Сундук неизвестной (СИ)

Он смотрел в Дашино лицо и пытался понять, верит она или нет.
Даша верила. Почему-то всё, что сказал парень, показалось ей правильным и верным, истинным и такие естественным, что она даже не удивилась тому, что узнала. Словно всё, наконец, сошлось и стало понятным, прояснилось, и теперь можно было двигаться дальше.
— Это удивительно! — воскликнула Даша с неким восторгом, и Антон на это недоверчиво прищурился. — Но потустороннее всегда нужно возвращать в их мир… — уже серьёзно добавила Даша. — Вам удалось узнать, что нужно ей?
— В общих чертах, — признался Антон. — Ей надо, чтобы мы отыскали какой-то сундук… И ещё, мы считаем, она как-то связана с Лайгоном.
Эта версия поразила девушку куда сильнее, чем то, что в доме действительно обитает призрак. Даша напряглась и посмотрела на Антона как-то испуганно:
— Но как они связаны? — спросила она.
— Пока не знаю, — ответил Антон. — Найя любит кого-то, и я думаю, что это он и есть… Ну, надеюсь на это… — версию про то, что она может любить не Лайгона, а его, он не стал озвучивать.
А этот странный бог любви отлично годился на роль её возлюбленного: тоже какой-то потусторонний, как и она сама.
Одно непонятно: если он и есть её любимый, и она хочет помочь ему, то зачем всё это? Почему бы не попросить его найти сундук? Почему бы не придумать, как привести его в этот дом? Да он и сам мог бы прийти и поговорить с ней, ведь ему известно, что Найя здесь!
Что-то не сходилось. И от этого мысли Антона снова упирались в вариант, что он и есть тот, кого любит призрак. Жуть.
— А я надеюсь, что ты прав. И что любовь у них взаимна! — сказала в ответ Даша, и Антон впервые задумался над тем, что Найя-то может и любить Лайгона, а вот он её — нет… Но тогда зачем он здесь? Неужели ради того, чтобы свести её с ним, с Антоном? В чём смысл этого для него?
Мысли не давали покоя, и парень просто уставился в окно. Надо просто поговорить с Найей. Просто поговорить, не мучась перед этим раздумьями. Всё равно всё окажется не так, как он подумает.
Даша тоже погрузилась в задумчивость. Она очень хотела найти доказательства тому, что маг пришёл не за ней. Но наличие Найи и даже её любви к нему ничего не доказывало. Он мог любить травницу, и травницей могла быть Даша.
  
34
 
Ксюша шла в местный магазин за фруктами, которых почему-то не оказалось дома. Вроде же недавно покупали, а ничего не осталось!
Хотелось перекусить сочным яблочком и отправиться на работу — совершенно невыносимо без любимого дела!
Девушка собралась, зашла в магазин и как раз мыла яблоко в холодной воде из ближайшего колодца, чтоб не заходить домой, как почувствовала рядом чьё-то присутствие.
Домыв яблоко, девушка поставила в колодец ведро, закрыла дверцу и обернулась.
Вздрогнула, увидев, что рядом с ней стоит Лайгон — молчаливый и тёмный, как тень.
— Ох ты ж! — возмутилась Ксюша, переводя дыхание. — Напугал же!
Этот странно одетый мужчина, конечно, внушал ей страх, если смотреть в его изумрудные холодные глаза. Но если не смотреть, то мужчина лишь раздражал, и нарастало желание избавиться от него.
Вообще, он напоминал Ксюше какого-то фэнтезийного персонажа: этот нелепый длинный плащ с отделкой под цвет глаз Лайгона, эти вышивки на вороте рубахи и на полах плаща, непонятные кулоны и даже, кажется, ножны… Но без меча, слава Богу.
Ксюша оглядела его. Как же глупо он смотрелся в своём одеянии здесь, на типичной поселковой улице.
— Ролевик, да? — предположила Ксюша с сочувствием в голосе.
— Чего? — переспросил Лайгон, который и правда не знал этого слова.
— Ты — ролевик? — терпеливо переспросила Ксюша. — Ты переодеваешься в какого-то персонажа и представляешь себя им.
— Я — бог, — напомнил Лайгон холодно и гневно сверкнул глазами.
— Любви, ага, — кивнула девушка. — Это ты кому другому рассказывай, вон, ребята тебе почти поверили, кстати. Но я в такую чушь не верю.
— Не веришь в любовь? — насмешливо уточнил Лайгон.
— В любовь верю, в богов — нет, — ответила Ксюша гордо.
 
Лайгон чуть склонил голову набок, разглядывая собеседницу несколько брезгливо, отчего Ксюше хотелось бы отработать на нём свою коронную подсечку, но она понимала, что такое поведение с ним чревато последствиями. Он казался каким-то злым и жестоким, совершенно лишённым человечности. Может, и правда бог?
— А я — наоборот, — после долгого молчания признался мужчина, но Ксюша, думая о подсечке, уже потеряла нить разговора.
— Что ты наоборот? — вздохнув, переспросила она: на самом деле, ей было всё равно, что там этот чудак наоборот. У этих роливиков вечно всё наоборот, всё не как у людей, так что ничего удивительного.
— В богов верю, а в любовь — нет, — пояснил мужчина. — Потому что должен же я верить в себя, это ведь логично, не так ли?
На свой риторический вопрос он и не ожидал получить ответа. Так, лишний раз напомнил самому себе, что он, может, бог. По крайней мере, может быть им здесь, ведь у в нём течёт человеческая кровь, но при этом он сильнее всех людей, мудрее и хитрее. Этот мир мог бы стать его — по праву крови. Потому что должен был быть хоть какой-то толк от человеческой части сущности, которая пока приносила лишь боль и проблемы.
Этот мир, потом другой, и третий… И с каждым новым миром он будет становиться сильнее. И однажды станет величайшим магом. Таким, который сможет доказать любому, самому сильному и выносливому существу, что сила не в мышцах и не в чистоте крови, а в магии. И он, вечно слабый из-за человеческой крови, станет сильнейшим благодаря магическим возможностям.
Пока он был далёк от своей цели. Даже самый важный артефакт, что удалось добыть, был получен хитростью, а не умениями. Посох, который он никогда не брал с собой, когда шёл на эту улицу, потому что считал, что люди не достойны даже видеть его.
Но не только поэтому. С посохом был слишком велик соблазн поубивать этих людишек, а не пытаться играть с ними в игры.
— Слушай, как тебя там… Бог Любви, тебе от меня что надо? — напомнила о своём присутствии девушка с таким усталым видом, что было бы уже любому понятно, что странный собеседник утомил её.
— Видишь ли, мне очень интересна одна… человечка… — начал Лайгон, не зная, как назвать Дашу.
— Человечка? — переспросила Ксюша. — Фу, звучит, как «человечина» — отвратительно.
— Человечина на вкус и правда отвратительна — подтверждаю, — сдержанно кивнул Лайгон, любуясь промелькнувшим в глазах Ксюши страхом.
Отлично, это девчонка начинала бояться его! Это хорошо. Главное — не перегнуть палку, а то она догадается, что он — зло, которое ничего на благо её друзьям не сделает. И не поможет. Получится ли запугать, маг не знал — прежде ему не приходилось так близко общаться с людьми. Раньше он приходил и заявлял сразу о том, кто он и для чего пришёл.
Сейчас был другой случай. Лайгон не думал, что это окажется даже занятным — пытаться прикинуться не тем, кто он есть. Полезный опыт.
Молодой, горячий и вспыльчивый Лайгон не всегда умел сдерживаться. Но путешествия по мирам показали, что порой приходится лукавить и играть роли, чтобы достичь желаемого. Это раздражало, поскольку напоминало, что есть маги сильнее его, но постепенно мужчина приспособился. Ложь стала даваться легко, враньё начало приносить удовольствие, а хитрые планы обмана напоминать паучьи сети.
И сейчас Лайгон мог бы играть и наслаждаться процессом, если бы не одно «но»: он всей душой ненавидел людей и ненавидел человека в себе. Оказалось, с этим очень сложно справиться даже ради своих корыстных целей.
— Слушай, я пойду, а? — предложила Ксюша. — Меня типа ждут…
— Мне нужна твоя… — он осёкся. «Помощь» — слово, которое ему было произнести сложнее, чем слово «любовь». Он не может даже, играя, просить помощи. Тем более у человека. — Мне нужна твоя поддержка, — произнёс Лайгон с таким достоинством, что стало ясно: он считает, что оказать ему поддержку — это честь для Ксюши.