом направилась наверх. Где Клайв схоронился на целый день? Он прожил сотни лет. Не было никакой необходимости беспокоиться. Он был в порядке. Он давно жил в Новом Орлеане. Он не заблудился в незнакомом городе. Если кто и знал, где найти место для дневного отдыха, так это он. И всё же…
Стефо лежала, развалившись на диване. Я посмотрела на часы, задаваясь вопросом, как долго блуждала в сознании этого вампира.
— Почти два часа, — сказала она скучающим голосом.
— Что?
Какого чёрта? Может ли Стефо читать мысли?
— Ты смотрела на часы, — она повернулась и изучила меня. — Ты, похоже, в порядке, — она снова отвернулась и стала смотреть телевизор. — Принеси мне пива, ладно?
Я снова проверила время, а затем выглянула в окно. Солнце садилось. Если ним всё было в порядке, он скоро появится. А потом мы направимся в логово льва.
Я схватила пиво из холодильника и швырнула его в Стефо, которая лежала ко мне спиной. Посмотрим, как ей понравится летящий в голову снаряд. Её рука взлетела в последнюю секунду и поймала бутылку в воздухе. Впечатляюще.
Блуждая по дому, я остановилась на том, чтобы расхаживать по гостиной. В ней было большое окно, выходящее на улицу. Если — когда — он вернётся, пойдёт ли он этим путём? Наблюдая за тем, как темнеет улица за окном, я ждала.
Открылась дверь. Я развернулась, ища его. Рассел шагнул в дверной проём, Годфри последовал за ним. Его второй и третий уже проснулись, но Клайв всё ещё не вернулся. Страх впился в меня острыми когтями.
— Он уже в пути, — сказал Рассел.
В задней части дома щёлкнул замок. Я полетела по коридору, отчаянно пытаясь найти его. Завернув за угол на кухню, я увидела, как он закрывает заднюю дверь. Он был жив — ишь ты! Благодарю всё, что было свято. Я чуть не бросилась в его объятия, но ужасная вонь заставила меня резко остановиться.
— Где были… Что это за запах?
Он казался в порядке, но запах был ужасный.
— Я нашёл туннель, в котором можно отдохнуть, — сказал он. — Что касается другого, я бы предпочёл не говорить. Мне нужно в душ.
Клайв направился в холл.
Стефо хихикнула у него за спиной.
— Сколько кошек на тебя нассали? Приблизительно.
Рассел и Годфри поклонились, когда Клайв проходил мимо, но казалось, что это было больше связано с тем, чтобы скрыть веселье, чем почтение.
Следуя за ним — на расстоянии — я поднялась по лестнице и вошла в нашу спальню. Дверь ванной была закрыта, включилась вода. Я села на кровать и стала ждать.
 
Когда Клайв появился в облаке пара, с полотенцем вокруг талии, пахнущим значительно лучше, я встала.
— Ты в порядке?
Покачав головой, он протянул руку и притянул меня в свои объятия.
— Я мог убить тебя. Так бы и случилось, если бы Рассел не остановил меня.
— Мы все совершаем ошибки.
Он прижал меня к своей груди и губами коснулся моей шеи, нежно целуя то место, куда прошлой ночью вонзились его клыки.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
То, что началось как фырканье, превратилось в смех во всё горло.
— И разве это не удивительно?
— Для меня это так, — я провела руками по его широкой спине. — Хотя я благодарна.
— Сегодня вечером мы идём к Лафитту.
— И попадём в засаду.
Он поцеловал меня в лоб, в щёку.
— Без сомнения. Вот почему мы прилетели сюда. Мы уничтожим Лафитта и как можно больше его людей.
Клайв быстро оделся в один из своих тёмно-серых костюмов и белоснежную рубашку с расстёгнутым воротом. Умно. Не нужно носить галстук и давать своим врагам лёгкий способ задушить тебя. Мне следовало бы переодеться в свою крутую одежду, но я не могла оторвать глаз от степенного и обыденного вида Клайва. Когда я поняла, что наблюдаю, как он надевает ботинки с гораздо большей интенсивностью, чем требовал момент, я отвернулась.
Кровать рядом со мной прогнулась. Клайв обхватил мою руку.
— Поговори со мной.
— Мы торопимся. Я…
Когда я попыталась встать, он крепко сжал мою руку, заставляя меня опуститься обратно.
— У нас есть время.
Большим пальцем он скользнул по коже на тыльной стороне моей ладони.
— Сэм?
— Я была напугана.
— Пожалуйста, прости меня. Я мог бы убить…
— Я не об этом, — сказал я. — Хотя, наверное, так и должно быть.
Когда я снова попыталась встать, он отпустил меня.
— Дело было не в этом. Ты исчез, а я была без сознания. Когда я проснулась утром, я не знала, отравила ли тебя эта злая смола. Я не могла ни о чём расспросить ни Рассела, ни Годфри в течение дня. Я искала тебя, — я рассеянно указала на свою голову. — Но я не знала, где ты был. Я беспокоилась за тебя, а не о тебе. А потом Стефо сказала, что внизу в камере сидит вампир.
Тело Клайва напряглось, выражение его лица стало натянутым.
— Я пыталась сделать то, что делала в день, когда ты допрашивал своих вампиров. Я спустилась к клетке и попыталась проникнуть в его мысли.
— Мы мертвы в течение дня.
— Я так не думаю. Я проверяла теорию и выяснила, что ты, на самом деле, пребываешь в неком стазисе, а не мёртв.
Клайв открыл рот, чтобы возразить, но я продолжила:
— Если тебя можно разбудить в чрезвычайной ситуации, значит, ты не можешь быть мёртв.
— Это только из-за моего возраста и силы, — запротестовал он.
— Не имеет значения. Если ты вообще можешь это сделать, ты не можешь быть мёртв, во всяком случае, не полностью.
— Значит, только в основном мёртв?
Он ухмыльнулся мне.
— Вот именно. В любом случае, это было намного сложнее, чем раньше, но я упорствовала и прощупывала сознание и, в конце концов, проскользнула внутрь.
Я оглядела комнату, а затем наклонилась и прошептала на ухо Клайву:
— Эта комната звукоизолирована?
— Нет. Мне нужно слышать, что происходит вокруг.
Клайв не отрывал глаза от моего лица в ожидании.
Понизив голос настолько, насколько могла, я продолжила:
— Это было не так, как раньше, больше похоже на огромное, туманное минное поле, которое мне пришлось пересечь в темноте. Иногда я наступала на важные воспоминания, иногда попадала в ужасные. Он и его приятели — те статуи в гостиной — были посланы Лафиттом, чтобы убить Рассела и Годфри, но захватить нас. Лафитту сказали, что ты слабый и, я не уверена, но у меня было такое чувство, эмоция под словами, он завидует тебе и взбудоражен ожиданием победы. У меня сложилось впечатление, что он был похож на младшего брата, который никогда не мог сравниться со старшим. У него едва ли не голова идёт кругом от мысли показать тебя сломленным кому-то другому.